Квест для демиурга (СИ) - Дина Полоскова

Эльфы отсоединили свои ладони от рук девушки, и Альд быстрым движением сорвал с ее глаз повязку, в тот же момент Варвара не поверила своим глазам.

Они сейчас стояли с другой стороны священной горы, и их разделяло какое‑то подобие грота. Отсюда синева горы казалась длинными волосами прекрасной девы с белоснежным ликом, которой был столь явственно прорисован в пространстве, что Варя почувствовала себя лилипуточкой из любимой когда‑то в детстве сказки про приключения Гулливера. Молочная белизна кожи была чуть тронута нежным румянцем, а сомкнутые коралловые губы, казалось, вот–вот разомкнутся. Веки девы были смежены — она спала, выставив обнаженное плечо вперед, и по нему и стекало самое широкое русло водопада, начинающегося на ее макушке. От этого казалось, что несколько прядей из копны ее темно–синих волос окрашены в нежно–голубой цвет. Огромные, мощные потоки воды стекали в абсолютном безмолвии, отчего восприятие Варвары потерпело очередной коллапс, впрочем, пребывая в магическом мире, девушка понемногу начинала привыкать к его чудесам.

Прекрасное, спящее, юное лицо синеволосой девы, очертания длинной лебединой шеи и обнаженного плеча — вот все, что было в этой горе от этого облика, в остальном это была все та же священная гора снежных эльфов, величественная, но обыкновенная, если не считать синего окраса.

— Кто это? — восхищенно спросила Варя, — Она живая? Она спит, да? О боже, мне кажется, я вижу, как дрожат во сне ее веки!

Она поочередно смотрела на Алисту, Альда и Тинь, которые откровенно наслаждались гаммой эмоций на ее лице.

— Это Ираидаэль, Мать Всех Эльфов, — ответила за всех троих Алиста, — и ты видишь лишь ее прекрасный облик, который запечатлелся на этой священной горе много веков назад, когда Мать открыла ворота в этот мир из нашего родного, снежного мира.

— Это восхитительно! — от красоты увиденного, как это часто бывало с ней, когда она наблюдала что‑то невероятно красивое, у Вари навернулись на глаза слезы и перехватило дыхание.

— Она… Она невероятна… Но как же это может быть? Когда мы подходили сюда, я слышала рев водопада, и чем ближе — тем сильнее он звучал, а здесь… абсолютное безмолвие. Кажется, я не слышу даже птиц!

— Вот это моя напарница! — удовлетворенно заметила Тинь, — Тебе не откажешь в наблюдательности!

Альд обнял жену на плечи, и лицо Алисты озарила улыбка спокойствия и безмятежности — почти как и улыбающейся во сне девы.

— Это для того, чтобы не разбудить ее, — сказала она Варваре, — Сама природа влюблена в образ Ираидаэль, и не решается помешать ее сну.

Варя смотрела на счастливую королевскую пару, на облик прекрасной Ираидаэль, и радость переполняла ее. Хотелось закружиться в танце на манер суфийских дервишей, хотелось сорваться со скалы и лететь в этом потрясающем безмолвии в воды горного озера далеко внизу. Одновременно с радостью ей было немного не по себе, что не укрылось от внимательных эльфов.

— Конечно, первый раз лучше увидеть Обитель Матери Эльфов, будучи приведенной за руку сильным и отважным юношей, — лукаво сощурил глаза король.

— Но мы не заметили, чтобы ты заинтересовалась кем‑то из наших воинов или придворных, и, учитывая серьезность предстоящего разговора, решили взять на себя эту честь — показать тебе Ираидаэль, — сказала Алиста.

Тинь ничего не сказала, просто внимательно посмотрела на Варю.

— Что вы, ваши величества!

— Эй! Мы же просили!

— Эльфийские церемонии — в строго дозированных мерах и только на официальных приемах!

— Да, то есть Алиста. И Альд. Я рада, что попала сюда именно с вами. Правда, очень рада. А что за серьезный разговор, который нам предстоит?

— Сначала смотри сюда, вот, следи за направлением руки — видишь это чудесное озеро внизу?

Варя кивнула.

— Теперь обрати внимание на место, где в него впадает прядь волос Ираидаэль?

— Прямо за стеной этого водопада нас ждет уютный зал с ужином. Все разговоры — после еды!

— А сейчас готовься к еще одному порталу — ты попадешь в него, ступая в этого обрыва вниз, и окажешься уже в этом зале!

— Смелее! — прозвенела Тинь и первая упорхнула с обрыва, растворяясь в воздухе.

С радостным криком, точнее визгом, ее примеру последовала Варя, а эльфы задержались, обменявшись влюбленными взглядами.

Оказавшись в невероятной красоты зале со светло–голубыми стенами и стремившейся вниз в полнейшем беззвучии водой вместо одной из них, Варя восторженно присвистнула:

— Ну, ни тролля себе! — чем вызвала смех Тинь, которая одобрительно заметила ей:

— А ты совсем обезбашенная! Я видела многих, кто долго переступал с ноги на ногу, прежде чем решиться ступить вниз с обрыва, и не все они были женщинами! Как ощущения?

— Тролль меня раздери, Тинь, если я могу хоть как‑то это обозвать!

— Моя напарница! — удовлетворенно заметила фея, — И меня! Я умираю с голоду! Так, что тут у нас? — продолжила она уже подлетая к круглому столу, сервированному на четверых — эльфов, Варю и Тинь, и уселась за крохотный столик, стоявший вместо одного прибора.

— Ты хочешь начать без Альда с Алистой? — тоже ничуть не смущаясь, усаживаясь за стол и расправляя салфетку на коленях, сказала Варя.

— Я тебя умоляю! А то я их не знаю! Задержались на мгновение, чтобы обменяться парочкой поцелуев!

— И, кстати, хорошо, если только парочкой!

— И поцелуев! — подтвердила Тинь, и напарницы принялись за еду. Варя в очередной раз по достоинству отдавала должное кулинарному искусству эльфов, накладывая себе целую гору салата под восхитительным соусом и наливая шипучего вина из графина. Всю жизнь любившая овощи и фрукты больше всего на свете, здесь, среди эльфов, знающих толк в селекции и разделяющих ее вкусовые пристрастия, она ощущала себя действительно среди своих. Вспомнив свой первый прием у снежных эльфов, она улыбнулась, когда вспомнила, как приняла многие блюда на столах за мясные. Как оказалось, это тоже были плоды какого‑то дерева, приготовленные специальным образом, которые странным образом передавали вкус и запах хорошо приготовленного мяса, но при этом избавляли снежный народ от необходимости убивать ради пропитания. Нет, среди эльфов было немало воинов, практически все мужчины и некоторые женщины увлекались боевыми искусствами, но, как оказалось, они никогда не убивали зря, живя в согласии с окружающим миром и самими собой.

Утолив первый голод, Тинь потянула Варвару окунуться в воды священного озера.

— Погрузившись с головой, загадай желание, — лукаво сказала фея, и Мать Всех Эльфов обязательно его исполнит.