Смертельные иллюзии - Бренда Джойс

Их взгляды вновь скрестились в немом поединке.

Ли Анна долго молчала, прежде чем ответить.

– Я хочу остаться с девочками, – прошептала она, и губы ее болезненно изогнулись. – Я так их люблю. Я знаю, что и ты их любишь. Мы можем подарить им счастье, дать дом, который они заслужили. Я не смогу отправить их обратно. Они тоже нас любят. Боже, они этого не поймут!

Теперь он стал осознавать происходящее. Если бы не Кейти и Дот, она бы исчезла из его жизни навсегда. Рик сдержал желание обнять ее и встал, скрестив руки на груди. В сердце была лишь нестерпимая боль.

– Я не хочу разводиться. – Он помолчал и добавил: – И любовница мне не нужна.

И потом на него навалился плотный, липкий ужас всего происходящего.

Ли Анна промокнула слезы платком и подняла на него глаза.

– Я не могу удовлетворить твои потребности, – прошептала она. – Постараюсь сделать для тебя что-то… другое.

Все предельно ясно. Рик натянуто улыбнулся:

– Не волнуйся, Ли Анна. Я понял тебя и больше никогда не побеспокою.

Глава 24

Воскресенье, 27 апреля 1902 года, 17:00 Франческа прошла за Хартом в библиотеку, переполняемая страшными предчувствиями. Он закрыл двери.

– Я хотел бы прежде всего извиниться.

– Ты ни в чем не виноват!

Харт подошел к ней и взял за руки:

– Ты так думаешь? Рик не прав? Если этот портрет появится в какой-нибудь галерее, я никогда не смогу даже подойти к тебе. Ты станешь презирать меня. Я стану причиной несчастий.

Она схватила его за лацканы пиджака:

– Я сама согласилась позировать обнаженной. Это было моим желанием. Мне не приставляли дуло к виску.

Харт взял ее лицо в ладони:

– До сего момента я был уверен, что смогу начать новую жизнь, может, даже смогу изменить о себе мнение общества. А происходит совершенно обратное. Рик прав. Я разрушаю все, к чему прикасаюсь.

– Неправда! Ты оскорбляешь меня такими словами.

– Я никогда не хотел тебя оскорбить. И не хотел тебя потерять. Знаешь, я очень скучаю по тебе.

– Что ты хочешь сказать?

– Не люблю ссоры. В последние несколько дней моя жизнь лишена смысла во всех отношениях. Она стала такой, какой была до встречи с тобой, до того, как у меня появился преданный и верный друг.

Она прильнула к нему и склонила голову на грудь, прислушиваясь к биению сердца.

– Колдер, мне тоже тебя не хватает! Я с нетерпением жду дней, когда смогу не расставаться с тобой.

– Правда? – Он приподнял ее подбородок.

В его взгляде было столько тепла и нежности. Франческа мечтала признаться, что любит его. Она провела кончиком языка по пересохшим от волнения губам.

– Я не могу представить, как жила до нашей помолвки. Не представляю, как буду жить без тебя.

Он удивленно посмотрел на нее:

– Что ты хочешь этим сказать? Разве не ты только что призналась, что не можешь без меня жить?

Она так сказала? Да, это правда – она не может без него жить. Без Колдера Харта она никогда не будет самой собой.

– Да, Колдер, я так сказала. Я уверена, что не смогу жить без тебя.

Он смотрел на нее с недоверием.

– Ты человек-загадка, сложная головоломка – но мне необходима эта головоломка, – уверенно добавила Франческа.

Он прижал ее к себе и крепко поцеловал. Она чувствовала, как напряглось его тело, и это доставляло ей огромное удовольствие. Ведь между нами ничего не изменилось, мой милый Колдер, верно? И тут она вспомнила о том, что сделал ее отец.

– Колдер?

Он окинул ее жадным взглядом.

– Я хочу заняться с тобой любовью, – тихо сказал он.

Франческа опешила.

Она вспомнила о том, что он убеждал ее, что не верит в любовь. Более того, он говорил, что ни разу в жизни не занимался с женщиной любовью.

–  Что ты сказал?  – Она опустила глаза.

Он повторил:

– Я хочу заняться с тобой любовью.

Она чувствовала, что теряет самообладание и разум.

– Как-то ты сказал мне, что никогда не занимался любовью с женщиной.

– Никогда.

Что это значит? Он признается ей в любви?

– Колдер?

– Я хочу передать тебе свои чувства. – Он провел пальцем по ее щеке. – И хочу, чтобы ты ощущала то же, что и я.

Франческа чуть не потеряла сознание. Она готова к этому – готова как никогда раньше.

– Пожалуйста, – прошептала она, глядя на него с мольбой.

Харт тоже ей улыбнулся.

