На золотом фронте - Александр Павлович Серебровский

для правительства США на много миллионов долларов. Таким образом капиталистические отношения того времени оказались шагом вперед для Калифорнии, и усиление добычи золота в Калифорнии сыграло важную роль в истории США, послужило источником укрепления мощи Северных штатов во время гражданской войны с Югом.

Если бы золото, добытое на Тихоокеанском побережье, попало к началу войны 1861—1865 гг. в сундук Южной конфедерации, то результаты войны могли бы быть совершенно другими. Но своеобразные первобытные коммуны, которые существовали в Калифорнии до организации крупных предприятий, были все время больше на стороне северян, чем на стороне южан. Одно уже то, что на юге существовало рабство, отталкивало калифорнийские золотопромышленные артели и старательские организации. Поэтому они открыто поддерживали Северные штаты еще до организации крупных предприятий, основанных на средства северных банков; стоимость золота и серебра, которые были ими отправлены в распоряжение северного командования, была очень велика. Кроме того, много золота было получено правительством путем скупки и т. д. По этому поводу имеется огромное количество материалов в Калифорнии (в Сакраменто и Сан-Франциско), и ясно видно, каким образом открытие золота послужило к усилению Северных штатов, каким образом война была выиграна именно благодаря этому золоту. Это же золото дало США огромный толчок для развития промышленности и чрезвычайно усилило валютную мощь. Это золото дало возможность выпускать займы, вести оживленную торговлю и всегда выполнять свои обязательства.

Золото в Калифорнии пошло не только в уплату за военное снаряжение, которое дало возможность северянам выиграть борьбу, но пошло впоследствии на то, чтобы дать возможность США сделаться той промышленной, развитой страной, какой она является сейчас.

При помощи золота, а также цинка, свинца, меди, США имели возможность развить свою тяжелую промышленность и сделаться чрезвычайно мощной страной. Это для нас должно служить примером. Развивая нашу промышленность, мы должны все золото передавать в распоряжение нашего Советского правительства, чтобы усилить его мощь. Кроме того, золото служит в руках нашего правительства лучшим ресурсом для покрытия своих обязательств, для укрепления балансов внешней торговли, дает возможность покупать оборудование и технические материалы для постройки и оборудования наших прекрасных новых заводов. Наконец, золото, открываемое в горах, в далекой местности, всегда ведет за собой открытие нефти, меди, железа. Так же, как в Калифорнии, создаются у нас в СССР новые города, оживают пустынные местности, развиваются промышленность, торговля, сельское хозяйство, строятся новые заводы, промышленные предприятия, фабрики. Разница однако в том, что в недрах американского капитала возникает его собственное отрицание, т. е. пролетариат как класс, а у нас победивший пролетариат строит социализм и семимильными шагами идет к построению бесклассового общества.

Мы у себя дома имеем поэтому все возможности безошибочно построить нашу советскую золотопромышленность и тем укрепить мощь СССР.

Вот почему по поручению тов. Сталина я так тщательно собирал материалы, так усердно изучал золотое дело, объезжая рудники и фабрики почти все время на автомобиле. Но я не рассчитал состояния своего здоровья, сначала захворал в штате Юта, а потом добрался до Нью-Йорка, где П. А. Богданов устроил меня в госпитале. Затем, когда я немного поправился, П. А. Богданов отправил меня в сопровождении врача в Лондон, откуда я добрался до Берлина, а затем приехал домой в Москву. Там меня начали серьезно лечить, но я скоро вернулся к работе, которую не мог прекращать. Я должен был использовать весь тот опыт и те материалы, которые собрал в США. Поэтому я продолжал все время работу, иногда, когда мне было очень плохо, отлеживался и снова работал.

Я находился под наблюдением врачей и все время вел работу в самых отдаленных уголках нашего Союза, где на моих глазах росла и ширилась золотая промышленность, согласно указаниям тов. Сталина. Вместе с тем росла вся наша страна и тяжелая промышленность и сельское хозяйство.

 Тов. Сталин и тов. Орджоникидзе на XVII партконференции в 1932 г.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ВОЗВРАЩЕНИЕ В МОСКВУ. БЕСЕДА С ТОВ. СЕРГО. ДОКЛАД ТОВ. СТАЛИНУ.

