Гангстер вольного города - Дмитрий Лим

Бриташка усмехнулся и помотал головой.

— Вас двое. Я знаю.

— А ещё, раз ты знаешь что-то о моей силе, то прекрасно понимаешь, что мне достаточно всего одного помощника.

Я блефовал. Британец этого пока не чувствовал, но и я врал аккуратно, ибо даже не знал, о чем можно говорить, а о чем нельзя.

По итогу просто брал его на понт.

Мужчина снова промямлил, мол, это его заведение и ему решать, где и кому стоять, после чего все же щёлкнул пальцами, и ребятишки растворились в толпе. Саше я тоже кивнул, указав на столик через один от меня, тот также молча подчинился.

— Продолжим? — улыбнулся я.

Британец подошёл ко мне не просто так. Не знаю, какая сука сдала меня с потрохами, но он совершенно точно знал одно:

— Зачем ты полез в лодку к ирландцам?

Я долго и пристально осмотрел в его глаза, пытаясь понять, откуда он мог это узнать. Потом было погрешил на Жемчужного, но тому крайне невыгодно так меня подставлять. Всё-таки мой язык дороже попытки посягнуть на мою жизнь. Кит и не посмел бы такое вытворить, а Саша и Петя…

Если бы я не был уверен в офицерах в отставке, я бы и не брал их на работу. Но они всё-таки люди чести. Плюс я озвучил им зарплату, так что кидать меня было бы сильно опрометчиво.

И кто же у нас остаётся? Правильно, никто. Никто больше и не был в курсе моих дел.

— Думаешь, кто тебя сдал? — улыбнулся Джон и опрокинул в себя стакан с джином. — Много вокруг тебя тех, кто против, Шаман?

— Таких я поубивал, — сухо заявил я. — Полиция?

— Ты про городские патрули? — улыбнулся Джон. — Нет, их ты хрен подкупишь. Уж слишком щедро они получают за территории. Место, где вы сняли часть груза, под властью японцев. Их мало, но они спокойные и тихие. Спокойно ловят рыбу, продают икру и человеческие органы.

Ну нихрена себе дополнение к рыбалке!

— Ещё предположения есть?

Так… Получается, территория, на которой мы «топили» Петю, принадлежит японцам. Значит, им нет дела до ирландского груза, кроме того, это неинтересно и полиции. Кит… нет, он точно не может.

Британца забавляло моё недоумение. И вместо того, чтобы задать ему очевидный вопрос, я растянулся на стуле, отхлебнул невкусного напитка и хитро улыбнулся.

— Ясно. Надо было давить гада сразу.

Вот тут британец растерялся. Попытался реабилитироваться, предположив, что, если он начнёт меня расспрашивать об имени, я ему отвечу. Но я поступил чуть иначе.

— Что ты от меня хочешь? — поставил стакан на место и взялся за стейк. — Информацию или услугу?

Траволта задумался. Он опустил глаза, поковырялся вилкой в тарелке с салатными листьями и спустя некоторое время выпалил странную для меня вещь:

— Союз. Я пытался навести о тебе справки, но, кроме заслуг с предыдущей службы, увы, мало что нашёл. Людей в твоём штате маловато, по моим данным, но однако же ты крутишь дела так, что после тебя не остаётся следов. Обвёл вокруг пальца цыган, внаглую обокрал ирландцев и сидишь здесь, в моем баре, как ни в чем не бывало. Словно и не боишься за свою жизнь.

— А с чего ты решил, что мне есть чего боятся?

— Ну, твой бывший работник излишне болтлив и излишне на тебя озлоблен! Почему ты его не убил сразу? Если ты с ним служил и знаешь, какой у него длинный язык за монетку…

Ах вот оно что. Значит, за мной следил и сдал сраный Козырев? Ну почему⁈ Почему я сразу не удавил его голыми руками, а?

— С Козыревым будет отдельный разговор, — отмахнулся я. — Он и так понимает, что его ноги пахнут панихидой, вот и пытается получить хоть какую-то пользу от общества перед тем, как согреть свою задницу на сковороде.

— Можешь не волноваться на этот счёт, — хитро улыбнулся британец. — Я понимал, что ты человек разумный, поэтому пришёл к тебе с подарком. Русские ведь любят подарки, да?

Ага. Особенно от британцев…

Он было собрался щёлкнуть пальцами, но я остановил его вопросом:

— Скажи мне, Джон, о каком союзе ты говорил?

Я немного сбил его с толку. Видимо, Траволта предвкушал, что если прямо сейчас сюда занесут на подносе голову Козырева, то я буду на седьмом небе от счастья. Подкупить меня явился, значит.

Кажись, у британцев здесь большие проблемы.

— Ирландцы, что б их… — протянул Джон. — Заколебали!

— Лезут на вашу территорию? — догадался я. — Если я не ошибаюсь, весь центр в ваших фабриках.

— Да, кроме старой еврейской, — подтвердил он. — Да и то, придёт время, евреев перебьют, и мы её заберём.

— Не заберёте, — покачал головой я. — Она принадлежит мне, поэтому если ты хочешь объявить войну ирландцам и запастись моим словом и моей силой, тебе придётся её уступить.

Мои слова заставили британца искренне удивиться. Но он не мог не согласиться. Спросил, конечно, как мне удалось перебить до зубов вооружённых «Мойш», но я пропустил его вопрос мимо ушей. Ещё не хватало ему пронюхать, что она мне по счастливой случайности досталась.

Разговор снова вернулся к ирланцам.

Мафия этих любителей золота, горшочков и лепреконов сделала две попытки вооруженного грабежа на один из заводов англичан. Попытки провалились, а рыжие потеряли немного людей, успев, однако, сильно изгадить продукцию.

Причём тот факт, что это были именно ирландцы, Джон знал наверняка. Но доказать не мог. Зелёные, как он их называл, были слишком хитры и умны, а ещё — чересчур находчивы.

Сам мой «выход» в свет, где я внаглую обокрал зелёных и сделал это бесследно, его позабавил. И если бы не этот случай, мы бы, пожалуй, сейчас и не разговаривали.

— Заключим союз, я забуду про твою фабрику и наглое поведение. Вместе мы сможем построить бизнес.

Мы пожали руки. Джон поинтересовался, как я собираюсь договариваться с цыганами, ведь они тоже имели свои виды на мой ткацкий завод, и мне пришлось заверить его, что ромалами уже всё схвачено.

После трапезы в компании людей Траволты и моего Александра мы вышли на улицу через чёрный вход, где меня ожидал катафалк.

Конечно, ехать мы никуда не собирались. Из катафалка выполз сначала бандит, а следом