Черный пес замка Кронк - Черненькая Яна

Мисс Мюррей притворно вздохнула.

– И все же подумайте. Без нее вы останетесь совсем одна в этом доме, – заметил мистер Фишер.

– Я уже жила здесь одна. Да, было не слишком приятно, но вполне терпимо. Боюсь, средства не позволят мне содержать еще и Раджину. В конце концов, у меня после ее отъезда останется Горди.

Словно подтверждая это мнение, из-за двери до них донеслись лай и поскуливание – пес радовался возвращению Сильвии и Раджа.

– Что ж, как знаете, – поклонился Фишер.

Он уже собирался уйти, но потом вдруг остановился и повернулся к девушке.

– Мисс Мюррей. – Его голос звучал как-то по-особенному жестко.

– Что?

– Будьте осторожны.

Не дожидаясь ответа, Марк Фишер сел в ландо и велел кучеру трогать.

В задумчивости Сильвия переступила через порог. Как и во все предыдущие дни, Уолтер ждал ее в холле, а Радж уже метался по комнатам, разжигая апельсиновые светильники, которые его хозяин и не подумал зажечь, довольствуясь обычной керосиновой лампой.

– Нам нужно поговорить, – сказала девушка, снимая шляпку и перчатки.

– Конечно. Когда вам будет угодно, – кивнул Уолтер.

В глаза мисс Мюррей бросилась некоторая скованность его движений в сочетании с подчеркнуто бесстрастным лицом.

– Вы плохо себя чувствуете? – спросила она.

– Нет, с чего вы взяли?

– Показалось. Вы в состоянии поговорить со мной сегодня?

– Да.

И все же что-то с Уолтером творилось. Это было заметно и по его отчужденному тону, и по желанию держаться подальше от Сильвии. Стоило ей сделать шаг к нему, как он тут же отступил назад, еще и руки завел за спину.

Однако если джентльмен утверждает, что с ним все в порядке, не дело продолжать допытываться. В конечном счете, он не мальчик, которого нужно опекать. Мисс Мюррей взяла один из светильников с куркумой и решительно направилась в кабинет. Заняв хозяйское место за столом, она машинально поправила стоящий не на месте письменный прибор, а потом махнула рукой в сторону гостевого кресла. Де Редверс послушно устроился в нем и вопросительно посмотрел на девушку.

– Сегодня я узнала интересные сведения о полковнике Мэйсоне и его связи с бывшими владельцами «Дома на скале», – сообщила Сильвия.

Вкратце рассказав о том, что удалось выведать у мистера Галтеля, она поинтересовалась:

– Что вы об этом думаете?

Ее собеседник потер рукой лоб.

– Насколько я могу судить, убийца – не полковник, – сказал он после паузы.

– Почему?

– Ждать так долго, чтобы начать убивать девушек только из-за их работы гувернанткой и отдаленного сходства с причиной его несчастий? Нелепость. Я бы не удивился, если б полковник явился в дом к Хейвуду и пристрелил его вместе с любовницей. Сразу после гибели миссис Хейвуд, а не через много лет. Вместо этого он уехал в Новую Альбию, женился, прожил там много лет, а потом… что потом? Придумал столь изощренный план – ради чего? И почему он не отомстил настоящим виновникам тогда, когда мог это сделать? Нет, мисс Мюррей, мистер Мэйсон – точно не тот, кто нам нужен.

Уолтер замолчал, глядя себе под ноги.

– Если хотите знать мое мнение, – добавил он нехотя, – я склонен предположить, что это действительно месть. Но месть слабого человека. Бессильного. Месть, которую кто-то лелеял, но не мог осуществить многие годы. Месть, которая проросла глубоко в сердце, став единственной отрадой и смыслом жизни… Месть за долгие унижения или кого-то любимого… Ничего другого мне в голову не приходит.

– Но ведь мистер Мэйсон любил ту женщину…

– Да, но это была не та любовь… Миссис Хейвуд убили, и полковник позволил закону покарать убийц, не пожелав самостоятельно разделаться с ними. Значит, он мог мыслить здраво, не потерял голову от горя и, уж конечно, спустя столько лет не захочет реванша. А тот, кто убивает наследниц… он одержим. Он не смог отомстить виновнику и теперь наказывает всех, кто на него похож хотя бы отдаленно.

– С чего вы это взяли? – Сильвия зябко поежилась, жалея, что не взяла с собой шаль.

