Смертельные иллюзии - Бренда Джойс

– Я бы так не сказала. Леопард никогда не отмоется от своих пятен. – Дейзи была более самоуверенна. Она внезапно рассмеялась и тряхнула головой. – Как ты наивна! Харт человек пресытившийся, его не изменишь ни ты, ни другая женщина. Дай время, и настоящий Колдер Харт обязательно вернется. Ты придумала себе его таким, каким хочешь видеть, и мы обе это отлично понимаем.

Франческа почувствовала, как заныло сердце. Она отвернулась, не в силах выразить словами, что Харт, которого она знала, невероятно добр, внимателен и благороден.

Дейзи рассмеялась:

– Развлекайся с ним, пока можешь, дорогая. Насладись им в постели, он великолепен. И продолжай лгать самой себе. Надеюсь, у тебя получится делать это подольше.

Франческа едва не зажала уши руками.

– Ты не права, – пролепетала она, стыдясь своего жалкого ответа. – Я уверена, ты не права. – Даже голос стал слабым.

Дейзи многозначительно подняла указательный палец:

– Настанет день, когда он не вернется ночевать, хотя ты будешь очень его ждать. У него будет для этого неоспоримое оправдание. И ты его простишь, хотя в глубине души будешь понимать, что он был с другой. – Она широко улыбнулась.

Франческа не выдержала:

– Как ты можешь быть такой жестокой? Ведь мы были подругами! – Она потянула за ручку двери и замерла, понимая, что последнее место, где ей хотелось бы сейчас оказаться, – в церкви, рядом с Хартом. Он не должен догадаться, что она говорила с Дейзи.

Дейзи захлопнула дверь и склонилась к самому уху Франчески:

– Как ты расстроена. Как огорчена! И почему? Потому что придуманная тобой сказка кончилась. Потому что глупо пытаться удержать Харта всеми силами, в то время как он будет медленно, но верно ускользать от тебя.

– Что тебе надо? – в ярости воскликнула Франческа, резко оборачиваясь и заглядывая в глаза сопернице.

– Я уже сказала, – ответила Дейзи с улыбкой.

– Нет, я не верю. Если бы тебе нужен был Колдер, ты спокойно ждала бы исполнения собственных прогнозов. – Ее трясло от злости. – Ты мне мстишь, верно?

Улыбка сползла с лица Дейзи. Она наклонилась так близко, что губы почти касались щеки Франчески.

Дейзи ушла, а Франческа постояла на крыльце одна, потом без сил опустилась на ступеньку. Колени подгибались.

Дейзи была опасна, да, очень опасна. В то утро в универмаге «Лорд и Тейлор» она заставила ее усомниться в собственных заслугах в отношениях с Хартом. Сегодня все было еще хуже. Не имеет значения, каким образом она убедит себя в обратном, но Дейзи, безусловно, права в том, что Харту вскоре станет с ней скучно.

В будущем, близком или далеком, настанет ночь лжи, в которую она поверит, ночь, которую он проведет с другой женщиной.

Франческа закрыла глаза. Она обязана верить Колдеру, ведь он ее жених. Но частица ее отказывалась прислушиваться к внутреннему голосу, который кричал, что Харт хороший, благородный человек, истинный джентльмен.

Она открыла глаза и подняла голову. Над ней было яркое синее небо с хлопковыми белыми облаками. В голове прояснилось, и она принялась анализировать произошедшее, решая, как же лучше поступить. Утром в пятницу с Хартом все было хорошо, а вечером, на приеме у Конни, уже плохо. И в пятницу же днем он встречался с Дейзи в конторе.

Очевидно, что он отказал ей в близости. Но был ли уверен, что поступает правильно? Франческа не знала, что и думать. Все же каким-то образом Дейзи удалось его расстроить. С тех пор у него появились сомнения относительно их будущего, но, возможно, это вина не только Дейзи. О чем же думал Харт и почему?

Дверь церкви за ее спиной распахнулась, и на крыльцо стали выходить люди. Франческа поспешно отошла в сторону. Рандолф вышел одним из первых и долго стоял на тротуаре, наблюдая, как все расходятся. Франческа сделала вывод, что он ждет Гвен.

Вскоре появился Харт.

– Что случилось? – взволнованно спросил он.

– Захотелось подышать воздухом, – с улыбкой ответила Франческа.

– Ты говорила с Дейзи? Какой же я болван! Что случилось?

Франческа открыла рот, но так и не смогла произнести ни слова.

Харт взял ее за руку:

– Ты выглядишь очень расстроенной. Франческа, она не та женщина, которой стоит верить.

– Знаю, – прошептала она, крепко обняла его и уткнулась в широкое плечо.

– Мне нет никакого дела до Дейзи.

