Я беду от тебя отведу - Ульяна Динова

— Надо же! Ты, оказывается, в теме, а мы-то всё прикалываемся…

— Эта тема для меня давно исчерпана и закрыта, поскольку не интересна. А вот у вас есть другие темы для разговоров?

— Есть! Давайте поговорим о боксе, — с готовностью подхватил Данни и, приняв боевую стойку, стал изображать разные хуки вправо-влево.

— Всё с вами ясно, — усмехнулась я.

23 февраля выдалась на редкость тёплая и солнечная погода. Мы с Вадимом целый день гуляли по Москве. Потом немного посидели в кафе, а к вечеру, когда начало темнеть, поехали на Воробьёвы горы — полюбоваться красивой панорамой города. На смотровой площадке Вадим меня обнял и очень нежно поцеловал, ничуть не стесняясь присутствия многочисленных людей. В этот момент раздался оглушительный грохот, и я вся сжалась, закрыв голову руками. Небо осветилось сотнями сверкающих огней, встреченных радостными криками толпы.

— Ты чего так испугалась? — удивился Вадим. — Это всего лишь салют.

Я лишь глупо улыбнулась и пожала плечами, чувствуя неловкость.

Держась за руки, мы шли вдоль набережной, и тут я снова испуганно ахнула, потому что неожиданно прямо перед нами словно из-под земли вырос Ладдок Девятый.

На лице его играла, как мне показалось, зловещая улыбка.

— Привет, прогуливаетесь? — поинтересовался он.

— Прогуливаемся… — настороженно подтвердила я.

— Тебе чего, друг? — угрожающе начал Вадим.

— Хорошая погодка, не правда ли? — спросил Ладдок вместо ответа, переводя взгляд с меня на моего спутника.

— Неплохая, — согласилась я, не зная, чего от него ожидать.

— Ну гуляйте, детки, гуляйте. С Днём защитника Отечества! — поздравил он нас и, подмигнув мне, исчез.

— Кто это был? — спросил меня Вадим, когда Ладдок удалился.

— Не знаю… — солгала я. — Просто какой-то подвыпивший парень.

— Весьма подозрительный тип, — сказал он. — Глаза у него такие… — он подобрал слово: — бесовские, на мой взгляд.

Оказавшись на безлюдной улочке, мы снова стали целоваться, стоя на узком тротуаре, примыкающем прямо к одному из домов. Внезапно я почувствовала странное беспокойство, тут же отозвавшееся учащённым сердцебиением. Вслед за этим я услышала шум в ушах, похожий на морской прибой, а затем, словно издалека, в мою голову прорвалась уже знакомая злополучная нота «си», моментально вызвав у меня предчувствие близкой опасности. Я оглянулась по сторонам, но ничего не увидела.

— Что с тобой? — спросил Вадим, заметив изменившееся выражение моего лица.

— Ничего. Всё… нормально, — еле выдавила я из себя, прикрыв глаза и сжав виски; в этот момент перед глазами всё окрасилось в красный цвет, и я увидела что-то большое, прямоугольное, летящее сверху прямо на нас.

— Берегись! — крикнула я, и схватив Вадима за рукав куртки, потащила его на другую сторону дороги.

— Да ты чего? — засмеялся он, думая, что я дурачусь.

Раздался какой-то странный звук, будто лопнула струна; он повторился ещё дважды, после чего сразу же последовал глухой стук и звон разбитых стекол, острыми осколками посыпавшимися вниз. Две большие банки с жёлтой краской упали на мокрый асфальт, расплескавшись и забрызгав стену дома… С самого верхнего этажа, оторвавшись от канатов, падала тяжёлая строительная люлька.

Люлька упала, развалившись на части, в то самое место, где несколько секунд назад стояли мы с Вадимом. Хорошо, что кроме нас никого во дворе не было; только в отдалении, прихрамывая, медленно брёл старичок с палочкой.

— Ничего себе… — потрясённо произнёс Вадим. — Как ты узнала?

— Не знаю, просто почувствовала опасность… Интуиция, наверное… — уклончиво ответила я, хотя и сама не понимала, как это у меня получилось.

Он ничего мне больше не сказал, только крепко прижал к себе и обнял, слушая моё бешено колотящееся сердце.

Утром меня разбудило сообщение, пришедшее на мобильный телефон:

«Зачем ты думаешь о нём?Скажи, зачем?!Чем он прельстил тебя,О, гордое созданье!Не он, тебе судьбою предназначен, нет, не он,А тот, кого в упор не замечаешь ты…»

Боже! А вдруг это Ладдок присылает мне такие дурацкие «эсэмэски»? Он что, совсем сошёл с ума? Может быть, это он из ревности попытался устранить Вадима — и что-то сделал с люлькой? Хотя вряд ли: тогда бы ведь я тоже могла погибнуть… Но всё-таки он наполовину Тёмный; возможно, в какой-то момент «тёмное» возобладало в нём над «светлым»… Чёрт знает что происходит. В последнее время меня постоянно преследуют какие-то «тайны Мадридского двора»…

Мои встречи с Вадимом всегда происходили втайне от группы; он по-прежнему редко уделял мне знаки внимания на людях, но после занятий мы с ним словно превращались в беспечных, глупых детей, проводя много времени вместе, и, казалось, никак не могли насладиться обществом друг друга.

