Клеймо змея - Джордж Брейген

– У тебя есть еще какое-то дело? – полувопросительно-полуутвердительно произнес правитель. – Если ты что-то хочешь сказать, говори.

– Один необычный человек хочет видеть тебя, светлейший герцог. Он назвал свое имя, и должен сказать, что я уже слышал его раньше. В западных хайборийских королевствах этого человека знают как Астриса Оссарского, знаменитого ак-вилонского путешественника и ученого.

– Кажется, я тоже слышал о нем. Что же, светлейший герцог никогда не отказывался от бесед со странствующими мудрецами. Пусть приходит через несколько дней после казни Ночного Губителя улягутся страсти, я прикажу придворному астрологу явиться ко мне, и мы насладимся неспешным течением мудрой беседы.

– Осмелюсь доложить, светлейший герцог, да хранит Всемогущий Митра твое имя, Астрис Оссарский просит, чтобы ты принял его немедленно. Он сказал, что герцог сразу согласится принять его, как только услышит, что он хочет открыть…

Брови правителя Херриды изумленно взмыли вверх, и он внимательно уставился на своего советника. Ветер колыхал листья плюща, каскадом низвергавшегося вдоль колонн галереи, и от этого все вокруг было наполнено легким шелестом и слабым колыханием теней.

– Я пережил немало на своем веку, – усмехнулся Фредегар. – Мне пришлось подавлять восстания, раскрывать заговоры, но никто еще ни разу не решал за меня: соглашусь я или не соглашусь!

Никому еще не удавалось заставить меня сделать то, чего я не хочу… И что же хочет открыть мне твой странник?

– Осмелюсь доложить светлейшему герцогу, да хранит каждое мгновение Милосердный Митра его здоровье, что Астрис Оссарский собирается открыть подлинную тайну Ночного Губителя!

Унизанные перстнями пальцы Фредегара отбросили тончайшее покрывало из листьев подводных дубов, и он легко, как юноша, поднялся со своего ложа, тускло звякнув висевшей на груди толстой золотой цепью. Не отвечая ничего, он сначала подошел к арке и бросил взгляд на буйствующую зелень дворцового сада и на все возможное великолепие ярких цветов. Только потом герцог произнес:

– Тайна Ночного Губителя находится сейчас на площади Мертвеца. Может, именно ее имел в виду путешественник? Но в таком случае я прикажу слугам за неслыханную дерзость бить его хлыстами. Надолго останется тогда Зингара в его памяти. Но, может быть, он сообщит что-то еще? Хорошо, Тубал, можешь сказать ему, что светлейший герцог согласен встретиться с ним немедленно. Пусть войдет.

Астрис Оссарский появился на галерее и приветствовал правителя глубоким зингарским коленопреклоненным ритуалом. Он не раз уже бывал в Зингаре и был хорошо осведомлен о правилах дворцового этикета, хотя еще ни разу не удостаивался чести беседовать с владыкой. Герцогу он пожелал долгих лет здравствования и правления Херридой, а Херриде – долгих лет великолепного правления герцога.

Дорожная туника аквилонца, старавшегося держаться в тени, выглядела строгим торжественным плащом, в котором благодарный иноземец явился бы на прием к могущественному властителю.

– Хорошо, уважаемый Астрис Оссарский, светлейший герцог слушает тебя, – кивнул Фредегар, когда гость выполнил все ритуалы, необходимые для соблюдения при первой встрече. – Ты можешь все рассказать мне.

Фредегар снова опустился на свое ложе, а Тубал почтительно замер рядом, всем своим видом изображая полное внимание. Но аквилонец не спешил говорить, и через некоторое время молчание стало угрожающе затягиваться. Астрис стоял напротив Фредегара, спокойно и уверенно глядя на него.

Первым не выдержал Тубал. Чуть подрагивающим от волнения голосом он обратился к гостю:

– О, уважаемый чужестранец! Правитель, да хранит его Всемогущая Длань Митры, и так уже был добр к тебе, он согласился принять тебя немедленно. Так что же уста твои молчат?

Аквилонец обернулся и красноречиво посмотрел себе за спину. Советник герцога окаменел от ужаса – никто еще не осмеливался требовать сиденья во время беседы с герцогом! Тубал даже едва заметно вжал голову в плечи, ему не раз приходилось видеть своего властителя в гневе, поэтому он ожидал, что громовой командный голос через мгновение оглушит всех присутствующих.

Но, к его изумлению, Фредегар спокойно отнесся к выразительному взгляду путешественника. Он с некоторым одобрением кивнул головой и тихо приказал:

– Тубал, советник мой, почему до сих пор ты не предложил уважаемому гостю сесть? Видимо, он собирается беседовать долго, поэтому распорядись, чтобы ему принесли сиденье!

Через несколько мгновений Астрис смог опуститься на жесткую подушку приземистого кресла с широко разведенными подлокотниками в виде птичьих крыльев, но без спинки, что не давало сидящему в нем возможности откинуться назад. Два пары перекрестно наклоненных ножек из красного дерева также были выполнены в виде мощных птичьих лап с когтями – разве что в горах Кезанкиана можно было бы встретить огромных стервятников с подобными лапами, легко разрывающими туши горных баранов.

– Достопочтенный герцог! – певучим низким голосом начал аквилонец. – В течение последних тридцати лет, пользуясь разными способами и посещая разные страны, с превеликим трудом и усердием я стремился овладеть наивысшим знанием, какое только доступно обыкновенному смертному. В поисках истины я пересекал моря, переходил из края в край, и вот, наконец, мой близкий друг Томезиус, бывший теннетор Храма Небесного Льва, снова пригласил меня в замечательный город, имя которому – Херрида. Но прибытие мое было омрачено известием об ужасной гибели моего старинного ученого друга! Я узнал, что некий душегуб, прозванный в народе Ночным Губителем, убивает мирных жителей благословенного града и в числе его жертв оказался сам месьор То-мезиус.

– Да, его смерть опечалила и меня, – величественно тряхнул сединами правитель. – Я ценил покойного, и он рассказывал мне о своем друге, аквилонском путешественнике. Так из твоих слов, странник, можно понять, что на своем веку ты посетил не один славный край? Как тебе показалась Херрида с ее великолепными улицами и площадями?

– Светлейший герцог! По свидетельствам минувших веков, Херрида существует на месте древнего, давно погибшего валузийского города, – видимо, это был самый главный город легендарного валузийского королевства. И с этим связано то, о чем я немедленно захотел говорить со светлейшим герцогом. Точнее, об этом хотели говорить мы вместе с покойным теннетором, но он загадочно погиб перед моим приездом. Я могу сейчас доказать благородному правителю, что Томезиус погиб не случайно.

– Ты говоришь загадками, путешественник. Ты произвел на меня благоприятное впечатление, но, если я разочаруюсь, тебя настигнет суровое наказание…