Сотканные из времени (СИ) - Монро Нонна

Я вышел вместе с ними, но в коридоре мы разошлись в разные стороны: они пошли в комнаты, а я в столовую. Кофе на вкус показался слишком горьким — именно то, что нужно, чтобы привести мысли в порядок. Я вышел в коридор, выискивая в толпе Джесс. Зашла Эшли с легким румянцем на щеках от мороза. Рядом с ней шла Колин, смотря на всех, будто ястреб. Я никогда не понимал их дружбы, но не лез в отношения двоюродной сестры. Мы никогда не были близки. Причин несколько, но одна из них Харпер. Я не любил проводить время в их доме и выслушивать тысячу нравоучений и советов как правильно жить. Напряженная атмосфера в стенах особняка Браун вызывала головную боль. И чаще мы виделись только у нас, но к тому моменту, как Эшли перестала возиться с игрушками и научилась строить понятные предложения, я погряз в деньгах и способах их заработка.

Эрес Шейни вальяжно ввалился внутрь. По его лицу было заметно, как именно прошли каникулы: тени под глазами, небольшой отек лица и несколько синяков на шее. Он не обратил на меня внимания, куда больше его привлек Энтони, который болтал буквально со всеми. Ведь где Энтони, там и Кэтрин.

Я стиснул зубы, представляя, как идеально будет смотреться кулак на его щеке. И чертов порыв едва не заставил меня приблизиться к нему и на глазах у всех студентов разукрасить лицо Шейни. Благо Энни отвлекла своим присутствием и вопросами. Она что-то щебетала об учебных планах и ее практике.

— Как провели выходные? — Внезапно спросила Энни. Удивление скользнуло по моему лицу, из-за чего она залилась румянцем, куда-то махнула себе за спину и ушла. Сомнения остались со мной.

Я вернулся к себе. Распечатал документы, которые прислал Шон и написал сообщение Корворду. Мое послание должно заставить его купить билеты и прилететь сюда, не смотря на солнце, соленый океан и песок. Наш разговор будет не самым приятным, наполнен угрозами и ультиматумами. Отличная репетиция для переговоров с Фоксом. И это понимание вязло во рту, пробегало холодом по позвоночнику, сворачивало внутренности в узел. Мы будто пытались выкупить акции. Сойтись на сумме и условиях, хотя речь шла о живом человеке.

Телефон заморгал. Энтони предупредил, что Шейни блуждал возле комнаты Кэтрин. Узнай та, что Грейс докладывает о каждом шаге Эреса, отхлестала бы на глазах у всех. Я знал, что Кэтрин хочет выкупить свою свободу без чужого вмешательства. И готов был предоставить ей время и пока держаться в роли наблюдателя. Однако Виктор — не самый честный и порядочный человек в мире. Чтобы получить желаемое, он пойдет по головам. И даже пройдется по собственной дочери.

Ко мне заглянула Луиза. Я попросила ее сообщить мне, когда Джесс приедет в Болфорд. Сидеть на месте было невозможно. Но и скрываться в комнате и целый день валяться на кровати куда бесполезней. Я потер переносицы, ощущая, как со дня поднимается злость. Она охватила каждую клеточку тела. Клокотала в груди, ускоряя сердцебиение. Для всех я был спокойным, но никто не представлял, каких усилий это стоило.

В дверь постучали. Я откинулся на спинку стула и сделал глубокий вдох. Джесс зашла с широкой улыбкой. В руках держала коробочку.

— Меня решили завалить подарками, — усмехнулся я.

— А почему бы и нет? — Она село в кресло и поправила густые каштановые волосы.

— Только я не подготовился.

Джесс отмахнулась, кривя губы.

— Луиза попросила меня зайти. Я бы и без нее зашла, но, видимо, что-то случилось?

— Я хочу передать тебе все свои акции и сделать президентом Болфорда.

Глава 36. Кэтрин

Лили пыталась делать вид, что у нее все хорошо. Но тоска плескалась в ее взгляде. Я внимательно следила, как она бодро доставала вещи из чемодана и развешивала в шкафу. Что-то в ее движениях мне не понравилось, как и в словах. Она пыталась отвлечь меня от своего истинного состояния.

— Что произошло?

— Ничего, с чего ты взяла? — Чуть визгливо задала она встречный вопрос.

