АНАФЕМА: Свобода Воли. ТОМ 4 (Часть XI) - Антон Тутынин

самих карьеров наткнулись и на блокпост его людей, которые не пропустили нас дальше, пока не связались со своим шефом и он не отдал приказ.

В итоге наша колонна оказалась на огромном импровизированном стрельбище, устроенным в каких-то старых песчаных карьерах, где уже стояли десятки машин, принадлежавших службе безопасности его фирмы. Сам Себастьян нашёлся на стрельбище, весь взмыленный, измазанный в оружейной смазке и одетый в военную форму без знаков различий, но счастливый и с горящими глазами возившийся со станковым пулемётом. Ствол его оружия дымился и, похоже, едва-едва перестал светиться от перегрева, так как от него ощутимо веяло жаром. А рядом с Себастьяном были весьма ожидаемо его бессменные телохранители: огромный русский парень, и сухощавый индеец, что в прошлый раз вдвоём фактически отразили нападение целой группы наёмников.

— Ачь!.. Блядска курва! — молодой поджарый мужчина с рифлёной мускулатурой резко одёрнул руку от пулемёта, сразу же засунув указательный палец в рот. Всё же, как обновлённый Себастьян Ковальский поразительно отличался от себя прежнего! Вообще ничего общего, как по внешнему виду, так и по самому поведению. Ведь стоило только ему ошибиться, как недрогнувшей рукой его вездесущей индеец по имени Сол влепил своему шефу дубинкой прямо по почкам! И тот, о чудо, стерпел удар!

— Ошибка! Сто пятьдесят отжиманий! Выполнять!

Мы наблюдали эту сцену издалека, пока охрана бизнесмена вела нас к этому месту под конвоем. Меня, Тифу, и ещё трёх моих телохранителей во всеоружии сопровождал целый взвод! Поляк явно перестраховывался после последнего нападения.

Когда мы подошли, Себастьян только-только заканчивал первую полусотню отжиманий на заранее подготовленном дощатом настиле, нисколько не стесняясь касаться кончиком носа пыльной поверхности. Он раз за разом, стиснув зубы, продолжал толкать своими руками землю! И, похоже, делал это с полной уверенностью в правильности избранного пути.

— Вы кто такие? Как нас нашли и чего вам надо? — здоровяк по кличке Бес преградил нам путь своей внушительной фигурой. В его руках словно игрушка покоился лёгкий пулемёт калибра десять миллиметров, а само его мускулистое тело почти двухметрового роста едва-едва помещалось в его броню!

— Я пришёл передать привет от Зеона. Мы с Себастьяном служим одному господину — его должны были предупредить обо мне, — стоило мне умолкнуть, как Себастьян Ковальский мгновенно вскочил с земли, предусмотрительно прервав возмущение своего телохранителя.

— Всё! На сегодня мы закончили тренировку! Я снова ваш босс, — стоило ему произнести ключевую фразу, как отношение индейца тотчас сменилось, став более уважительным, — Так вот ты какой, брат по судьбе. Не думал, что это окажется сам наглый новичок собственной персоной, столь оперативно поглотивший ослабевшую семью Шульц. И как же тебе удалось помирить двух сестер, и жениться на них обеих⁈ Я слышал они едва-едва в глотки друг другу не вцеплялись. Есть какой-то секрет? Кстати, добро пожаловать на моё стрельбище!

Я моментально пожал протянутую руку, ответив на его крепкое рукопожатие. И пусть она была довольно грязной после упора лёжа и возни с железом и оружейным маслом, но на моей коже не осталось ни пятнышка! Что опять же не укрылась ни от самого Себастьяна, ни от его людей, что стояли достаточно близко.

— Никакого секрета. Только моя неподдельная искренность и мужское обаяние, — я постарался улыбнуться максимально доверительно, но похоже мне никто ни на грамм не поверил.

— Э-э… отрадно слышать, — замешкался Себастьян совсем ненадолго, сразу же взяв себя в руки, — А то по городу каких только слухов не ходят по этому поводу. Не хочешь, кстати, пострелять? У меня сегодня с собой целый арсенал! — Себастьян широким жестом махнул на несколько стоек с оружием, где были представлены как обычные пистолеты и штурмовые винтовки, так и пулемёты разного калибра, и даже пара снайперских винтовок. А вокруг всего этого добра стояла как минимум три грузовика с патронами к этому оружию, что явно говорило о серьёзном подходе к стрелковой подготовке поляка.

— Пострелять? А чего бы и не пострелять. Ты как? — я обернулся к своей телохранительнице, мотнув головой в сторону оружия.

— Благодарю за предложение, но вынуждена отказаться. Я сейчас на службе, и не могу отвлекаться по пустякам.

— Ну, хозяин — барин! А я постреляю.

— Да, отлично! Сол, тащи пушки потяжелее и патронов побольше! И кто-нибудь замените чёртовы мишени, а то я уже все разъебал! И когда уже прибудут ублюдские холодильники⁈ — под его громогласные крики десятки людей тут же зашевелились, начав подтаскивать то одно, то другое к месту стрельбы. Несколько машин тотчас рванулись к краю песчаного карьера, где были установлены различные макеты мишеней, старые автомобили, и даже один списанный танк, поеденный ржавчиной. Было видно, что стрельбище это готовили основательно.

— Пан Ковальский, они уже здесь! Машина как раз подъезжает, — тот самый здоровяк по кличке Бес, быстро переговорив по рации, принёс явно хорошие новости своему шефу. Ибо после них тот засиял, будто начищенная монета.

— Отставить мишени! Быстро всё барахло убрать с линии! — его громогласный голос, ставший после трансформации очень грубым и мощным, снова разлетелся по всему карьеру.

— Что-то случилось? — полюбопытствовал я из вежливости.

— О нет, коллега, что вы. Напротив, всё просто отлично! Сейчас сами всё увидите. К сожалению, со стрельбой придётся повременить.

Нас на какое-то время предоставили самим себе, полностью сосредоточившись на подъезжающей фуре. Очень скоро из неё начали оперативно выгружать вполне обычного вида холодильники с двойными дверями и вытаскивать их на линию огня. Три десятка бытовых приборов очень скоро заняли своё место напротив песчаного склона, приведя в недоумение даже Тифу.

— Кто-нибудь понимает, что за ерунда здесь происходит? — вопрос её прозвучал просто в воздух, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Сейчас сама всё увидишь. А поляк-то наш тот ещё затейник…

Я же, как в воду глядел. Очень скоро дверцы этих холодильников отворили, и мы легко разглядели внутри человеческие фигуры, скованные по рукам и ногам, и, похоже, находившиеся под препаратами. Какое-то время над ними колдовали люди Ковальского, снимая с лиц с кислородные маски, выдёргивая из вен капельницы, и вкалывая им какой-то другой препарат,