Неандертальский томагавк в астроархеологии - Александр Розов

Точка лэндинга для «ковчега» действительно была выбрана крайне неудачно. Если бы команда «Green flamingo» не обладала объективной уверенностью, что отправители «ковчегов» понятия не имели об особенностях климата Коатлики, то Ба-Гу сумела бы доказать им свою «теорию злого умысла». Нетрудно было догадаться, что сразу после лэндинга ковчег располагался лишь немного в стороне от сухого русла, проходящего примерно по центру долины, сжатой с двух сторон длинными пологими скалистыми грядами. Возможно, программа-анализатор идентифицировала это место, как хорошо защищенную зону с мягким морским климатом на берегу полноводной реки. Откуда программе было знать, что каждую коатликианскую весну по этой долине катятся циклопические приливные волны океана, вскрывающегося после зимы? Здесь, в долине, возникало естественное усиление волны, и 300-метровый цилиндр — обитаемый модуль «ковчега» оказался на ее пути в первую же весну… Удар водно-ледяной массы отбросил модуль, как мяч, впечатав бортом в базальтовую скалу. Там модуль и остался, чудом не опрокинувшись. Лопнувшая обшивка на основательно вмятом борту была грубо залатана металлическим листом, а стабильность положения модуля обеспечена аляповатыми, но мощными сварными фермами, которые запросто смогли бы конкурировать по массивности с основанием Эйфелевой башни…

…Сейчас на экране можно было наблюдать, как волна врывается в сужающуюся часть долины, вздымаясь выше окружающих скал. На четверть часа возникла полноводная и стремительная река, усеянная ледяными глыбами и мчащаяся вверх, против уклона, как будто игнорируя закон всемирного тяготения… Цилиндрический модуль исчез под ее сероватой с тускло-алыми отблесками поверхностью, а затем вал покатился дальше по долине, оставив после себя лишь бурный ручей, текущий обратно, в сторону океана, и несколько осколков айсбергов, застрявших в решетке ферм.

…Канал снова переключился на прием с камеры в скале на берегу океана, недалеко от Авантюра-Таун. На горизонте уже поднималась новая циклопическая волна: форвард вторичной серии. Она почти не уступала размером первой, основной волне, но несла значительно меньше льда. Вдалеке она двигалась гладко. Но по мере приближения к берегу, ее гребень начинал загибаться вперед, превращаясь в классическую «трубу»…

— Мечта фанатов серфинга! — воскликнула Укли.

— Не годится, — авторитетно возразил Ван, — Волна-то хорошая, но пляж ни на фиг…

— Бац… — прокомментировала Укли, когда волна накрыла телекамеру.

— …Блин! — растерянно произнесла Ба-Гу, — связь пропала.

— Что-то врезало по объективу, — предположил Нокс, глядя на экран, где изображение крутящейся воды сменилось серыми черточками фоновых помех.

— Нет! — Ба-Гу сжала кулаки, — Вообще вся связь с Авантюра-Таун пропала!

— Так! — резко сказал Арто, — Экипаж! Готовимся к спасательной операции!

Даже когда вся серия «больших весенних волн» прошла, лететь на помощь Авантюра-Таун на сравнительно легкой технике, что имелась в Центр-Таун, было бы безумием, точнее — самоубийством. Вслед за волнами пришел шторм, с порывами ветра до полста метров в секунду, швыряющий ледяную крошку, как дробь из охотничьего ружья. Но «альбатросы» вполне могли работать в таких условиях, и две такие машины вылетели практически одновременно. Первый: «альбатрос» из Центр-Таун, стоявший в ангаре с момента прибытия шкипера Арто. Второй: с 500-километровой орбиты, с борта «Green flamingo». Первый пилотировал шкипер. В кабину за его спиной набилось (как селедки в бочку) четверо крепких туземных парней: «аварийная бригада». Второй пилотировал матрос-универсал Нокс, находившийся в этой машине в одиночестве, но с контейнером «комплект-911» по стандартам Патруля Солярной ассоциации.

Появление двух «альбатросов», вынырнувших, подобно летучим призракам, из снежно-ледяной почти непроницаемой пелены шторма, на закате Вицлипуцли было воспринято жителями Авантюра-Таун, с глубоким изумлением. У них (как и у любого, кто по своей профессии не связан с экстремальными спасательными операциями) в голове просто не укладывалась возможность летать в таких погодных условиях…

— Ну, вы вообще…

— …Офигеть!

— …Солярианские пилоты — монстры!

— …Круче некуда!

Вот такими репликами (сопровождаемыми традиционным хлопаньем по плечам и по спинам сквозь толстые полярные куртки) они встретили прибывшие команды. Когда «альбатросы» были успешно загнаны в резервный ангар, а «комплект-911» выгружен и доставлен в основной корпус Авантюра-Таун, мэр Биарм (по внешности, этнический американский монголоид — то ли северный индеец, то ли эскимос) коротко сообщил.

— Парни, все получилось тупо. Мы сами виноваты. Нам бы надо было с самого начала взорвать тот утес на хрен, а мы гадали, блин, грохнется — не грохнется. Вот, он, падла, грохнулся. И врезал, блин, прямо по носовому отсеку города. Долбанный случай…

— Травмы личного состава? Разрушения? — спросил Арто.

— Пятеро травмированных, но, вроде бы, не очень сильно…

— Нокс! — перебил шкипер.

— Я действую, — отозвался матрос-универсал, схватил медицинский кейс из комплекта, и исчез в недрах города вместе с персонажем, кивком показавшим, что знает, куда идти.

Арто проводил его кивком головы и снова повернулся к мэру.

— Что по разрушениям?

— Ну, рубка носового отсека. Там вмятина, и, похоже, один стрингер треснул. Но самое неприятное, это что от сотрясения что-то закоротило в цепи реактор-фидер. А дальше, скачком напряжения повыбивало, все, что можно. Вот, сидим при аварийном свете.

— А как сам реактор?

— В норме. Что ему сделается?

— Пошли туда, — сказал шкипер, вытаскивая из комплекта кейс с аварийно-монтажным набором. Вид аварии был для него знакомый и понятный…

22

Фиорд у берега океана

Авантюра-Таун

Шторм продолжался около полутора местных суток и утих незадолго до полудня, когда огромная раскаленная докрасна сковорода Вицлипуцли заняла весь центр неба. Воздух прогрелся еще только до минус 10, но поток инфракрасного излучения от «коричневого карлика» достиг уже такой плотности, что сугробы начали подтаивать. Туземные дети, успевшие за зиму — 60 коатликианских суток (или 37.5 земных) изрядно соскучиться по открытому небу, высыпали на свежий воздух и принялись азартно играть в снежки, и конструировать из скатанных снежных шаров простые, но прикольные скульптуры. Юниоры постарше собрались стайкой вокруг упавшей верхушки утеса, разбившейся на несколько частей, сосредоточенно откалывали кусочки на сувениры. Аварийная группа, молодые крепкие парни, торчала на крыше города, приваривая заплату там, где острый край утеса пробил прочную алюмиксовую обшивку. Значительное количество публики постарше также появилось на пленере, с большими кружками горячего эрзац-кофе.