Заметив ее жест, Уолтер без слов вышел в гостиную и принес плед, которым укутал плечи мисс Мюррей, но так, чтобы не дотронуться до девушки невзначай.

– В Майсуре рассказывают истории, когда раненый тигр становится людоедом, – заговорил он, вернувшись на свое место. – Иногда такой зверь пытается выследить человека, стрелявшего в него, но чаще он просто начинает нападать на всех людей, до кого доберется. Обратной дороги для таких зверей не бывает. Вкусив человеческой крови, они перестают питаться прежней дичью. Они готовы днями кружить рядом с поселением, утаскивая неосторожных одиночек и хитро избегая охотников. Убийца не торопится. Ждет. Нападает тогда, когда люди решают, что опасность миновала… Я долго думал, мисс Мюррей. Кажется, мы имеем дело с подобным зверем. Он мстит. Не знаю, за что именно. Но точно мстит.

Он смотрел в сторону и говорил так, что Сильвии стало страшно. Она почувствовала себя беспомощной жертвой, чей боевой зонтик не спасет, а лишь позабавит хищника.

– Вы встречались с такими тиграми? – спросила девушка.

Уолтер еле заметно покачал головой, одновременно передернув плечами. И было непонятно, ответил он утвердительно или нет.

– Быть может, вам следует принять приглашение Эдварда? – спросил он. – У него вы будете в безопасности. Не думаю, что убийца станет вас преследовать.

Сильвии очень хотелось согласиться с его предложением. Больше всего на свете. Сказать «да» и уехать – куда угодно. Да хоть опять начать работать гувернанткой. Пусть унижают, но ведь не пытаются убить. Или, еще лучше, воспользоваться предложением мистера Стрикленда. Забыть о происшедшем, поверить, что все это было просто ужасным сном. Ох, как же ей хотелось согласиться…

Словно прочитав ее мысли, Уолтер поднял голову. Взгляды их встретились, и Сильвия растерялась. Он ее осуждает? Просит послушаться? Злится? В глубине его глаз таилось целое море эмоций, но лицо как будто окаменело, и невозможно было понять, чего же хочет и добивается он сам.

И все же… Допустим, она сумеет сбежать, но ведь шесть наследниц уже погибли. И скольких убьют еще? У них будет намного меньше шансов, чем у Сильвии, ведь у нее есть зонтик. И Уолтер. И Радж. И Горди с Сэром Николасом. И мистер Стрикленд.

– Я останусь, – твердо произнесла мисс Мюррей. – Вы сможете меня защитить. Я знаю. Но у других девушек такой защиты не будет. – Нервно улыбнувшись, она призналась: – Иногда я читаю очерки о путешествиях. Слышала, что на львов и тигров охотятся с помощью приманки. Привязывают козленка к дереву, а потом ждут в засаде… Наверное, мистер Стрикленд знает об этом способе…

– Вы не козленок, мисс Мюррей, – почти шепотом сказал Уолтер.

– Что случилось, мистер де Редверс, что вы перестали называть меня по имени?

– Ничего. Вы как-то говорили, что любите пить молоко перед сном. Я спас его для вас. Хотите, разогрею? – Собеседник так решительно сменил тему, что Сильвия обиделась.

– Спасибо, мистер де Редверс, за заботу, но не сегодня, – ответила она.

Мисс Мюррей не знала, как относиться к происходящему. И, главное, не понимала, что не так, почему Уолтер вдруг настолько отдалился, что даже смотреть на нее избегает. Разве она чем-то его обидела? Но если он ничего не говорит…

Сильвия, гордо расправив плечи, ушла в свою комнату. Она не желала показывать, как задели ее перемены, случившиеся в де Редверсе за последние часы. Заперев дверь, она переоделась в ночную рубашку, погасила лампу, оставив лишь апельсиновый светильник, и устроилась в холодной постели, куда Радж попросту не успел положить грелку. Укрывшись одеялом с головой, мисс Мюррей старалась побыстрее согреться, но едва ей стало теплее, как она услышала громкий скрежет – кто-то царапался в дверь.

– Сэр Николас, – вздохнула девушка, но пошла открывать.

От ледяного пола мерзли ноги, но не оставишь же пушистого защитника за дверью, тем более что вдвоем намного теплее.

Довольный кот юркнул в комнату и зарылся под одеяло – он в последнее время полюбил устраивать норы в постели. Сильвия попыталась заснуть, но минут через десять в дверь опять заскреблись. На сей раз куда громче.