Гангстер вольного города - Дмитрий Лим

нам пришлось изрядно помучаться. Ведь нужно было обстряпать так, чтобы никто не заметил нашего вмешательства.

— Гадство, — выругался я, оцарапав ладонь отвёрткой. — На кой хер надо было так привязывать⁈

Петя предложил мне отрезать брезент и не париться, а остальной товар просто утопить, и… и я засомневался в его умственных способностях. Но в дело ввязался Саша, от души отвесивший своему собутыльнику звонкий подзатыльник. Дальше, правда, чуть не началась потасовка.

Ввиду того, что мои подчинённые когда-то сражались по разные стороны баррикад, у парней первоначально были не лучшие отношения. И, беря их на работу, я прекрасно об этом знал. И довольствовался только тем, что в моей жизни был яркий пример, когда в банде работали два человека из разных «групп», что когда-то в давние времена враждовали.

Стали потом друзьями не разлей вода, и пользовались своими мозгами на славу. Полезными были ребятками. Царствие им небесное

Нужная коробка оказалась на самом верху, и как только я опустил её на песок, мы принялись натягивать брезент обратно, в точности повторяя все узелки и завязки.

Уж что-что, а это нужно сделать так же, как и было.

— Если будем возить товар, — чертыхаясь от сраных узлов, пробормотал я парням, — будем делать отметины и маркерные метки, чтобы знать, подворовывают у нас или нет.

— А что это такое, Шаман? — озадачился Петя. — Что за метки такие?

— Таким методом закрывают двери с товаром. Если маркер был утерян или сорван, значит, твой товар трогали.

— У нас такого в жизни нигде не было…

— Знаю, — поправился я. — У степняков подсмотрел.

Такой ответ всех устраивал.

Чтобы вернуть лодку обратно в реку, пришлось зайти в ледяную воду аж по горло. Самый недовольный — Петя, вызывался мне в этом помочь. Ну как вызвался? Я его заставил.

По пояс алкаш заходил, особо не возникая, но стоило ледяной воде коснуться промежности, как бандит взвыл. Однако ослушаться меня не мог. Точнее, не собирался. Медленно, но, верно, он вытянул за собой лодку и молодым горным козлом выскочил обратно. Матерясь и трясясь как осиновый лист.

— Х-х-холодно… с-с-сука…

— Ничего, полезное дело сделал, — улыбнулся я. — Если бы ты ещё не вспомнил, что с кормы нужно верёвку убрать, полез бы ещё раз.

Судя по потерявшегося выражению лица Пети, сделал он это сугубо машинально. Перекрестился даже, что не позабыл о такой банальности.

Обратно на мост поднимались второпях. Мы и так провозились около двадцати минут, а время потихоньку близилось к шести. И пусть сегодня у нас и воскресенье, в городе для любой бандитской деятельности существовала одна очень неприятная преграда. Патрули. И патруль по этому участку, где мы «делали дела», будет как раз в это время.

Удача повернулась ко мне задом.

Когда я поставил коробку под заднее пассажирское сидение, Кит напрягся. Послал мне не самую приятную мысль и положил руку на кобуру.

Первое, что я сделал, — это затолкал коробку за аккумулятор вместе с задним ковриком. А затем разогнулся, чтобы с улыбкой встретить трёх офицеров.

— Нарушаем-с? — сходу бросил усатый толстяк, когда я высунулся из машины и разогнулся в полный рост. — Что вы здесь делаете в столь ранний час, позвольте поинтересоваться?

Петя, который стоял в метре от машины, машинально дёрнул руку к кобуре. То же самое сделал и второй офицер в отставке. Только мы были в меньшинстве.

Двое полицейских заметно напряглись, заметив его нервные движения. Один из них свистнул, и лишь после этого я заметил за их спинами, метрах в десяти, патрульный автомобиль, в котором явно были ещё люди.

— Мне повторить? — поднял одну бровь усатый, протягивая руку к оружию на поясе.

Глава 24

Кит, не убирая руку от своего кармана, даже не посмотрел в мою сторону, но сигнал от него я получил неоднозначный. Саша, к слову, тоже был готов начать стрельбу, а продрогший Петя так и вовсе еле-еле себя сдерживал. Да и трясся так, что это больше походило на конвульсии.

— Саша, остынь, — негромко попросил я. — Это не имеет смысла, пока что.

«Убьют. В той машине ещё один жандарм с какой-то винтовкой».

«Как ты его увидел?»

«Магия, шеф. Сами же знаете… — Павел хрустнул шеей, наклоняя её то вправо, то влево. — Там маг земли сидит, слабее меня на уровень, так что я не могу его не чувствовать».

«А как ты понял, что у него винтовка?»

«Так оптика блестит…»

Больше я не стал ничего уточнять. А уж тем более спрашивать об особенностях навыка Кита. Хотя, как лидеру, мне стоило изучить своего подопечного получше.

— Я так понимаю, — усатому надоела игра в молчанку, — говорить мы не умеем? Или по-русски не понимаем?

— Наоборот, — улыбнулся я, разводя руки в сторону. — Все прекрасно понимаем. Но дело ведь не в этом.

— А в чем же?

— Мы человека из воды достали, считай, суицидника! — я указал рукой на Петю, на которого без жалости и смотреть-то было невозможно. — А вы на нас с оружием!

Усатый-полосатый, кажется, не оценил моей игры, но тем не менее кивнул своим, чтобы остановились.

— А оружие вам зачем? — поинтересовался он, рассматривая мокрого бандита. — Чтобы не всплыл? Может, вы его того, наоборот, утопить хотели?

— Нет же! — воскликнул я. — Сами у него спросите, если не верите.

— Ещё раз, — процедил через «усы» офицер. — Зачем вам оружие? Вы меня что, за дурака держите?

Его высокомерный настрой начинал меня накалять. Я и сам уже был готов выхватить пистолет и сделать пару предупредительных в голову, однако вместо меня в разговор вступил Кит, выдав что-то вроде «а кто же в Кустовом без оружия ходит?»

— Времена такие, — поддакнул я Павлу и тяжело вздохнул. — Либо ты, либо тебя.

— Разумно, — согласился офицер, но руку с кобуры так и не убрал. — Что за суицидник у нас тут? Или жертва всё-таки?

Лучше бы Петя молчал. Такой поток информации на служивого вывалил, что не будь рядом свидетелей, тот бы и сам его утопил.

На середине слезливой истории о том, как его заразила чем-то жрица любви, полицейский махнул рукой. Но Петю было не остановить. Он чуть ли не впритык встал к усатому и, смахивая скупую слезу, говорил