Большая книга ужасов – 61 (сборник) - Евгений Некрасов

– Ты куда это? А обедать?

Меньше всего Дине хотелось есть это, добытое страшным гостем.

– Эээ… Ну чего я буду мешать вам, пап? Я лучше потом. Да и не хочется пока, я ж только встала.

Санек неодобрительно глянул на нее, обижаешь, мол. И отец туда же:

– Садись, я сказал! Думаешь, я не знаю, куда ты рвешься? Собака у нее пропала, – стал он объяснять Саньку. – Все бегает, ищет, весь микрорайон на уши подняла. По стройкам, вон, лазает ночами…

Санек сочувственно закивал, но сказал:

– Успеешь. Сейчас поедим и пойдем все вместе…

Этого еще не хватало!

– Я… К матери обещала забежать.

– Цыц! – Отец стукнул кулаком по столу так, что посуда задребезжала.

– Обижаешь, Диночка, – вторил гость. – Я старался, ловил…

Пришлось сдаться. Дина быстренько раскидала еду по тарелкам, села и стала жалеть, что Ланки нет. Сунула бы ей сейчас под столом эту рыбину, и все.

Санек не отрывал взгляд от Дины: «Попробуй не съешь». Под этим взглядом Дина сковырнула кусок рыбины. В язык тут же воткнулась острая косточка, к глазам подступили слезы. А этот смотрел! Точно маньяк! Пришлось улыбаться и мычать что-то одобрительное, чтобы он отвернулся уже и дал спокойно поковыряться во рту руками.

– Ну вот, а ты есть не хотела! – одобрил Санек и тут же потерял к Дине интерес. Стал болтать с отцом, как ни в чем не бывало, про рыбалку свою и футбол… Косточка была длинной, тонкой, как волосок. Дина выложила ее на тарелку и гоняла туда-сюда, изображая трапезу воспитанной девочки. Через пару минут она осмелела и попыталась встать, но отец не дал:

– Сиди с нами!

Пришлось сидеть над полной тарелкой. Неизвестно, чем бы все это кончилось, но в окно кухни стукнулась баба Маша.

– Митька! – Ее седая макушка пушилась под окном, клюка колотила по раме, и тон не терпел возражений. – Дочку позови мне!

Отец с этим Саньком еще сообразить ничего не успели, а Дина уже выскочила из подъезда:

– Здрасьте, Бабмаш. Гришка вернулся?

Старушка посмотрела на нее снизу вверх, невысокая она, и молча поманила за собой. Дина шла, и коленки тряслись. Если бы вернулся, неужели Бабмаша не сказала бы? Шла старушка быстро, Дина почти бежала за ней и бормотала, оправдываясь, непонятно перед кем:

– Он вечером за мной увязался в лес, Ланку искать. Там и пропал. Я думала, он вернулся уже…

Бабмаша подвела Дину к лавочке во дворе, где лежал черный пакет для мусора. Этот пакет Бабмаша поднесла к самому Дининому носу, прежде чем раскрыть.

– Ты не жмурься, ты так смотри. Не первая собака в округе. И уходила с тобой, мне доложили. Про лес папаше будешь рассказывать, я вашу породу знаю! По телевизору недавно передача была, как подростки зверствуют. Не отворачивайся!

Из пакета на Дину смотрел Гришка. Точнее, одна голова. Мутные неживые глаза, удивленно раскрытая пасть, язык вывалился. Дину затошнило, даром, что не ела с утра.

– Не отворачивайся, паршивка! – Бабмаша входила в раж. – Такой пес был! Свою-то где закопала?

Дина еще помолчала, сглатывая подступивший комок в горле, пока не смогла выдавить:

– Это не я!

– Значит, дружки твои хулиганы, – легко согласилась Бабмаша. – У школьной столовой, говорят, тоже ни одной псины не осталось. Кто еще-то, как не вы?!