Франческа подняла голову и улыбнулась ему. Харт осторожно провел пальцами по ее щеке, утирая непросохшие слезы. Они повернулись к выходящим из церкви людям и увидели Бриджид и Гвен. Следом за ними шел Дэвид Ханрахан. Если Гвен и знала, что он идет за ними, то весьма искусно делала вид, что не замечает мужа. Она смотрела только на лорда Рандолфа и счастливо улыбалась.

Рандолф не сводил с нее глаз.

Внезапно раздался крик – это был голос Ханрахана. Он налетел на Рандолфа, оттесняя его к стоящим рядом экипажам, и сдавил горло.

– Чертов ублюдок! – взревел он.

Рандолф старался высвободиться.

– Дэвид! – завизжала Гвен. – Прекрати! Остановись, прошу тебя!

Не раздумывая, Харт сорвался с места и побежал к ним. Франческа лишь немного от него отставала. Колдер настиг Ханрахана, когда к ним уже спешил Брэг. Вместе они смогли оторвать обезумевшего Дэвида от лорда. Харт отошел в сторону, а Брэг повалил мужчину на землю. Рядом уже стояли два офицера полиции.

Тяжело дыша, Ханрахан сел и повернулся к Рандолфу.

– Не приближайся к ней! – оскалился он.

Рандолф посмотрел на него рассеянным взглядом и повернулся к Гвен.

– Все в порядке, – тихо произнес он.

Лицо Гвен исказилось от ужаса. Все ее чувства стали очевидны. Она была безумно влюблена.

Франческа поспешила подойти к Харту, но услышала за спиной голос Рандолфа:

– Позвольте отвезти вас домой?

Гвен с улыбкой кивнула, глаза ее при этом сияли, словно две яркие звезды.

Франческа очень волновалась за Гвен и молила, чтобы Рандолф не оказался тем самым преступником, которого они разыскивают.

– Все хорошо? – спросила она Харта.

– Да, – ответил он, поглядывая на странную пару. Рандолф обращался с каким-то вопросом к Бридж. Девочка была в явном замешательстве, она с тревогой переводила взгляд с благородного ирландского аристократа на отца, утиравшегося платком, и обратно.

Франческа подошла к Брэгу.

– Везите его, – бросил он полицейским, удерживающим Ханрахана.

– Я ничего не сделал! – возмущался тот. – Это ублюдок следит за моей женой и дочерью!

Не обращая внимания на его выкрики, Брэг повернулся к Франческе:

– Запру его до утра, пусть немного охладит свой пыл.

Она кивнула. Неплохая мысль, учитывая, что через час-другой Гвен вполне может оказаться в постели лорда.

– А где же хвост за Рандолфом?

– Здесь. Он в гражданском, Франческа, не волнуйся, мы его не потеряем.

Она опять кивнула. Больше она ничем не может помочь Гвен, остается только надеяться и переживать.

Потому что глупо пытаться удержать Харта всеми силами, в то время как он будет медленно, но верно ускользать.

Франческа тряхнула головой, заставляя утихнуть эхом разносившийся голос Дейзи. Жестокий и леденящий душу.

– Мисс Кэхил?

Франческа вздрогнула от неожиданности и увидела перед собой карие глаза Фрэнсис О’Лири.

– Здравствуйте, – сказала Франческа с улыбкой.

Фрэнсис не улыбнулась в ответ. Она внимательно разглядывала что-то за спиной Франчески, что, вероятно, показалось ей любопытным. Объектом ее пристального внимания был Сэм Уилсон, беседовавший на крыльце церкви с отцом Калхейном.

– Что-то случилось? – спросила Франческа.

Фрэнсис смотрела на нее с болью во взгляде.

– Я солгала, – прошептала она. – Простите! Я сказала неправду – Сэм не был у меня в четверг ночью.

Франческа перевела удивленный взгляд на Уилсона, спускавшегося с крыльца. У Сэма Уилсона нет алиби на день убийства Кейт.

Она напряглась. Из церкви вышел мужчина. Приглядевшись, Франческа почувствовала, что лицо его смутно ей знакомо.

К ней подошел Брэг:

– В чем дело?

– Не знаю, – пробормотала Франческа, не сводя глаз с молодого человека. И тут ее осенила внезапная мысль. Озарение, вспыхнувшее словно яркий свет, ярко и четко осветивший неразличимое в темноте.

Фотоаппарат в руках Фарра… в комнате Джона Салливана… фотография Кейт Салливан и молодого мужчины!

– Кто это? – воскликнула она и в следующую секунду уже бежала к входу в церковь. Брэг бросился следом.

– Извините, сэр!

Мужчина остановился и вопросительно поднял брови:

– Простите?

У него был хорошо поставленный голос ученика лучших учебных заведений.

Да, это был он, мужчина с фотографии.

– Сэр, я Франческа Кэхил, сыщик. Я расследую дело об убийстве Кейт Салливан. Вы знали покойную?

Он натянул тончайшие лайковые перчатки, сидевшие на руке без единой морщинки, и только тогда поднял на нее яркие синие глаза.