— Отстань от брюк и сядь. — Джинсы выпали из ее рук, приземляясь на распахнутый чемодан. Я не хотела быть грубой, но иначе не могла. — Как ты провела каникулы?

— Никак. Отец практически все дни работал.

Я знала, чем чреваты последующие расспросы. Наши приятельские отношения чуть окрепнут и будут базироваться на определенной теме. К тому же, давая советы, я должна буду приоткрыть дверь в свое прошлое.

Лили молчала. Я не торопилась. Тяжелая, напряженная тишина повисла между нами.

— Расскажи мне про него, — с трудом попросила я.

Лили глубоко вдохнула и отвела взглядом. Несколько секунд молчания помогли ей собраться с мыслями. Она опустилась на кровать, подобрала ноги и начала заламывать пальцы.

— Моя мама умерла, когда мне было семь. Отец в то время находился в Европе, расширяя франшизу сети супермаркетов, принадлежавших нашей семье. Он узнал об этом не сразу. Через несколько дней. И когда вернулся, не понимал, что делать со мной. Мы оба горевали, но по разные стороны баррикад. Я хотела внимания, а он считал, что нужно обеспечить меня всем, чтобы в школе никто не издевался, — ее голос дрогнул. На глаза навернулись слезы. Лили попыталась их сморгнуть, но одинокая капля скатилась по щеке. — Отец нагружал себе работой. Днями и ночами он не появлялся дома.

— Он нашел себе кого-то? — Вмешалась я, предполагая, куда повернет история.

— Нет. — Качнула головой Лили, быстро смахивая слезы. — Он и вправду работает. Каждую неделю переводит мне десятки тысяч долларов, словно деньги заменят его внимания. Я надеялась, что мы проведем эти дни вместе. Может куда-то выберемся. Но он выбрал работу.

Я определенно знала, кто может помочь Лили, вернее, ее отцу, но не была уверена, что смогу организовать такого рода встречу.

— Тайлер немного рассказал мне о себе, — аккуратно начала Лили, смотря на меня исподлобья. — Наши ситуации разные, но все же в чем-то похожие. И я правда пыталась перенять его точку зрения, но…

— В этом твоя ошибка, Лили. Ты не должна пытаться быть как кто-то. И я уверена, что Тайлер совсем не это имел ввиду. Вы оба потеряли родного человека, но у тебя все еще есть отец. У Тайлер — ублюдок, который не должен свободно разгуливать по Бостону. Попробуй честно и открыто поговорить со своим отцом. Объясни, что тебе не важен баланс счета или дорогие вещи.

— Вдруг он не поймет меня?

— Не узнаешь, если не попробуешь. Ты правильно сказала, что горе вас разделило. Начни именно с этой темы. А еще лучше сходите к специалисту.

— А ты ходила со своими родителями? — В ее голосе сквозил страх. Лили балансировала на грани. Я грустно улыбнулась, откидывая передние локоны.

— Твой отец любит тебя, Лили, но не знает, как проявить свою любовь. Мои родители даже не знают значение этого слова. У вас есть шанс, наш — похоронен.

— Можно я тебя обниму, — неловко спросила она.

— Только один раз, — пригрозила я.

Лили неловко обвила руками шею и зарылась хлюпающим носом в мои волосы. Я погладила ее по спине, успокаивая. Осколки сердца задребезжали. Они напомнили, что такие разговоры следует стирать из памяти, чтобы никогда не цепляться и не возвращаться к ним. Но я не хотела.

Мы неловко отстранились друг от друга. Я взяла ее за плечи и заглянула в заплаканные глаза.

— Лили, соверши одну попытку. Максимум две. Если не получится, то все равно обратись к специалисту. Игнорирование отца влияет на твою жизнь. Ты даже влюблена в парня, который не обращает на тебя никакого внимания. Так и будет продолжаться. Раз за разом. От парня к парню.

— Кэтрин, Кристофер ничего не сделал в тот вечер. Он просто хотел проводить меня до комнаты.

Я отмахнулась, мысленно ворча.

— У всех есть недостатки, Лили.

Я не была уверена, что благодаря этому разговору Лили сможет изменить отношения с отцом. В этом уравнение существовала вторая переменная, которая, возможно, видит ситуацию под другим углом. Но если Лили хоть на день станет легче и она сможет чуть глубже копнуть и перестать искать проблему только в себе, то все это было не напрасно.