Путь к вершине - Евгений Онегин

— Несчастная девочка. Но, справедливости ради, меня от этого общества уже тошнит.

— Какого? — Непонимающе нахмурилась Лиардис.

— Человеческого. Можешь нанять пяток отморозков, чтобы избавиться от брата, приблизившись, тем самым, к восхождению на престол?

— Ты сдурела?! — От брошенной реплики Лиардис мгновенно протрезвела.

— Вот и я о том же. А у них, — Астаэлле с презрительной усмешкой повела рукой, очертив перед собой полукруг, — это в порядке вещей. Братец делает все, чтобы избавиться от сестрицы, при этом желая той не просто смерти, а смерти мучительной и позорной. А их общий папаша равнодушно отворачивается, наградив отпрыска молчаливым согласием на эту мерзость.

— Зато этот ее Ройвис знает ее настоящее имя, но никому не открывает, оберегая жизнь и спокойствие возлюбленной. У нас так тоже не бывает, — попыталась вступиться за людей Лиардис.

— Знает? И молчит? Что за бред… — Нахмурилась Астаэлле.

— Это не бред, это любовь!

— Я и говорю, бред. — Васильковые глаза иронично сверкнули. — Впрочем, куда больше проблем этот рыцарь нам мог создать, будь он более разумен.

— Ты все измеряешь соображениями выгоды. — Упрекнула Лиардис задумчивую таэтиссу.

— Глупости, не все. Кавалер Ветассии мог бы, умей он думать, совершить очень многое. Теоретически, даже остановить готовую вспыхнуть войну. Но он даже не пытается использовать попавший к нему в руки шанс. Скорее всего, ему попросту плевать на мясорубку, которая разверзнется под стенами столь гостеприимного в его отношении города. Думаешь, здесь есть за что хвалить?

— Но он же оберегает от опасности свою возлюбленную!

— Оберегает от опасности или просто не хочет ни с кем делиться игрушкой? — Безжалостно уточнила Астаэлле.

— И все равно это благородно!

— Странные у тебя представления о благородстве. Ну все, не ерепенься. Хочешь так считать — считай на здоровье. Мне не жалко. Вот, возьми лучше эту штучку.

На стол рядом с бутылкой вина легла небольшая медная пластинка.

— И что это такое? — Лиардис недоуменно нахмурилась.

— Талисман. Неужели тебе о таких не доводилось слышать?

— Что-то вроде рассказывали…

— Твоих наставников надо выпороть. Такую вещь можно создать, имея кровь жертвы или ее близкого родственника. Если соответствующим способом завязать мистические потоки, такой талисман превратится в абсолютную защиту от мистических талантов того, чья кровь была использована.

— То есть, его сделал Сейнарис? А откуда у него кровь Веты?

— Использовал свою собственную. Родство у них — ближе некуда. С такой безделушкой он смог отправить за принцессой своего цепного пса, не опасаясь получить обратно кусок прожаренной собачатины.

— Но ведь он же в итоге именно это и получил. — Хмыкнула Лиардис, покосившись на кусочек металла.

— Ну так совсем не Ветассия тому виной. А гаденыш, должна заметить, не без способностей. Изготовить такую вещицу — задача не из легких.

— И чего мне с этой штуковиной делать? — Скептически поинтересовалась Лиардис. Рука таэтиссы потянулась было к бутылке со сливовым, но Астаэлле решительным жестом смахнула несчастную посудину на пол. Вот только ни стука, ни звона в ответ не раздалось. Только лишь легкое касание мистической энергии — и бутылка попросту растворилась в воздухе.

— Хватит тебе. Талисман отдашь Ветассии. После сегодняшних событий она наверняка проникнется симпатиями в твой адрес.

— Мне же надо будет как-то объяснить, откуда я ее взяла!

— Ну так придумай что-нибудь правдоподобное! Прочитай ей с загадочной улыбкой лекцию о свойствах, которые только что услышала, поверни дело так, будто сразу догадалась в чем подвох… Главное, чтобы завтра утром ты наш разговор хотя бы в общих чертах помнила.

Последние слова Астаэлле прямо-таки сочились сарказмом.

— Я совершенно не пьяна, между прочим! Я…

— Это ты так думаешь. — С этими словами таэтисса растворилась в воздухе.

— Опять ты за… — Глаза Лиардис широко распахнулись: вместо кресла она по-прежнему сидела на полу. Ох, все бездны вселенной, как же болит голова… Астаэлле что, опять приходила к ней в сон? Но разве она…

От попытки таэтиссы пошевелиться комната покатилась по кругу, из желудка рванулась ввысь волна удушающей тошноты. Кажется, она и впрямь нагрузилась…

До резиденции они добрались на коне Ройвиса. Военный совет, на котором ему пришлось присутствовать, и впрямь почти сразу же перешел в грандиозную попойку. Помариновавшись там некоторое время, рыцарь сумел улизнуть под благовидным предлогом — чтобы, оказавшись в холле резиденции, наткнуться на слугу в белой с черными кедровыми ветвями ливрее. Полученное письмо совершило почти невозможное — начисто отшибло способность думать. Какое там догадаться захватить лошадь Веты — в голове царила мешанина из паники и намерения свинтить голову любому, кто осмелился тронуть девушку хоть пальцем.

— Что там все-таки случилось? — Поинтересовался Ройвис, помогая возлюбленной слезть с лошади.

— Давай доберемся до моей комнаты? Все равно спать не хочется…

Лишь после того, как дверь ее спальни оказалась заперта на щеколду, Вета, усадив рыцаря в кресло и устроившись у него на коленях, поведала о своих злоключениях.

— Значит, этот мерзавец не оставил прежних затей, — процедил Ройвис.

— Боюсь, и не оставит. Я для него ровно кость в горле. Пока он не предъявит мою голову Торговой Ассамблее…

— Пожалуйста, не покидай больше резиденцию в одиночестве.

— Не покину, не волнуйся, — губы Веты тронула слабая улыбка. Ройвис ощутил смутную досаду — право, очень жаль, что тахаданец с подручными ушел к Разлучающей без его помощи.

— Хватит тебе, — заметила девушка его состояние, — давай хоть сегодня не будем о грустном. Между прочим, ты меня еще ни разу сегодня не целовал.

В том, что менее прозрачных намеков ее рыцарь не понимает, она уже успела убедиться.

— По крайней мере, теперь ты можешь похвастаться таэтисским облачением, — рассмеялся Ройвис, обнимая девушку.

— О, совсем забыла! А ну, закрой глаза! — соскочив на пол, Вета нашарила искомую ниточку и потянула, как ей объясняла Лиардис. Одеяние послушно сложилось за спиной, явив миру обнаженные плечи. Положительно, таэтис совсем чокнутые, если носят подобное. В человеческих государствах дамы легкого поведения — и те не облачаются в подобные, гм, одеяния. Впрочем, для таких случаев…

— Открывай! — Судя по округлившимся глазам, Ройвис был в восторге. Да, для таких случаев наряд подходит просто идеально.