На золотом фронте - Александр Павлович Серебровский

владычества горняков, старателей и русских поселенцев. После этого масса народу хлынула в Калифорнию, и там началась не только золотая горячка, но и вслед за ней общее развитие всей страны. С самого начала это было, конечно, не совсем так, поля были заброшены, дома оставались недостроенными, люди ничем не стали заниматься, кроме производства лопат и мотыг, промывки песков и добычи золота. Вслед за этим сейчас же двинулась масса людей из других стран и начались организованные поездки в Калифорнию. В это дело были вложены крупные деньги лицами, занимающимися золотом. Большие капиталы были вложены в производство инструментов, оборудования, постройку домов, на доставку продуктов питания. И, наконец, самые энергичные люди из разных стран устремились туда, и некоторые действительно сделались горняками, но многие занимались торговлей и заработали на этом деле больше, чем настоящие старатели, золотничники.

Оборудование первых приисков было очень простое, промывали в лотках, затем стали строить так называемые американки или баксы. Это тот же самый тип промывки, что употребляется у нас еще до сих пор. Потом эти самые баксы стали делать гораздо больших размеров, и получилось что-то вроде нашей теперешней бутары. Это приспособление понемногу снабжалось решетами, делалось все длиннее, усовершенствовалось и лучше обслуживало нужды старателей. Последнее из приспособлений, изобретенное тогда, получило название «Длинный Том».

Так же, как и у нас, рабочие работали на протирке, в конце приспособления ставили еще плоскони. В то же самое время стали применять амальгамацию для лучшего улавливания золота.

Эти первые дни Калифорнии для нас чрезвычайно интересны потому, что во многих местах мы переживаем как раз сейчас время развития старательской добычи. Поэтому нас интересует не только история этих открытий, а также обстановка, которая дала возможность получить такое огромное количество золота.

В Калифорнии обнаружены были не только первичные россыпи, но также и более древние, образовавшиеся в старых руслах. Наконец, на высоких террасах находили большие террасовые залежи, которые также являлись прежними руслами рек.

После того как золото было открыто в россыпях внизу, мало-помалу золотоискатели стали подниматься вверх по речкам и открыли вдоль нижнего склона Сиерры ряд террасовых россыпей; затем нашли большую центральную жилу, которая простиралась на очень большое расстояние (Mother Lode). В этих поисках россыпей и жильного золота, в разработке их с самого начала старатели работали в одиночку, но потом они стали объединяться в маленькие артели человека по четыре, которые были нужны для работы на маленьких бутарах. Затем произошло еще большее объединение, потому что нужно было работать на более крупных промывных устройствах, как «Длинный Том», а кроме того, найдены были рудные месторождения, на которых маленькими группами работать было совершенно невозможно, и требовались крупные капитальные вложения.

Вот эти старатели объединены были в более крупные артели, но тут поднялся вопрос о правах старательских работ на рудниках, и губернатор Калифорнии Ричард Менис Смит поставил вопрос о том, чтобы правительство получало доходы от этой эксплоатации и чтобы ему сдавалось все золото. Он поставил вопрос о том, чтобы земли стали собственностью правительства и передавались бы для эксплоатации крупным компаниям за определенную цену. При этом была гарантия, что крупные компании добудут гораздо больше золота на крупных рудниках и хорошо заплатят за это, тогда как от старательской вольницы много взять было нельзя. Капиталистические отношения были шагом вперед для Калифорнии того времени. Однако, старатели отказывались пускать на золотоносные земли предпринимателей, отстаивали собственные права и никаких других прав не признавали.[65] Старательский собственный закон по эксплоатации золотых россыпей был весьма демократичным законом, но он был невыгоден для государства США. На основании неписаной конституции была выработана организация горных поселков, в которых жили старатели, разрабатывающие золотые россыпи и рудники. Они выбирали магистрат и депутатов, которые разбирали вопросы о правах на участки. Этот патриархальный мир, который описывается у Брет-Гарта, привлекателен для него отчасти вследствие испуга писателя перед новым фактором — капиталистом, а также вследствие хорошей плебейской ненависти разночинца-демократа к эксплоататорам, кто бы они ни были. Но зрячей эту ненависть признать никак нельзя.

Мало-по-малу на протяжении 500 миль появилось население до 200 тысяч человек, которое, в сущности, не имело ни правительства, ни военной и гражданской власти и в та же время добывало золото. Чиновников, присланных от правительства, сначала не признавали, но, в конце концов, это «Эльдорадо» было прикончено, золото попало в руки вашингтонского правительства и нью-йоркских банков; капитал выдвинулся на золотопромышленную арену, как новая организующая сила.

В настоящее время в Америке правительство и его органы весьма сурово относятся даже к тем писателям, которые вспоминают прежние калифорнийские дни и описывают старую организацию, которая тогда была. Правительственные чиновники старались все время рассказывать, что это было время анархии. На самом деле это было не совсем так. Там существовали примитивные общины, которые, конечно, не могли построить такое организованное крупное предприятие, как могли это сделать банки. Не могли поэтому старатели дать очень много золота правительству США. В этих своеобразных коммунах было большое количество прежних обитателей Калифорнии — потомков старых русских колонистов, но еще больше было людей, бросивших свою родину, чтобы попытаться найти богатство на золотых приисках. Конечно, как только туда проник крупный капитал, началось социальное расслоение этих общин.[66] Первое время, когда еще сильны были старые традиции, не позволялось никому захватывать более двух участков, а также не разрешалась торговля и спекуляция земельной собственностью. Впоследствии, когда население приисков перевалило за сотню тысяч человек, демократические традиции первых старателей сильно стали изменяться. К изменению этого порядка приложили руку прибывшие американские предприниматели, агенты разных синдикатов и банков, агенты правительства, которым общинные порядки были невыгодны. Они начали в различных формах и различным путем подчинять себе торговлю в этих первобытных коммунах, овладевать землею и средствами получения золота. К этому времени относится открытие питейных заведений, трактиров, ресторанов, которые первое время магистратами старательских общин были запрещены. Появилось много игроков, трактирщиков. Затем появились воинские отряды американского правительства, которые сначала следили, чтобы не было скандалов, драк, грабежей и т. д. Как только проник капитал, началась скупка участков, спекуляция ими; поднялся вопрос о правах приискателей владеть земельными участками, поднялся вопрос о том, имеют ли право без разрешения правительства работать без всяких оснований все эти, неизвестно откуда пришедшие, люди.[67] Мало-по-малу правительство захватило в свои руки все земли и сдало их в аренду крупным компаниям.

Таким образом крупный капитал проник в эту своеобразную старательскую калифорнийскую «коммуну», овладев золотопромышленностью, начал вкладывать большие средства в предприятия. В следующие десять лет Калифорния добыла золота