Личный аптекарь императора. Том 8 - Егор Золотарев

силы, что нам помогали, а потом пропала. Я, конечно, сделал всё, как она говорит, но у меня возникли сомнения: а стоит ли благодарить, если эффекта нет?

— Ты что-нибудь видишь? — я подошёл и присел рядом с Ярославом, который всё это время с интересом прислушивался к тому, что происходило.

— Нет. А должен?

— Наверное. Не знаю, — пожал плечами.

Мы посидели немного молча. Затем я открыл окно, чтобы проветрить палату от дыма шалфея.

Прошло полчаса, но Ярослав по-прежнему утверждал, что ничего не видит.

— Ложись спать. Я завтра тебя навещу, — похлопал его по плечу и двинулся к двери.

— Как думаете, я смогу видеть? — еле слышно бросил он мне вслед.

— Сможешь. Даже не сомневайся, — ответил я и вышел.

А что я ещё мог ему сказать? Конечно, мне самому не верилось, что зрение вернётся, но говорить ему об этом я точно не буду.

Вернувшись домой, совершенно без сил залез под теплое пуховое одеяло. Уже засыпая, вспомнил еще кое-что. Я же делал зелье, которое достанет Грачёва где бы он ни был.

Завтра надо обязательно его доделать и поквитаться за следопыта.

* * *

Утром проснулся от резкого звука. Вытащил голову из-под подушки и первым делом принюхался: пахнет свежесваренным кофе и ванильными пышками.

— Где же мой значок⁈ Как я пойду на турнир без значка своей академии? — крик Вани и снова грохот.

Он что, мебель переворачивает?

Откинул одеяло и зябко поёжился. Прохладно. Надо сказать, чтобы отопление увеличили, а то даже пол ледяной, а ведь мы на третьем этаже, между прочим.

— Ты чего буянишь? — широко зевнув, спросил я, когда вышел из спальни и увидел, как Ваня лежит на полу и какой-то палкой ковыряется под большим сервантом, выуживая оттуда комки пыли.

— А-а, Сашка, прости, что разбудил. Тимофей сказал, ты только утром пришёл.

— Не утром, но поспал мало, — снова зевнул. — Что ищешь?

— Значок с эмблемой академии. Сегодня же у нас третий этап, через полчаса выезжать, а я куда-то дел этот чёртов значок, — он встал, отряхнулся от пыли и вытер рукавом испарину со лба.

— Думаю, тебя и без значка узнают, — улыбнулся я, закинул руку на плечи друга и повел его в гостиную. — Давай лучше позавтракаем. Поедем вместе. Хочу посмотреть на ваши испытания.

— Да ты опять за Леной будешь наблюдать, а моё выступление пропустишь, — буркнул он.

— Не волнуйся. Меня на всех хватит, — рассмеялся я. — Кстати, у тебя нигде не болит? Я приготовил тебе лечебное средство.

— Не-а. Мы выпили совсем немного, и я даже не опьянел. Вот если мы сегодня снова победим — тогда и гульнём, — он в предвкушении потёр руки.

— Ты сомневаешься?

— Нисколько! Мы уже решили, куда пойдём. Ты с нами?

— Не знаю, — я покачал головой, вспомнив про Ярослава.

После завтрака Ваня поехал в академию, готовиться к последнему командному испытанию, а я направился к лечебнице Коганов. Хотел навестить следопыта, а заодно поговорить с Авраамом Давидовичем. Кажется мне, что среди их лекарской братии тоже есть сильные представители. Если восстановить зрение не смогли в когановской лечебнице, то это не значит, что не смогут нигде. Возможно, те же Кривошеины или даже Сорокины владеют лучшими артефактами для зрения.

С утра в лечебнице творилась суматоха. Все куда-то спешили, в очереди в регистратуру спорили бабки, какой-то пожилой лекарь отчитывал двух молодых медбратьев, ворчливая санитарка сновала между людьми со шваброй.

— Господин Саша, — послышался сзади голос лекаря.

Авраам Давидович выглядел не лучшим образом: мятый халат, растрепанные волосы, помятое лицо, опухшие веки. Но взгляд был торжествующий.

— Ви просто читаете мои мысли. Я таки только хотел вам позвонить, а ви уже здесь, — он протянул мне руку.

— Доброе утро. А зачем вы хотели мне звонить?

— Пойдёмте, пойдёмте, — махнул он рукой и поспешил к лифту. — Я так устал бегать вверх-вниз, что хочется подняться на лифте. Вы ведь не возражаете?

— Вообще-то пешком было бы быстрее, — с сомнением проговорил я, указав взглядом на цифру три на экранчике, которая никак не хотела становиться двойкой.

— Теперь уж спешка ни к чему? — загадочно произнёс он.

— Почему? Что-то с Ярославом? — мне вдруг показалось, что Чернильная сфера продолжает своё черное дело, и со следопытом ещё что-то случилось, но лекарь расплылся в улыбке.

— Всё хорошо с вашим Ярославом. Я бы даже сказал — отлично. От видит!

В это время лифт остановился и открылись двери.

— Как видит? Зрение полностью к нему вернулось? — мы зашли в лифт и Коган нажал кнопку.

— Он уже начал различать свет. Динамика хорошая. Наш лекарь, специализирующийся на глазных болезнях, сказал, что, возможно, был ушиб глазного яблока или лёгкая контузия, которая привела к временной потере зрения, но сейчас оно потихоньку восстанавливается.

Фух-х-х, я с облегчение выдохнул и прислонился спиной к стенке кабинки. Пусть лекари думают, что хотят, но я-то знаю, что помог Обряд Очищения, который мы провели с Нарантуей. Надо будет сказать ей спасибо. Интересно, какой подарок оценит призрак? Спрошу при следующей встрече.

Мы прошли в палату номер одиннадцать. Ярослав сиял от радости, хотя видел ещё очень плохо.

— Всё мутное, но я могу различить очертания, — объяснил он. — Вот вас, господин Филатов, я узнал по высокому росту и широким плечам, а вас, Авраам Давидович…

— Знаю-знаю. по каким признакам вы меня узнали, — скороговоркой проговорил он. — Вас уже покормили завтраком, поэтому бегом на процедуры!

Ярослав двинулся к двери, но проходя мимо меня, еле слышно проговорил:

— Я никому не рассказал о том, что было ночью.

— Правильно сделал, — кивнул я.

— Спасибо вам большое.

— Не стоит благодарить. Из-за меня ты оказался в такой ситуации. Надеюсь, зрение полностью восстановится.

Ярослав улыбнулся, всматриваясь в моё лицо, затем развернулся и вышел.

— Ну вот, господин Саша, ещё одного пациента вылечили, — с довольным видом произнёс Коган. — Не хотите подрабатывать в нашей лечебнице? Я таки уверен, что на ваши услуги будет большой спроси.

— Нет. По крайней мере не сейчас.

— Знаю-знаю, у вас турнир. Мы всей семьёй каждый день включаем телевизор и наблюдаем за вами. Помните мою Софу? — спросил он, имея в виду дочь, которая распухла от сильнейшей аллергической реакции.

— Помню.

— Так вот, она целый клуб фанатов организовала. Назвала… э-э-э… я не помню, как именно, но они поддерживают не столько академию, сколько вас. Ви просто кумир молодёжи.

— Приятно слышать, — улыбнулся я. — Передавайте ей привет.

— Обязательно, — он наклонился ко мне и заговорщически спросил. — А можно я скажу Софочке, что вы помните её и желаете всяческих успехов?

— Можно, — я взглянул на часы. Следующий этап турнира должен начаться через