Аномалия Шарли (ЛП) - Форд Ша

Кто-то закричал, и я увидела, что моя цель цеплялась за огромную тлеющую яму в левой руке. Я снова прицелилась, на этот раз приспосабливаясь к отдаче. Грохот заряда дрожал у моего плеча. Я держала нос Жозефины правее его горла и чувствовала, как мое тело расслаблялось.

Каким-то образом я знала, еще до того, как нажму на курок, что попаду.

Щелчок — БУМ.

Гракл упал, слабо нащупывая прижженную дыру в середине шеи. Все остальные отпрянули и разошлись. Я поймала еще одного Гракла на полпути — выстрел, которым я не очень гордилась, он был на шестьдесят процентов удачным.

После этого им не нужно было много времени, чтобы найти меня. Два оставшихся Гракла нацелились на мою позицию. Они начали трясти винтовками, пытаясь ускорить заряд. Тем временем Уолтер и главарь затеяли кулачную драку: они одни в разорванном круге, катались и обменивались ударами.

Это отвлекло меня. Я не попала по горлу следующего Гракла и вместо этого взорвала его нижнюю челюсть.

Луч испарил ткань, закрывающую его рот, и дал мне полное, ужасное представление о том ущербе, который я только что нанесла. Часть его горла была обнажена. Пар поднимался от темно-красных ожогов вдоль гребней. Он давился языком; я видела, как кровь пузырилась темными сгустками вокруг рваных краев его кожи. Но хуже всего было то, что пуля не перерезала ему вены — а значит, спокойно он не умер.

Я слышала его предсмертные крики.

Каждый последний.

Я была так потрясена, парализована ужасом, что забыла счет. Я не понимала, что последняя винтовка Гракла была заряжена, пока он уже не навел ее мне в лицо. Она была полной. Внутри ствола вспыхнул первый из примерно десяти снарядов бело-голубых лучей.

А я не шевелилась.

Я смотрела, как его палец сжимал спусковой крючок, и все еще не могла пошевелиться.

— Аргх!

По какой-то причине крик Уолтера привел меня в чувство. Я пригнулась как раз в тот момент, когда Гракл выстрелил, и обхватила руками голову, прикрывая лицо, когда уступ взорвался. Он сделал еще два выстрела, прежде чем Уолтер сбил его. Я услышала хруст, тело ударилось о землю, а затем звук выстрела из винтовки с очень близкого расстояния.

— Эй! Ты в порядке, урод?

Я подняла голову над дымящимся уступом и увидела Уолтера, окровавленного и в синяках, стоящего над обугленными останками последнего Гракла.

— Ага, — выдавила я.

— Ага, — он посмотрел, щурясь, на Жозефину. — Разве я не говорил тебе не трогать мой пистолет?

— Если бы я этого не сделала, ты был бы мертв, — ответила я. — Лучше просто поблагодари меня и иди дальше.

Уолтер усмехнулся. Он опустил винтовку Гракла на плечо и медленно повернулся, осматривая повреждения. Затем он свистнул.

— Черт. Ты неплохо стреляешь.

— Я же говорила тебе.

— Ну, кажется, я забыл. Ха… как, ты сказала, тебя зовут, еще раз?

— Шарли, — прорычала я сквозь зубы. — В сотый раз, меня зовут Шарли.

ГЛАВА 21

— Почему каждый раз, когда я вывожу тебя, ты истекаешь кровью повсюду? — рявкнул Уолтер, глядя на царапину на моем бедре.

— Не то чтобы я собиралась порезаться, — оправдывалась я.

Он фыркнул.

— У тебя есть кожа не просто так, урод. Ты получишь этих мелких червяков, если будешь продолжать вскрывать ее. Теперь давай закончим.

Он выхватил Жозефину из моих рук и опустил ее себе на плечо. Я прошла, чтобы раздеть ближайшее тело, используя метод, которому меня научил Уолтер. Обшарила карманы, сняла жилетку и проверила подошвы ботинок — если их еще можно носить, брошу в седельную сумку.

Я начала развязывать шнурки, когда поняла, что Уолтер не мародерствовал. Он повернул к одному из полых зданий, его глаза щурились над прицелом Жозефины. Рывок его головы превратился в полный вихрь, когда он понял, что я не за ним.

«Какого хрена ты делаешь?» — произнес он ртом.

Я в недоумении подняла сапоги.

«Нет! Иди сюда».

— Что? — прошипела я, подбегая к нему.

Уолтер не ответил. Он прошел через провисший дверной проем и жестом пригласил меня следовать за ним. Я вытащила мачете из-за пояса, готовая размахнуться. Я узнала достаточно, чтобы понять, что, когда Уолтер замолкал, все было серьезно.

Он вывел нас на середину запыленного коридора, потом остановился.

— Ну, наверное, я ошибся. Здесь ничего нет. Мы должны просто развернуться и уйти назад.

Его голос был слишком громкий, будто он хотел, чтобы его услышали. Я решила, что в здании был кто-то еще.

Только я поняла это на три секунды позже.

— Аргх!

Тень выпрыгнула из комнаты позади меня. Я замахнулась мачете над ее головой, закрыв глаза за секунду до того, как лезвие коснулось кожи. Я не должна была закрывать глаза — Уолтер сто раз говорил мне, что так разумные люди умирают, как идиоты. Но я просто не слушала.

Тень пригнулась, пока мои глаза были закрыты, и я вскрикнула, когда что-то острое вонзилось мне в шею. Она бы вошла полностью, если бы Уолтер не разбил нос тени. Один быстрый толчок прикладом Жозефины, и ее тело упало на землю.

— О, Боже, Боже…

Я бросила мачете. Моя рука задрожала, когда я увидела свежую струю, текущую по моей шее, нащупала источник. Это был небольшой порез — не шире или глубже, чем крыса могла бы вынуть из меня. Я с облегчением опустилась на колени.

— Ой, ну вот — опять кровь. Блин! — Уолтер сплюнул. Он толкнул тень каблуком ботинка и сел рядом с ней на корточки. Через секунду он издал вопль. — Женщина! О-о-о, мы получили самку!

Он схватил тень вокруг ботинка и вытащил ее наружу, воя, как какое-то животное. Я осторожно следовала. Мои ноги все еще тряслись от того, что на меня прыгнули. Как только мы вышли из здания, я стала видеть лучше.

Мы определенно поймали гракла, и это была женщина. Ее темные волосы были выбриты по бокам, но полоса колючих волн шла ото лба к затылку. На ее шее была отметина — выпуклый шрам, который Уолтер назвал клеймом. Если бы я что-нибудь знала о них, то смогла бы сказать, с какими Граклами она бегала, просто взглянув на эту метку.

— Три звезды… — ворчал Уолтер, проводя по выпуклому клейму на ее шее. — Ну, это не самые плохие граклы, которых мы могли разозлить, но они близки к этому. Хм…

— Что?

Уолтер на секунду замолк. Он теребил свою бороду и смотрел на Граклу, ухмылка расползлась по его лицу. Затем без предупреждения он захохотал.