ПРОВЕРКА РАБОТЫ ПО ЗОЛОТУ, СДЕЛАННОЙ В СССР ВО ВРЕМЯ МОЕГО ОТСУТСТВИЯ. ПРИКРЕПЛЕНИЕ К ЗОЛОТОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ СПЕЦИАЛЬНЫХ ЗАВОДОВ ДЛЯ ИЗГОТОВЛЕНИЯ ОБОРУДОВАНИЯ. УСИЛЕНИЕ РАЗВЕДОК.

ПОЕЗДКА МОЯ НА УРАЛ 1931 г. ОРГАНИЗАЦИЯ СНАБЖЕНИЯ.

ПОЕЗДКА НА АЛДАН; НОВЫЕ РАБОТЫ И УСТАНОВКИ.

ВОЗВРАЩЕНИЕ В МОСКВУ. ДОКЛАД ТОВ. СЕРГО. СОВЕЩАНИЕ У ТОВ. ОРДЖОНИКИДЗЕ. РЕШЕНИЕ ЦК О ЗОЛОТЕ. ПРИВЛЕЧЕНИЕ НОВЫХ РАБОТНИКОВ ВОСТОКЗОЛОТО В ИРКУТСКЕ.

СОВЕЩАНИЕ В НОЯБРЕ 1931 г. В ИРКУТСКЕ. НАЛАЖИВАНИЕ РАБОТЫ В ПЕРВОМ КВАРТАЛЕ 1932 г.

ПОЕЗДКА НА АЛТАЙ ВЕСНОЙ 1932 г. РИДДЕР. ОПИСАНИЕ РАБОТ НА РИДДЕРЕ.

ПОЕЗДКА НА БАЛХАШ, ЧИМКЕНТ, АЧИ-САЙ, ВОЛГАЗОЛОТО, КОЧКАРЬ, КЫШТЫМ, МИАСС. ВОЗВРАЩЕНИЕ В МОСКВУ В ИЮЛЕ 1932 г.

СОВЕЩАНИЕ У ТОВ. СЕРГО. РЕШЕНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВА ПО ЗОЛОТУ. ТОВ. СТАЛИН ПОСЫЛАЕТ МЕНЯ НА ПЕРИФЕРИЮ С ТЕМ, ЧТОБЫ НАЛАДИТЬ РАБОТУ НА ЛЕНЕ И НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ. ВОЗВРАЩЕНИЕ В МОСКВУ И ДОКЛАД ТОВ. СТАЛИНУ.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЛОЖЕНИЯ НА РУДНИКАХ К КОНЦУ 1932 г. КАЗАХСТАНСКИЕ ДЕЛА И СОВЕЩАНИЯ У ТОВ. СЕРГО.

ТОВ. СТАЛИН СТАВИТ ВОПРОС О ДАЛЬНЕЙШЕМ УВЕЛИЧЕНИИ ДОБЫЧИ В 1933 г. И О КРУПНЫХ АССИГНОВАНИЯХ.

Пустили первый ватер-жакет нашего Дарасунского завода.

Во время беспрерывных поездок по рудникам и заводам США, как я уже говорил, здоровье мое пошатнулось. Пролежав некоторое время в штате Юта. я приехал в Нью-Йорк, где меня ждала телеграмма тов. Серго, очень обеспокоенного состоянием моего здоровья. Благодаря заботам тов. П. А. Богданова, я был помещен в госпиталь и был поставлен более или менее на ноги. Затем в сопровождении врача, предоставленного т. П. А. Богдановым, я доехал до Лондона, где меня снова осмотрели врачи и разрешили ехать до Берлина. В Берлине еще раз осмотрели и разрешили дальнейшую поездку в Москву, конечно, со всякими заключениями врачей, с выпиской о консультации, с рентгеновскими снимками, со всеми материалами, интересными для московских наших врачей, но менее всего для меня.

В самом конце 1930 г., прибыв в Москву, я пошел к товарищу Орджоникидзе на квартиру. Он был очень рад, что я поправился, и сказал, что все ужасно беспокоились, чтобы мне не сделали операцию в США. Я доложил подробно т. Орджоникидзе о моей поездке, показал чертежи, материалы, карты, которые я принес на квартиру. В это время вошел тов. Сталин и принял участие в нашей беседе. Выслушав мой рассказ, он назначил мне время для более подробного доклада, который я ему сделал через несколько дней.

Тов. Сталин очень был доволен, что нам удалось достать такое