Обратный отсчет: Распад - Токацин

То есть — отсюда пришли крысы, и эти ходы вы так и оставите? Пусть ходят хоть каждую ночь? Тут же так много лишних деревьев…

Ренгер качнул головой.

— Надо найти колонию. Она не в парке, где-то в городе. Когда мы её уничтожим, ваши деревья никто не будет трогать.

Сотрудник возмущённо фыркнул и потянулся за смартом. Охранник подошёл чуть ближе, с подозрением глядя на ликвидаторов.

— Что там в городе, меня не волнует, — угрюмо сказал человек. — Мне нужно защитить посадки. Заткните к чертям эти норы и ищите у себя в городе, что хотите. Это ваша работа, в конце концов!

…Глайдеру въезд в парк был закрыт. Смеситель до скал донёс Гедимин, мешки с компонентами все разделили между собой. Пару часов над парком стоял непрерывный гул. К мокрым от конденсата и затекающей воды камням раствор прилипал плохо, наклонные стенки работу не облегчали, «заякорить» все затычки на поверхности, на камнях у проломов, не дал сотрудник парка — якобы это портило вид. Ренгер сыпал битое стекло с особой щедростью, заметно превысив обычную пропорцию, и явно был не в духе. Гедимин наловчился перед засыпкой аккуратно прогревать и просушивать ходы струёй плазмы; где-то внизу, на неровностях наклона, определённо появились новые пробоины, но их было не видно, и «мартышки» не придирались. Иджес и Вепуат вяло пререкались у смесителя, но Гедимин не вслушивался. Его мысли занимали, не давая покоя, уцелевшие деревья из посадок. «Моджиски могут сожрать древесину. Но в этом случае было что-то другое. Прямые толстые жерди… для чего они нужны крысам? Опоры, перекладины, детали механизма?»

— Ничего не видно, — сообщил Вепуат, когда Гедимин пришёл отмываться от раствора и чистить смеситель. Найденные норы были перекрыты тремя метрами забутовки с битым стеклом, и никакой жердью, даже при удобной опоре, эти «пробки» было не вышибить.

— Я проследил за ходами до ограды парка, — пояснил Вепуат. — Бесполезно. Уходят вниз, и сканер не тянет. Если бы луч помощнее…

Гедимин покосился на массивный приклад сфалта, но тут же себя одёрнул. «Заметят. Дозиметры тут у многих, а „светить“ будет сильно.»

— Выходим, — распорядился Ренгер, вынырнув из зарослей. — Вепуат, Гедимин, зайдёте в карантинный дом. Две недели прошли, проверите людей и животное — и в глайдер. Мы вас подождём.

…Вепуат замедлил шаг у веранды, с недовольным прищуром глядя на декоративный настил и очевидно слишком низкую дверь.

— Даже подниматься неохота. А как подумаешь, сколько потолков на пути к этому их вольеру…

Из-под крыльца послышался приглушённый хруст и тихое рычание. Сбоку на секунду показался, качнувшись, мохнатый серый хвост и снова исчез. Гедимин, хмыкнув, навёл на крыльцо сканер.

— Вот как они, значит, соблюдают карантин…

— Мать моя пробирка, — Вепуат с протяжным вздохом защёлкал настройками. — Ну, нам же легче.

Кошка под крыльцом сосредоточенно грызла полурастёрзанную птицу; белых перьев не было, зубы из клюва не торчали, — скорее всего, хищнику попался голубь. Гедимин покосился на стаю его сородичей у вроде бы закрытого мусорного бака, всего-то в пяти шагах от урчащей кошки, и едва заметно качнул головой. «Если кто тут и носит заразу, так это они. И их карантинить некому. Зачем „макаки“ тащат животных в города⁈»

— Удобная всё-таки штука — сканер, — с довольным видом пробормотал Вепуат, щёлкая по клавишам. — Животное здорово, показатели в норме. Сверяем флору…

Несколько секунд он молча смотрел на экран, потом громко хмыкнул — так выразительно, что на экран уставился и Гедимин.

— Три вида кишечных бактерий внеземного происхождения. Соответствуют найденным у рапторид. Межмировой обмен, мать моя пробирка…

Гедимин, досадливо щурясь, снял с плеча плазморез и развернулся к крыльцу. «Жаль. Но инструкция есть инструкция.»

— Эй! — Вепуат крепко вцепился в его локоть и рванул на себя. В наушниках протяжно запищало, и Гедимин не сразу расслышал возмущённый вопль с веранды.

— А ну прочь от моей кошки! Грёбаная слизь, на живых тварей кидаться…

— Джеки, Джеки, кис-кис! — перебил его более тонкий, пронзительный голос. — Беги сюда, красотка! Мы тебя не дадим в обиду!

Гедимин ошалело мигнул. «Макаки» его не остановили бы, но на локте висел Вепуат, и у него явно были какие-то соображения… Сармат медленно опустил оружие.

— Ты чего? Животное — носитель…

— Ренгер сказал — пока не трогать, — Вепуат вскинул сканер, направляя его на людей на веранде. Там кто-то вскрикнул, и стало тихо — но совсем рядом, у ворот, взвыла полицейская сирена. «Патруль,» — Гедимин медленно убрал сфалт в заплечные крепления и повернулся к быстро приближающимся людям.

— Стоять! — «коп» резко остановился в нескольких шагах от сарматов. — Тески? Ликвидаторы? Кто вызывал?

— Приехали снимать дом с карантина, — Вепуат кивком указал на веранду. — При проверке на биоугрозу нам помешали…

— Чёрт тебя дери! — донеслось с крыльца. — Офицер, эти тески чуть не сожгли нашу кошку…

— И полдома впридачу! — дополнила, выглянув с веранды, самка. Гедимин покосился на крыльцо — кошка, ненадолго притихнув, снова вцепилась в недоеденного голубя. «Три вида ксенобактерий… Ну, непохоже, что они ей вредят.»

— Тихо! — гаркнул патрульный. — Да, карантинный дом. Сообщали. Ну и? Есть там зараза?

— Через месяц будет видно, — ответил Вепуат, выключая сканер. — Дом пока не открывать. Животное — в вольер. Есть тут кому за ним приследить — или нам забрать его на карантин к себе?

Сверху потрясённо выругались, но патрульный только отмахнулся.

— Слышали, что сказано? Зверя в дом — и сами туда же! Нам тут никакой чумы не надо. Ну, закончили? — он смерил сарматов недоверчивым взглядом. — И нечего тут топтаться. До машины проводим. И убери свою штуку! Знаю я, от неё излучение…

Глайдер ждал их с приоткрытым люком; Ренгер, выглянув наружу, сдержанно поздоровался с патрулём и жестом велел сарматам быстрее подниматься на борт.

— Вепуат, — с присвистом выдохнул он, едва люк закрылся. —