Меняла - Виктор Исьемини

– …Да и я побегу, – донеслось из-за угла, – я ведь только тебя повидать отлучился. А так я Делу стерегу… Ну, бывай… Удачи…

– И тебе…

Когда я добрался в “Удачу шкипера Гройста”, там уже было очень людно. Наступил обеденный час и в заведение набилась толпа писарей, счетоводов и прочих служащих нашего Совета – тех, что победнее и не могут позволить себе столоваться в дорогой “Свече Денареллы”. Бездельники и дармоеды. Я высмотрел моего Эрствина. Теперь он сидел не возле окна, а забился в угол, стараясь не привлекать к себе внимания прихлебал из Большого дома, которые, конечно, знали его в лицо. Вот уж напрасно. Сын Леверкойского барона имеет полное право посещать ближайший к зданию Совета кабак и в этом нет ничего предосудительного или необычного. Более того, сын Леверкойского барона имеет полное право назначать там свидания темным личностям вроде меня – и в этом тоже нет ничего этакого… По дороге я завернул к стойке и заказал хозяину обед. Я не боялся лишний раз засветиться здесь и более того – посетитель, который ничего не заказывает, как раз и вызывает подозрение. Ну и мне пора было подкрепиться – кто знает, когда я смогу в следующий раз спокойно поесть…

– Принес? – спросил я Эрствина.

Тот кивнул с совершенно убитым видом.

– Послушай, друг мой, ты все делаешь правильно. Нечего сидеть здесь, среди этих молодцов из Большого дома с таким видом, словно ты только что осквернил святыни. У тебя словно на лбу написано: “Я совершаю страшное преступление”.

Я подлил в стакан Эрствина вина:

– Давай-ка, улыбнись. Пусть все видят, что совесть у тебя чиста! За удачу!

Эрствин ответил мне вымученной улыбкой и старательно отсалютовал стаканом. Выглядел он до того жалко, что мне даже захотелось его ободрить.

– Ну же, Эрствин, выше голову! Все идет по плану!

Глава 29

Магия требует сосредоточенности и спокойствия, а в шумном кабаке, полном жрущих болтливых писарей я не мог сконцентрироваться. К тому же кто-то из них мог углядеть в моих в руках родовой талисман Леверкоев, что ни говори, вещица была довольно-таки приметная. Слишком приметная, чтобы доставать ее в людном месте. У меня, признаться, промелькнул даже соблазн… Такая дорогая вещь… Но это было просто машинально, я легко подавил недостойный порыв присвоить дорогой амулет и предложил Эрствину уединиться где-нибудь в более спокойном месте. Мы вышли из “Удачи шкипера Гройста” и зашагали по улице, озираясь в поисках уютного закутка, где смогли бы спокойно обделать свои дела. Времени терять не хотелось, да и слишком уж удаляться от Большого дома нам было не с руки – поэтому я не надумал ничего лучшего, как привести моего приятеля в тот самый переулок, где я вчера дожидался полуночи. Кстати, проповедников слышно не было. Посеяв в обывателях страх и недобрые ожидания, армия болтунов исчезла в обеденный час так же организованно, как и появилась сегодня на рассвете…

Переулок у тайного выхода из дома Совета был пуст и безлюден. От разогретых солнцем пыльных камней поднималось легкое марево, откуда-то издали доносились еле слышные звуки жизни большого города… Здесь было очень спокойно – самое подходящее местечко для моего занятия. Я еще раз огляделся – по привычке. Затем сел в тени под стеной лицом к Большому дому и спиной к окнам соседних домов, откуда кто-то мог случайно нас заметить. Из узких бойниц левого крыла дома Совета нас вряд ли можно хорошо рассмотреть и уж во всяком случае – оттуда не видно, что у меня в руках… К тому же любопытный Эрствин пристроился передо мной, загородив от всего Мира и приготовился наблюдать за колдовскими трансформациями.

Боюсь, я разочаровал парнишку, все заклинания у меня были заготовлены заранее и работа над родовым баронским талисманом оставалась совершенно механическая. Я обследовал медальон и изучил привязанные к камням заклинания. Как это частенько бывает с такими дорогими и старинными вещицами, среди ерундовой волшбы нашлось и кое-что примечательное – очень занятные чары, связанные с использованием оружия в схватке, во всяком случае, я так предположил. Разумеется, серьезные вещи я трогать не стал, зато одним камешком, на мой взгляд, можно было пожертвовать совершенно безболезненно. Я достал ножик и очень медленно, с большой осторожностью, высвободил из креплений на тыльной стороне медальона маленький самоцвет – тусклый, почти не ограненный.

Предупреждая расспросы бдительного Эрствина, я пояснил:

– Чары против простуды. Надеюсь, ночь будет теплой и твой отец не простудится без охранных чар.

– Хромой, ты уверен?..

– Не беспокойся, – я постарался придать голосу уверенность и спокойствие, – когда все закончится, мы вернем камешек на место. Пожалуй, пусть он побудет пока у тебя. Так он будет сохранней.

Я вручил камень Эрствину и тот спрятал его в кошель на поясе. Мальчик вспомнил, что у него до сих пор остается моя трубочка с “дыханием Гергуля Старого” и полез за ней в карман. Я остановил его, пояснив, что сонные чары могут ему понадобиться, когда он будет возвращать амулет на шею барону. Потом я выбрал из своих магических приспособлений нужный кусочек янтаря и вставил его в медальон на место извлеченного самоцвета с охранной магией. Загнув крепление, я пошевелил камешек в гнезде, чтобы проверить, что держится он крепко. Убедившись в надежности крепления, я надел баронскую цацку на себя, а Эрствину вручил кулон с другим осколком янтаря, велев сунуть камень себе в ухо. Эрствин, пожав плечами, исполнил мое распоряжение, а я отошел вдоль переулка шагов на десять.

Я обернулся и помахал рукой моему приятелю. Мальчик неуверенно махнул мне левой рукой в ответ, правой он придерживал “принимающий” камень. Эх, молодость… Я глубоко вздохнул и заметил, как брови Эрствина шевельнулись – он услышал даже мой вздох. Что ж, заклинание довольно редкое, удивление парнишки можно понять. Затем я отвернулся и произнес очень тихо, но отчетливо: “Эрствин, верь мне, у нас все получится. А твою тайну никто никогда не узнает”. Когда я обернулся и поглядел на моего приятеля, на его бледним лице появилась улыбка. Работа заклинания привела его в восторг и вселила надежду на успех, а ведь всего минуту назад он был полон уныния и скептически относился к моим уверениям в правильности наших действий. Я не первый раз вижу, как перепуганные люди успокаиваются и исполняются веры в победе, видя воочию, какие чары будут на их стороне. Я не знаю, можно ли считать это побочным действием магии. Вряд ли, скорее люди (я имею в виду – лишенные Дара люди) просто сами убеждают себя в том, что при поддержке тайных сил они непобедимы. Когда они видят на своей стороне то, что для них загадочно и недоступно – они обретают иллюзию собственного роста, иллюзию собственного приобщения к высшей власти над природой Мира… Да, стоит быть магом уже ради того, чтобы видеть все в истинном свете и не строить подобных иллюзий. На самом деле этот самообман опасен, Эрствин, очарованный моей ерундовой волшбой, просто забыл о том, с какими могущественными и опасными силами нам предстоит иметь дело этой ночью – словно ребенок, отдающий настоящую ценность в обмен на пестрые побрякушки. Но, тем не менее, мои чары действовали и они должны были нам немного помочь…