Несколько смущало поведение Ладдока. Увидев меня, он начинал многозначительно насвистывать, поглядывая вверх, что неприятно действовало мне на нервы. Не хватало мне, чтобы ещё и этот решил «положить на меня глаз». Однажды, когда я шла по улице одна, он догнал меня на мотоцикле, остановил и задал вопрос, что называется, в лоб:

— Ты встречаешься с тем парнем, с которым я тебя видел?

— Допустим, а что?

— Да так, ничего… Он из твоего института?

— Угу. Ещё вопросы есть?

— Вообще-то это весьма странно, поскольку между вами нет ничего общего.

Я взвилась и хотела было высказать ему всё, что я о нём думаю, но тут он удивлённо присвистнул и посмотрел за мою спину.

— Смотри-ка, а вон и твоя подруга. Никак снова замуж выходит.

Я повернулась и увидела на другой стороне улицы Лауру, — она выходила из свадебного лимузина в роскошном белом платье, придерживая длинную фату; сопровождал её какой-то лысоватый немолодой толстяк в дорогом костюме и с розой в петлице.

— Помнишь её? — спросил Ладдок. — Этот лысый дурачок — завидный женишок, кстати, известный телевизионный продюсер. Держу пари, бедняга и трёх месяцев не протянет после свадьбы с этой чёрной вдовой.

Кира несла шлейф платья подруги, но неожиданно она заметила меня и помахала мне рукой, что-то сказав Лауре. Та обернулась и улыбнулась своей отвратительной волчьей улыбкой.

— Ты не могла бы отпустить мою руку и не впиваться в неё так сильно ногтями? Я хоть и сверхъестественное существо, но всё же из плоти и крови! — взмолился Ладдок.

Опустив глаза, я увидела, что вцепилась ему в руку и сжимаю её изо всех сил.

— О, прости, я нечаянно… — упавшим голосом произнесла я, гладя его ладонь.

Он посмотрел на меня как-то странно и, легонько поддев меня за нос пальцем, стал заводить свой мотоцикл, насвистывая.

Два месяца пролетели, как две недели. И вот на носу уже были новые экзамены. Вадим пребывал в депрессии и сидел на занятиях, уткнувшись лицом в скрещённые руки, не слушая преподавателей. Я как могла пыталась помочь ему, но он, похоже, вообще не стремился сдать сессию. Больше всего на свете я боялась, что его отчислят, и тогда мы не сможем быть вместе постоянно.

— Я не могу больше, — однажды заявил он. — Мне всё осточертело…

На всех последующих консультациях я сидела одна.

Глава тринадцатая «БОЖЕСТВЕННЫЙ» НАПИТОК

Ладдок пригласил меня на тусовку своих друзей. Я попробовала напиток Сов и нечаянно напилась «в стельку». Ладдок смеялся, как последний демон. Бальдерик Рэй вытащил меня из ночного клуба. Наутро голова раскалывалась…

Вадим уехал на майские праздники за город, чтобы помочь родителям с открытием дачного сезона.

— Я думаю, тебе там будет неинтересно, — сказал он мне извиняющимся голосом перед отъездом.

— Да ничего, всё в порядке. Скоро увидимся, — улыбнулась я в ответ, хотя в душе у меня всё переворачивалось от мысли, что я не увижу его почти целую неделю.

Надо бы и мне тоже, как закончится сессия, хотя бы на пару дней съездить домой, навестить бабушку. Последний раз я видела её только на Новый год…

Я сидела в буфете Центра Магии и рассеянно помешивала ложечкой чёрный кофе. Ко мне за столик, как всегда неожиданно, подсел Ладдок, материализовавшийся словно из воздуха.

— Скучаете, милая барышня?

— Ну так… есть немного, — нехотя призналась я.

— А где же твой милый доктор-недоучка?

— Пожалуйста, выбирай выражения! — рассердилась я.

— Пардон… — с досадой стукнул он себя кулаком в грудь. — Я реально осёл и грубиян. Беру свои слова обратно.

Я промолчала, сдержанно улыбнувшись.

— Так я о чём… — посмотрел он на меня чистыми, невинными глазами. — Не хочешь ли проветриться, сходить куда-нибудь?

— С тобой? Интересно, куда? — усмехнулась я.