Оправдываться не хотелось. Было жутко жалко Гришку и страшно за Ланку. Дина убежала со двора и побрела дальше по улице под Бабмашино:

– Я этого так не оставлю! Все отцу скажу…

Дина шла по улице, все так же заглядывая под каждый куст и высвистывая Ланку. У школы на шинах никого не было, на люке у черного входа так и громоздилась гора нетронутой каши. Дина прошла через пустырь, обогнула лес и сама не заметила, как пришла к матери. Правильно: нечего у отца сегодня делать. Она отперла дверь, крикнула:

– Есть кто?

– Я! – по-военному ответила мать. Она сидела за Дининым компьютером и смотрела какое-то кино на полной громкости. – А к тебе ребята заходили. Лысый какой-то и девочка с ним. Я сказала, что ты у отца.

– Давно?

Ответить мать не успела, тут же раздался звонок в дверь. Дина открыла, ну да: Лысый с Дашей. Уже к отцу успели сбегать, надо же.

– Ну папа у тебя зверь! – шумно доложила Даша, нисколько не стесняясь матери. – Говорит: «Увидите ее, гоните домой, и чтоб никаких гулянок!» Это из-за вчерашнего, да?

Мать оторвалась от компьютера и с любопытством прислушивалась. Пришлось срочно затаскивать парочку на кухню.

– Из-за вчерашнего, из-за вчерашнего. Собаку рыжую помните? Которая за мной увязалась? Так вот… – Дина плотнее закрыла дверь да и рассказала ребятам, что случилось с Гришкой.

– Жуть! – Лысый глотнул воды прямо из графина для цветов и шумно фыркнул в раковину, все-таки вода была сырая. – Дай запить… Так что теперь, та бабка на тебя думает?

– На тебя тоже, не обольщайся. Ей все равно, если ты подросток…

– Да разве в этом дело! – В скептике Даше вдруг проснулась сознательность. – Если это вторая подряд, если собаки, ты говоришь, пропадают…

В кухню бесцеремонно вошла мать с телефонной трубкой:

– Ребята, вы Свету давно видели? Тут ее мама звонит, говорит, с вечера домой не приходила…

Лысый опять глотнул из графина для цветов. В этот раз даже не выплюнул. Дина сползла по стене на корточки и сказала:

– Пушистику позвоните. Может, вдвоем загуляли?

– Как фамилия Пушистика?

– Строганов. – Даша уже набирала номер.

Мать кивнула и вышла. А Даша рявкнула в телефон:

– Пушистик! Куда Светку дел?

Дина про себя выдохнула: хоть Пушистик не пропал, уходили-то вдвоем.

– Идемте. – Даша убрала трубку. – Пушистик божится, что довел Светку до самого подъезда. Я ему велела к школе подходить. Не дай бог, если он прав насчет маньяка.

К школе не шли, а бежали. Всем не терпелось увидеть Пушистика, расспросить… И еще не верилось, что Светка пропала. Дина всю дорогу вертела головой. Казалось, что сейчас Светка выйдет из-за угла и крикнет: «Куда без меня?»

Пушистик уже сидел на шине и чертил прутиком по земле.

– Ну докладывай! – Даша по-хулигански уселась перед ним на корточки.

– А чего? До самого подъезда довел. На Жучкиной улице, между прочим. В новом микрорайоне. Она зашла в подъезд, я ушел…

– Подробности, Пушистик, подробности. – Дина даже пропустила «Жучку» мимо ушей. – Кого встретили по дороге, о чем говорили… А ты видел в окно, как она поднимается по лестнице? Второй этаж, она лифта не ждет обычно…

– Не видел. Точно! Она вошла в подъезд, я специально посмотрел на окна – никого. Решил, что на лифте уехала. Я еще подумал: чего сама не поднялась, всяко быстрее, чем лифта ждать в многоэтажке.

– Значит, была причина, – веско сказал Лысый. – Вспоминай еще.