– Твое желание для меня закон, – сказал он и принялся расстегивать пуговицы ее жакета, а затем и блузки. Она следила за его ловкими пальцами, и сердце колотилось все сильнее. Нет, она больше не выдержит.

Франческа сбросила юбку и попыталась снять корсет.

– Только не упади в обморок, дорогая. – Харт прижался к ней всем телом. – Мы еще только начали.

Она пискнула и обняла его в надежде, что корсет скоро будет лежать на полу рядом с остальной ее одеждой.

– Я так хочу этого, – пробормотала она. – А ты даже ко мне не прикоснулся.

– Это упущение поправимо. – Он положил ладонь ей на грудь и прижался губами к соску. Франческа вскрикнула от внезапного удовольствия. Она даже не заметила, как белье уже упало к ее ногам.

Харт страстно целовал ее грудь.

Она бесстыдно запрокинула голову и застонала:

– Давай же!

Харт окинул ее затуманенным взором, затем осторожно опустил на ковер на полу. Жадные губы ласкали ее тело, руки раздвигали бедра.

Франческа ощущала, что тело ее становится невесомым, погружается в блаженство. Она чувствовала на себе его руки и губы. Его ласки становились все более требовательными.

– Я хочу подарить тебе истинное наслаждение, – с жаром шептал он, и через мгновение она уже ощущала, как его язык проникает в глубь ее тела. Франческа закричала, впившись ногтями в его плечи. Ее закружил вихрь страсти, дарующий возможность познать наивысшее наслаждение.

– Возможно, нам надо чаще ссориться, – донеслись до нее слова Харта.

Она заставила себя приподнять голову и посмотрела ему в лицо:

– Ненавижу ссоры, но каждый твой взгляд, твои ласки вызывают во мне непреодолимое желание.

Харт нашел ее губы и стал медленно целовать ее, наслаждаясь каждым мгновением.

Франческа уперлась ему в грудь и оттолкнула.

– Ты сказал, что хочешь заняться со мной любовью. – Она потянулась к пуговицам на его брюках. – Думаю, момент в высшей степени подходящий.

– Я и занимаюсь с тобой любовью, милая. – Он перевернул ее на живот и стал целовать плечи, спину, ягодицы. По ее позвоночнику побежали мурашки.

– Я понимаю, чего ты от меня ждешь, дорогая, – прошептал он ей на ухо.

Она почувствовала, что твердая как сталь мужская плоть уперлась в ее бедро.

– Однажды, – хрипло продолжал Харт, – ты узнаешь, что такое страсть и наслаждение.

– Однажды? Но ты сказал, что займешься со мной любовью сегодня!

Огненной стрелой ее разум пронзила мысль о том, что им еще очень далеко до взаимопонимания. Франческа напряженно сжалась, ее охватила злость вперемешку с разочарованием.

Харт прикоснулся губами к уголку ее рта:

– Я же не сказал, что собираюсь нарушить обещание дождаться первой брачной ночи.

– Ты настоящий мерзавец!

– Сколько страсти в одной хрупкой женщине.

И она опять оказалась в его объятиях, и он снова и снова ласкал ее и дарил счастье наивысшего наслаждения.

– Еще слишком рано, – прошептал Харт. – Я обещаю подарить тебе этим вечером огромное удовольствие.

Франческа нашла его руку и крепко сжала. Сознание медленно возвращалось к ней. Близость с этим мужчиной не была похожа ни на что, о чем она так мечтала. Даже представить было невозможно, что существует такая страсть, что она может быть такой неукротимой, всепоглощающей и ненасытной. Она прильнула к нему. Удивительно, ее тело готово еще и еще отзываться на его прикосновения. Только сейчас она поняла, что лежит совершенно обнаженная, а Харт почти полностью одет.

– Нам лучше перебраться в постель, – прошептал он. – Я хочу еще насладиться твоим телом. – Харт улыбнулся.

Франческа молчала, не в силах подобрать слова.

– Ты что, язык проглотила?

Она никогда не ощущала такую блаженную слабость. Франческа закрыла глаза и поцеловала его в плечо сквозь ткань рубашки.

– Да, – только и смогла произнести она.

Харт рассмеялся, довольный собой:

– Развратница! Как просто тебя завести!

Франческа приоткрыла глаза, придавая лицу кокетливое выражение.

– Это плохо?

– Интересно, – он смотрел прямо на нее, и в глазах заплясали чертики, – я могу воздействовать на тебя так же в гостиной, например, или в столовой за ужином?

Она поняла его и тихо вскрикнула.

Харт сел, на лице появилось загадочное выражение.

– Да, я испорченный до мозга костей человек.

Франческа взяла его за руку:

– Значит, и я тоже – и очень этому рада. Если ты хотел узнать, что я думаю по этому поводу, то скажу, что я бы с удовольствием поэкспериментировала и посмотрела, что из этого получится.