В шаге от выгорания. Сбалансированный план действий, как вырваться из замкнутого круга хронической усталости - Тимо Шиле

работающие люди все чаще говорят, что они хотели бы иметь больше личного времени. Согласно исследованию Федерального министерства по делам семьи, почти 80 % отцов хотели бы проводить больше времени с семьей [37]. Этим все сказано.

Решающую для профессионального успеха роль сегодня играет то, сколько времени человек готов посвятить своей работе. Показательна в этом контексте деятельность бизнес-консультантов, которые часто мирятся с невероятным количеством часов переработок в течение нескольких лет, чтобы оправдать чрезвычайно высокие ожидания в отношении производительности, преобладающие в этой отрасли. И лишь немногие добираются до руководящих должностей в своей отрасли. Однако большинство из них рекомендуют себя на руководящие должности компаний, которые они ранее консультировали, и иногда устанавливают сомнительные стандарты, поскольку их понимание работы включает в себя не только ограниченную идентификацию с консультируемыми компаниями и их сотрудниками, но и самоэксплуатацию в плане времени работы. Однако, если внутренняя дистанция и тенденция к эксплуатации определяют корпоративный климат, потому что люди переняли это и приучились к этому, а потому считают такой подход разумным и необходимым, нетрудно догадаться, какое влияние это может оказать на работников таких компаний. Мы не хотим сказать, что так происходит везде и всегда, но, если задуматься о том, насколько значительна роль фактора времени как личной ценности, станет ясно, от чего страдает наше общество.

Подобные механизмы можно обнаружить также в медицине и науке. Успех в науке во многом зависит от того, сколько личного времени человек готов пожертвовать карьере, чтобы использовать это как конкурентное преимущество для себя. Если распределение успеха и финансов, власти и ответственности в обществе в первую очередь определяется ресурсом времени, то никого не должно удивлять, что постоянный стресс и горение становятся нормой.

Именно потому, что доступность и организация личного времени являются важным ключом к здоровью и счастью, мы должны понимать, что сосредоточение внимания на этом в нашем обществе является чрезвычайно важной задачей. Мы должны рассматривать имеющееся в нашем распоряжении время как часть природного ресурса, как своего рода заповедник, который нужно защищать, беречь и о котором нужно заботиться.

Конечно, законы о безопасности и гигиене труда существуют давно. Тем не менее во многих отраслях ими регулярно пренебрегают. В секторе низкой заработной платы многие люди не могут прожить на зарплату за 40 рабочих часов в неделю. Для самозанятых в любом случае неактуален нормированный рабочий день. А сектор высокой заработной платы устанавливает стандарты, которые оказывают пагубное влияние на многие уровни управления ниже. Пока так называемые политические, научные и экономические элиты используют самоэксплуатацию в качестве конкурентного преимущества для себя, ничего не изменится.

Именно здесь мы могли бы начать процесс социальной трансформации, не утрачивая уважения к главенству экономики. Учитывая, что обусловленные работой нарушения, особенно спровоцированные горением и выгоранием, приводят ко все большему количеству больничных и выходов на пенсию [38], вероятно, в конечном счете это было бы даже разумнее с экономической точки зрения, если бы мы, общество, установили границы.

Что касается времени, самого важного ресурса из всех, нам нужен новый способ обращения с ним, возможно, даже его регулирование на высших уровнях. Политики должны сделать шаг в этом направлении, чтобы перемены имели масштабные положительные эффекты. Это может включать в себя не только ограничения максимального времени работы, действующие для всех работников, но и бо́льшая свобода в управлении временем, например в отношении распределения рабочего времени по дням, неделям, месяцам, годам и в течение всей жизни.

Вам кажется, что это невозможно? Давайте посмотрим, какие процессы скрываются за модным словом «home-офис». Как бы то ни было, динамика в вопросе разграничения и расширения пространства позитивная. Так почему по аналогии с этим нельзя организовать и время работы? Конечно, на реорганизацию потребуется время.

Однако прежде, чем это будет закреплено законодательной форме, необходимо выработать новое отношение к ценности рабочего времени. Текущие достижения в этом отношении действительно достойны восхищения – возьмем, к примеру, то, что женщина – глава правительства может забеременеть и родить ребенка, оставаясь на своем посту, или то, что две женщины-врача могут делить должность главного врача. До тех пор, пока большая часть – скажем так, мужская часть – населения осмеивает и отрицает это, общий уровень стресса, скорее всего, не изменится. Потому что, к сожалению, проблема по-прежнему имеет гендерно-специфический характер. Если отцы не будут настаивать на том, что хотят проводить со своими детьми значительно больше времени, ситуация вряд ли изменится. Но время – деньги. А деньги – сила. Так что время тоже является фактором силы. Необходимо изменить значение времени – и этого желает большинство людей. Следующие за этим изменение и распределение власти станут облегчением для всех нас.

Поиск смысла как самоцель

Задавать вопросы о смысле уже кажется старомодным. Имеет ли смысл жизнь каждого из нас в отдельности и наша совместная жизнь общества – вряд ли кто-то захочет взять на себя труд задавать такие вопросы или даже отвечать на них. Скорее мы задаемся вопросом, что может принести нам пользу. Осмысленность давно приравнивается к целесообразности. В прошлом религии давали более или менее простые ответы на наши вопросы о смысле. Сегодня эту роль переняло потребление под видом целесообразности, а полезность признана высшим благом. С оглядкой на предполагаемую победу капитализма над коммунизмом, на триумфальное шествие неолиберализма, последствия которого мы ощущаем по сей день, следует вновь подвергнуть критике экономические условия. Однако мы считаем, что нападать на политическую и экономическую элиту и призывать ее к ответственности было бы слишком поверхностным подходом.

На вопрос о смысле каждый человек может и должен ответить сам для себя. Когда речь заходит о смысле работы, творческой энергии и креативности, ощущение бессмысленности может проявляться у представителей всех уровней экономической иерархии. Разница лишь в том, что руководителям на самом деле легче выйти из беличьего колеса, потому что высота финансового падения другая, и падение обычно не сопровождает опасность столкновения с нуждой. Высокая степень отчуждения работы, которое метко описал и предсказал Маркс [39], очевидна на многих уровнях и во многих отраслях.

Но уже есть компании, которые подают нам пример положительного развития и рассматривают поиск смысла как важнейшую задачу. Они показывают нам, что, помимо успеха компании – и, следовательно, вклада в обеспечение средств к существованию сотрудников, – существуют и другие цели. Это может быть введение и использование прибавочной стоимости в фондах, поддерживающих благотворительность, экологию или искусство. Но в рабочих буднях важно поддерживать и осмысленность – под ее началом должен быть организован труд всей организации и в первую очередь сплоченность коллектива.