Северная верность - Анна Ольшанских

меня уже начали в голове позвонивать первые далекие колокольчики головной боли, и я поспешила прервать его пламенную речь.

— Господин Дагон, так где, вы говорите, сейчас лорд Гвейн?

— В моём кабинете, Ваше Величество. — По-совиному моргнул Павол, переводя взгляд на меня.

— Отлично. — С облегчением сказал супруг. — Так пойдемте уже в ваш кабинет.

Мы вдвоём соскочили со стульев, мгновенно забыв о недопитом чае. Я немного замешкалась у выхода, чтобы пропустить мужа. Негоже мне бежать впереди паровоза.

— Но, Ваше Величество, это может быть небезопасно. Он появился не один.

— Даже так? — Дамиана было не остановить. — Срочно доставьте сюда Кира и Кристина.

— Так точно, Ваше Величество.

Господин Дагон оставил нас, чтобы дать необходимые распоряжения, и мы шли по коридору уже вдвоём. В вечерней тишине почти одновременно раздалось два облегченных вздоха. Мы встретились глазами и негромко захихикали, как дети, которые улизнули из-под опеки строгой матроны. Войти в кабинет до возвращения господина Дагона у нас не вышло, даже несмотря на то, что он был чертовски неуклюж, и любые его вылазки со своего рабочего места могли закончиться курьёзом. На этот раз обошлось без происшествий. Павол вел почти под белы рученьки Кристиана, а тот шел с непередаваемым выражением лица, таким разным в своей свирепости. И почему эта рожа так поднимает мне настроение, что от улыбки удержаться просто невозможно? Кир шел рядом, как всегда невозмутимый, излучающий уверенность и оптимизм. Повезет же кому-то с мужем. Господин Дагон гнусаво и многословно вещал мужчинам о подробностях произошедшего, кажется, начиная заново уже в пятый раз. В просторный кабинет руководителя службы внутренней безопасности мы вошли вместе. Господин Ниттель, заместитель хозяина кабинета обстоятельно опрашивал лохматого, заросшего щетиной Лорда Гвейна. Они оба склонились и поприветствовали нас с Дамианом и остальных.

— Ваши Величества, прошу, располагайтесь. — Предложил господин Дагон, обходя стол, чтобы занять свое рабочее место. Его заместитель сидел в кресле для посетителей. Себастьян до нашего появления похоже обходил свой бывшей кабинет по периметру и рассматривал хорошо знакомые и новые вещи, ностальгируя по ушедшему. В кресле спал незнакомый русоволосый, очень худой и молодой человек. Безмолвными изваяниями у входа стояли гвардейцы. Никто из нас не спешил садиться. Всем было не до того.

— Я рад, что ты вернулся, Тьян. — Дамиан первым нарушил тишину внимательно рассматривая бывшего друга.

— Я тоже, Ваше Величество.

У Тьяна появились морщинки вокруг глаз, но зато исчезла злость и нервозность.

— Расскажешь о своих приключениях?

— Конечно, Ваше Величество.

Наконец, все уселись. Я попросила господина Дагона озаботиться закусками и горячим сладким чаем, беременность делала со мной злую шутку, заставляя постоянно что-нибудь складывать в рот. Тьян не стал ждать наводящих вопросов и начал рассказывать сам.

— Я порталом сразу добрался до Крепости. Мне выделили отряд из пяти человек для сопровождения. Мы взяли снаряжение, провизию, дрова, дождались вспышек, которых в последнее время немного и немало, дождались очередной волны, отбились в надежде выиграть хоть немного времени. На бешеной скорости пересекли долину и сразу начали спускаться по снежным ступеням вниз, где на лыжах, где на верёвках. Лошадей отпустили. Спустились на две ступени, а дальше воздух дрожит, как нагретый в жаркий полдень, и не видно, что за ним. Всё плывёт, картинки меняются, как в калейдоскопе. Посмотрел магическим зрением — это чистое силовое поле, но силовые линии направлены не внутрь, а наружу, в наш мир. То есть наши разлюбезные магистры вешали нам на уши лапшу, что через порталы магическое поле утекает. Наоборот, наше магическое поле очень здорово питается этим стихийными источниками. Наверняка есть и другие. И магистрам это известно. По сути, если находиться там, то можно творить заклятия практически безостановочно. И наверняка кто-то этим умело пользуется. Магистры преследуют какие-то свои цели и не знать, что это за цели, означает — не владеть ситуацией.

— Ты прав, Тьян. — Поддержал его император. — Мы ранее обсуждали этот вопрос. Они передают нам крупицы знаний. Хотя наш потенциал при должном развитии не уступал бы им. Мы используем силу примитивно в виде стихий, но по сути это самый низший уровень в магии, слишком энергозатратный, плохого управляемый, используем ее очень ограниченно. Сами же магистры неуловимые. В башне их застать нереально. Башня магов существует для отвода глаз. Мы никак не можем их контролировать и совершенно не знаем их возможностей. Мы даже не знаем, что со всем этим делать.

Со стороны спящего незнакомца раздалось невнятное бормотание он завозился в кресле, но затем снова затих. Тьян, пользуюсь моментом, продолжил свой рассказ:

— Мы решили проверить, что там за пеленой, и бросили туда привязанный к верёвке плащ. А через пару минут вытащили обратно. Никто его не погрыз. Было решено лезть туда, обвязавшись веревкой, чтобы дернуть её, мол всё нормально. За завесой оказался все тот же холодный Север с осточертевшим нескончаемым снегом. Только пространство всё состояло из Силы. Это были уже не силовые линии, а именно силовое пространство. Сила там течёт в разных направлениях и с разной величиной, отчего погода сходит с ума, то завихривая ветром во всевозможных направлениях, поднимая в воздух снег, то резким штилем. На каждом шагу миражи. Ты не понимаешь день сейчас или ночь, ветер или штиль. Что самое интересное — время там течёт иначе. Мы думали, что пробыли там четыре дня. А оказалось, что два месяца. В общем, мы там долго бродили по этой ледяной пустыне, пока не наткнулись на этого парня. Он висел в полуметре от земли, вернее, от снега в коконе теплого воздуха, бормотал что-то невнятное, смотрел в космос остекленевшие глазами. Когда я посмотрел магическим зрением, увидел, что этот чудик состряпал огромную формулу заклинания. По сравнению с тем, что мы используем, она просто бесконечна. Напитал эту формулу и отпустил. Тут же открылся портал, и из него хлынули звери сначала все они громко кричали на разные лады, потом звуки превращались в хрипы. Наверное, они испытывают сильную боль или при переходе, или при нахождении в силовом поле. Похоже, что от боли они сходят с ума и бросаются на всех и вся. Поначалу они и друг друга хватают, но не смертельно. Скорее всего, они бегут по направлению от силового поля, в основном, в сторону Крепости. Так что оказалось, что в этом нет ничего сверхъестественного.

— Кроме этого чудика. — Задумчиво добавила я, разглядывая спящего. Он был одет в странные светло-голубые штаны из грубой ткани, светлые тапки на шнуровке и тонкую, прилегающую рубашку с короткими рукавами. — Как-то же он там оказался. Он