Случайное наследство леди попаданки - Наталья Белецкая

месяц вы поставили успешную пьесу, создали удивительные декорации, набрали и убедили работать с вами талантливых актеров, сделали из зала встреч собственный ресторанчик, который оформили необычно и со вкусом. Я не удивлюсь, если в ближайшее время появится мода на такие прозрачные широкие столбы с иллюзиями внутри. Чтобы всего этого добиться, нужно серьезно работать.

Во время всей это прочувствованной речи, мужчина умудрялся еще и танцевать. Причем, даже не запыхался. Нельзя сказать, что танец был активный, но все же это интересный нюанс. Видимо, мой собеседник занимается каким-то спортом.

Надо признать, его слова меня успокоили и порадовали. Приятно, когда кто-то видит и ценит твои усилия.

– Спасибо за поддержку, – искренне поблагодарила я. – Хорошо бы и все остальные думали так же.

Этот Калеб, или как там его, смог исправить мое настроение.

– Я уверен, что так думают все, кто вообще способен думать, – хмыкнул собеседник. – О! Смотрите, хозяйка приема уже увела баронессу из зала. Готов спорить на свою шляпу, что в этот вечер дье Зенталь мы больше не увидим. Ей давно пора домой. Проспаться.

За разговором незаметно прошло два танца, а потом дье Кналиб – я, наконец, вспомнила род, к которому принадлежал мужчина – пригласил меня прогуляться в саду.

Найдя глазами Винсента, который кружил по залу какую-то невысокую девицу, я знаками показала, куда именно ухожу. Хоть он и являлся моим телохранителем, но неотрывно находиться при мне не мог, этикет не дозволял, поэтому Винс обычно был где-то поблизости. Его опыта и магического резерва хватало для того, чтобы поддерживать магический щит на мне на расстоянии. Однако далеко уходить не рекомендовалось.

– Тут, если идти дальше по тропинке, есть скамейка. Давайте там присядем, – предложил дье Кналиб, когда мы вышли из душного зала. – Я вам хотел кое-что показать.

Мы немного прошлись по дорожке, выложенной плоскими камнями. Справа и слева росли деревья, на которых висели маленькие тусклые фонарики, которые давали немного света и создавали атмосферу уединения. Приятный ветерок трепал юбку моего платья, пахло цветами. Пожалуй, пойти в сад было хорошей идеей.

Дье Кналиб довел меня до скамейки, над которой нависала широкая и высокая арка, оплетенная цветами. Отсюда хорошо просматривался выход из зала, будет видно, когда появится Винсент.

– Прекрасный сад, – заметил мой кавалер.

– Да, – признала я, – не отказалась бы посмотреть на него днем.

– Нет ничего проще. Приходите на утреннее чаепитие к леди дье Андинал. Она обязательно похвастается. Здесь есть две беседки, прудик с рыбками и даже небольшой водопадик.

– Если графиня пригласит, обязательно воспользуюсь советом. Так что вы хотели показать?

– Глядите.

Дье Кналиб протянул ко мне раскрытую ладонь, над которой вдруг появилась маленькая, примерно с воробья, желтенькая птичка с красной грудкой и хохолком. Оперение слегка светилось, поэтому красавицу было хорошо видно. Она чуть взмахнула крылышками, ища равновесие, попрыгала, а потом, повернувшись ко мне хвостиком, посмотрела через плечо, словно оценивая реакцию на свое появление.

– Так вы иллюзионист! – сообразила я.

– Не совсем, смотрите дальше.

Птичка еще прошлась по ладони мужчины, а затем взлетела. Оказалось, что за маленькой пернатой красавицей остается желтый светящийся след. И этот след сложился в довольно крупное сердечко, которое едва ли уместилось бы в ладонях. Потом птичка исполнила кульбит через голову и исчезла.

– Какая она забавная! – хихикнула я.

– Приятно видеть, когда вы так искренне улыбаетесь.

Я подняла глаза на дье Кналиба, и застыла. В желтом свете, который падал от посверкивающего сердца, мужчина превратился в красавца, в волшебного принца из сказки. Его глаза обрели какую-то особую глубину, легкая улыбка раздвинула губы, черные брови чуть приподнялись.

Пожалуй, в Голивуде за актера с такой внешностью режиссеры просто передрались бы. Такая харизма.

– Вы очень красивая, Ила, – прочувствованно сказал мужчина. Голос у него приятный, я сразу это заметила. – Это странно…

– Почему? – выдохнула я.

Наверное, надо было сделать замечание, ведь он без разрешения назвал меня по сокращенному имени, но я растерялась.

– Обычно красота редко сочетается с умом, талантом, умением себя держать, честностью и открытостью, и в то же время с завораживающей таинственностью. У вас есть гордость, но не гордыня, вы одинаково хорошо относитесь и к знатным людям, и к простолюдинам, подчеркиваете, но не выпячиваете свою красоту. Идеальный вкус и сдержанность в одежде и, в то же время, некая эпатажность в том, как вы держитесь – уверено, ровно, естественно, без ужимок, кокетства и ложной скромности. На подобных приемах это выделяет вас из множества других леди…

Дье Кналиб замолк, но продолжал жадно рассматривать меня.

– Кажется, вы долго следили за мной, – произнесла я.

– Не совсем так. Наблюдал. Я замечаю больше, чем другие. По некоторым жестам, быстрым взглядам, выражению лица, когда человек думает, что его никто не видит. Например, смотришь на девушку, она смеется, слыша шутки своего кавалера, смущается и даже заигрывает. Вроде бы демонстрирует мужчине свою симпатию. Но стоит приглядеться к мелочам, и мы видим другую картину: она слишком сильно стискивает веер, недовольно поджимает губы, опуская глаза в наигранном смущении, а когда собеседник отворачивается, и вовсе неприязненно морщится. Отметив множество таких неочевидных нюансов, несложно понять, что девушка раздражена и лишь изображает интерес. А вот вы ведете себя естественно, искренне, не пытаясь играть, и тем самым привлекаете внимание. Я заинтересовался настолько, что мой взгляд раз за разом притягивается к вам.

– Вот как… – выдохнула я, не зная, что ответить на такое странное признание.

– Наверное, вы спрашиваете себя, зачем я все это вам говорю?

– Да, хотелось бы понять, что у вас на уме.

– Хорошо. Я буду откровенен: вы мне нравитесь. Не настолько, чтобы клясться в любви и заявлять, что умру, если вы не ответите взаимностью, – хмыкнул Кналиб. – Уверен, такое признание оттолкнет вас и заставит держаться от меня подальше. Вы гораздо более зрелая, чем ваши сверстницы.

Он весьма и весьма прозорлив. Полагаю, мне сейчас предложат место любовницы. Нет, на самом деле, он красивый мужчина, умен, богат, умеет себя подать. На Земле я бы и думать не стала, сразу согласилась бы сначала на пару свиданий, а потом, если все устроит, и на интим, однако тут все сложнее.

– Но? – поторопила я.

– Что «но»?

– Вы наговорили столько комплиментов, что определенно должно быть какое-то «но».

– Вы всегда так