Мастер пилюль - Роман Романович

он, как и я, спокойно запрыгнул в поток и без всякой подготовки подлетел вверх, заскочив в пещеру. Сработал куда чище, чем я.

Силён, что здесь скажешь. Даже пугает. Спустя минуту вернулся так же легко, как и взлетел.

— Ты перья набрал? — спросил он, остановившись рядом.

— А их зачем? — удивился я.

— Они сопротивление поднимают.

— Оуч… — почесал я макушку. — Не подумал. В каменной пещере мы тоже ничего такого не нашли. Можно туда заглянуть на обратном пути.

— Разделим сферы?

— Как и договаривались, — кивнул я.

Делили по числу причастных. Тех, у кого был ветер. Отдал сферы, забрал перья. Нужны они мне или нет — хороший вопрос. Связь со стихией и без того развилась значительно. Но, может, я чего не знаю и на следующем ранге всё изменится? Посмотрим. Пока у меня только чаши наполнены, никакой связи и сопротивления я не ощущаю. Дарсия, кстати, не пожелала проходить испытание. Ну да её выбор.

— Леван с остальными сейчас отправится в каменную пещеру, — сказал Маркус. — Если не против, я хочу прогуляться с тобой до огненного острова.

— Не вопрос. Только не уверен, что мой способ передвижения тебе понравится. Идём, если хочешь.

Я направился наверх, на скалу. От волнения потряхивало, но я всё равно забрался. За все эти дни моё отношение к приключениям менялось и не раз. От былого воодушевления мало что осталось. В том-то и проблема. Я сомневался, задаваясь вопросом, стоят ли все эти риски обретённой силы. Зная, что ждёт впереди, я хотел поставить свою жизнь на кон, чтобы в очередной раз проверить себя. Готов ли к такому или нет?

Маркус рискнул и отправился следом. Со своим отрядом он успел попрощаться. Ну да планы они десять раз уже обсудили за эти шесть дней, в долгих разговорах не было смысла.

— У меня возникло дурное предчувствие, что ты задумал что-то плохое, — сказал Маркус, догнав.

— Очень плохое, — не стал я отрицать.

Забравшись на самый верх, огляделся. Кошка Мат говорила, что эти острова та группа бессмертных создала, потому что у одного из них родился сын. Идеальная площадка для развития. В довесок — что может быть лучше для ребёнка, чем игры? Поэтому на острове было всякое, что добавляло веселья.

— Старший Пауль! — закричал я, подняв руки.

— Ты точно спятил, — занервничал Маркус.

Это было видно по его напряжённой позе, по бегающему взгляду, по застывшему лицу.

Зверь спикировал абсолютно бесшумно. Я уловил колебания ветра и то, как могущественная аура несётся к нам. Маркус тоже что-то такое ощутил, дёрнулся и обернулся. Рывок был стремителен. Нас в один миг снесло со скалы, закрутило. Что-то твёрдое дёрнуло и сжало. Миг дезориентации, и вот мы оба высоко в небе, зажатые в когтях могущественного зверя, летим над островами.

— Это… Прекрасно! — вдруг заорал Маркус.

Его слова потонули в шуме ветра, я едва смог понять, что он там кричит. Бросил взгляд, увидел восторженное лицо парня. Маска вечно уверенного в себе лидера треснула, наружу вышел тот самый ребёнок, который с восторгом смотрел вниз, на открывшуюся картину. Я испытывал нечто схожее. Острова стали маленькими, удалились. Дух захватило, а внутренности сжало. Мозг отказывался верить в то, насколько высоко я забрался.

Когда пошли на снижение, сердце ушло в пятки, уши заложило, дыхание перехватило. Сделав круг, старший Паоль пронёсся над водой и разжал хватку. Вдвоём мы устремились вниз, прямо к берегу, но не долетели и упали в реку.

* * *

На сушу выбрались одновременно. Пляж был каменный, цепляясь, кое-как вскарабкались. Маркус перевернулся на спину, развалился на особо большом куске скалы и рассмеялся.

— Я теперь куда лучше понимаю Дзендао, когда он рассказывает о ваших приключениях. Ты в курсе, что безумен, Эл?

— Ладно тебе. Весело же было.

— Не то слово, — перестал он смеяться и сел, заговорил обычным тоном. — Для развития важно понять свою стихию в разных проявлениях. Сегодня я кое-что понял о ветре и небе. Это дорогого стоит. Спасибо тебе.

— Обращайся. Идём дальше? Там впереди ещё кое-что безумное поджидает.

И мы пошли.

Остров изобилия был полон жизни и самой разнообразной природы. Остров земли оказался одной сплошной скалой, где встречались редкие деревья и жизни было не так много. Здесь же ещё пахло серой, гарью, чем-то кислым и вонючим. Открытое пространство хорошо продувалось, что в мокрой одежде чувствовалось по полной. Холодные ветра, казалось, пробирали насквозь.

— Что у тебя с лицом? — спросил я, чтобы разрушить тишину.

— Что с ним? — бросил он на меня взгляд.

— Пять минут назад ты был счастливым. Сейчас снова стал слишком серьёзным.

— Слишком? — вскинул он бровь. — На мне большая ответственность.

— За меня отвечать не надо. Расслабься, что ли.

Парень улыбнулся. Хмыкнул. И даже задышал как-то свободнее.

— До нужного места далеко? — спросил он.

— Не знаю, но, как и в прошлые разы, нам в центр.

— Тогда предлагаю пробежаться. Заодно согреемся.

— Наперегонки?

— Вообще-то разумно держать ровный темп, чтобы экономить силы.

— Так на перегонки? — улыбнулся я.

Маркус ничего не сказал и сорвался с места первым. Так куда лучше! Глядишь, выйдет из него ещё нормальный человек!

* * *

До того как отправиться на острова, я хорошо знал пределы своей выносливости. Ведь день идти через лес — легко. Идти и бежать — сложнее, но осилю. Сейчас же, после закалки тела и всех изменений, я бежал так легко, как никогда раньше. Мы неслись с Маркусом, за раз перепрыгивали огромные валуны и расщелины, отдалялись и догоняли друг друга. Вышли утром, а к вечеру добрались до нужного места, так быстро двигались.

Забрались на каменный гребень, да так и застыли.

— Это оно? — мрачно спросил Маркус.

— Оно самое, — кивнул я.

Было от чего впечатлиться. Лес — родная для меня среда обитания, здесь же… Здесь же сразу чувствовалось, что это какой-то иной, незнакомый мир. Огромная площадь была утыкана проломами, из которых то и дело били то раскалённые облака пара, то водяные столбы. Тухлыми яйцами пахло особо сильно, аж в носу свербело и голова кружилась. Но это всё меркло на фоне туши огромного, каменного быка, что застыл в отдалении, в центре этого пространства.

— Как думаешь, зверь ещё жив? — спросил Маркус.