Разрушенный рыцарь - Милена Янг

Рафаэль поморщился:

— Ты должен был попасть на небеса.

— Если только ты меня отпустишь, — тяжело вздохнул Ви.

— А если нет?

— Останусь бесплотным призраком в черном лабиринте между светом и тьмой. Одинокий. Брошенный. Вечно страдающий. Это даже хуже ада. Черт, здесь даже нет красок или моего скетчбука! — Ви застонал от досады. — Честно, скоро уже свихнусь. Хочу что-нибудь нарисовать. Хочу поговорить с родителями. Хочу быть там, где красиво, тепло и светло. Мне холодно, Рафаэль. Постоянно холодно и темно. В том месте, где я сейчас нахожусь, воет ветер, серые стены и ледяные плиты. Мне сказали, что это твой мир. Я застрял в нем, в твоих кошмарах и твоих мечтах.

— Я очень по тебе скучаю. — Рафаэль протянул руку и коснулся лица Вильяма. — Когда я тебя отпущу, ты навсегда исчезнешь?

— Я буду жить в твоем сердце, — сквозь слезы улыбнулся Вильям. — Пока ты дышишь, я буду жить с тобой, слышишь? — Он накрыл руку Рафаэля ладонью.

— Тогда возвращайся к родителям, Ви. Хочу, чтобы ты обрел покой.

— Рафаэль…

— Проваливай уже! Прочь! — Он грубо толкнул друга в грудь и отвернулся, до боли стиснув зубы.

А самому хотелось заорать: «Почему ты умер? Как посмел бросить меня одного? Зачем вообще мне жить дальше?»

— Уходи давай. Я тебя отпускаю. Слышишь?! УХОДИ!

Он знал, что Ви все еще стоит сзади. Почувствовал, как тот коснулся его плеча, но не стал оборачиваться. Сглотнул чертовы иглы, впившиеся в глотку.

— Живи за нас обоих, Рафаэль. Прошу, просто живи… — Голос Вильяма растаял в ночной темноте.

Сможет ли Ви найти дорогу?.. Не заблудится?..

— Нет, не умирай, не бросай меня… — пробормотал Рафаэль, мотая головой. Его волосы рассыпались по подушке, холодный пот выступил на лбу. — Не умирай!

Он вскочил с кровати, словно та была объята пламенем. Проклятие! Каждый день одно и то же. Вильям умоляет его отпустить, он отпускает, но следующей ночью проклятый сон повторяется. Что же он делает не так? В чем его ошибка? Почему Ви так и не может найти путь к родителям? Почему мучается?.. Рафаэль сжал виски пальцами, ощущая, как голова просто раскалывается от боли.

Он вышел из своей комнаты, находящейся на втором этаже, и спустился по лестнице в гостиную, обставленную в стиле модерн, как и весь особняк Йохансенов.

После похорон Вильяма они вместе с Терезой поехали к Дамиану. И последний месяц жили здесь. Можно сказать, переселились. Несмотря на свою ненависть к смене обстановки и внеплановым событиям, Рафаэль вроде как даже привык.

К себе домой он возвращаться не хотел. Слишком много воспоминаний тот хранил. Голос Вильяма, плохие вести, счастливые моменты, которых уже не вернуть… Поэтому Рафаэль планировал жить в своем лесном особняке — обители порока. В Тартаре. Там ему и место. Как только операция Дамиана по «исцелению» Рафаэля завершится, он туда отправится. Но Дам пока не отпускал его, как надоедливая наседка, упорно поддерживая и окружая заботой. Его, Рафаэля! Смешно.

Он закатил глаза. Тернер терпеть не мог повышенное внимание к своей персоне, не любил навязчивости, постоянных расспросов, сам предпочитал молчать, но с Дамианом это было невозможно. Он его постоянно провоцировал, действовал на нервы, выбешивал… Рафаэль неохотно признавал, что на ничтожную — сотую — долю процента любит этого придурка. Ладно, возможно, даже на десятую. Исключительно из-за блинчиков с кленовым сиропом, которыми тот подкупал его по утрам. Немножко из-за совместных пробежек. И из-за того, что не смотрел без него новые серии «Теории Большого взрыва». Чертов придурок подсадил его на этот ситком. Вместе с Терезой.

Губы Рафаэля непроизвольно приподнялись в подобии улыбки. Его маленькая Tea. Рафаэль вспоминал, как она обнимала его всю ночь, оставшись вместе с ним после похорон у Дамиана. Крошечная, робкая, но храбрая сердцем. Тереза пробралась к нему в кровать, обнимая и исцеляя тем самым душевные раны. Рафаэль прижимал девушку к себе, по окну барабанил дождь, так они и пролежали всю ночь. Он спал урывками лишь часа два, но Тереза все время оставалась рядом. Упрямая. Не только в тот день — каждый последующий. Рафаэль уже привык, что она спала, прижавшись к его груди. Любил чувствовать тепло ее тела, слушать мерное сопение во сне, осторожно гладить по волосам.

Потом Тереза заставила его пойти в университет. Буквально силком. Ведь уже начался новый учебный год. После занятий Рафаэль шел заниматься делами, а потом вместе с Дамианом возвращался домой.

Рик как сквозь землю провалился. Все они настойчиво искали его. Но не было никаких следов. Абсолютно ничего. Полиция сбилась с ног, но тоже ничего не добилась. Естественно, ублюдок был объявлен в розыск, а за его голову была объявлена награда в миллионы. Рано или поздно его найдут. Неважно, что там говорит во сне Вильям. Пусть он будет всепрощающим. Но не Рафаэль.

Парень слегка тряхнул головой, отгоняя мысли, и с легкой улыбкой приветствовал маленького Мефистофеля, который выбрался из клетки и заковылял к хозяину. Рафаэль погладил черепашку по блестящему панцирю. Сегодня было воскресенье, а значит, никакого университета.

Тереза позавчера уехала к родителям. Она должна была вернуться сегодня, в день своего рождения, когда освободится из «тюрьмы». Отец и мачеха Дамиана все еще были в отъезде. Женщина служила офицером в том же департаменте полиции. По их словам, поездка затягивалась на несколько месяцев. Мистер Йохансен не распространялся о цели поездки, ограничившись сухой фразой «по делам службы». Рафаэль знал, что Дамиана задевает отцовское недоверие, холодность, но тот прятал все за фальшивыми улыбками.

— Ты разбудил меня своим топотом, — послышался недовольный девичий голос за спиной.

Еще одна зануда. Вредная Эви досаждала Рафаэлю не меньше своего братца.

— Сколько раз я просил тебя обращаться ко мне уважительно? — раздраженно осадил ее Рафаэль.

— А сколько раз я посылала тебя за это на хрен? — Девушка вальяжно направилась к нему, подтягивая пижамные штаны.

— Твой брат в курсе, что ты ругаешься? — Рафаэль неодобрительно прищурился.

Девушка, нисколько не смущаясь, взгромоздилась на подлокотник кресла, где он сидел. Рафаэль аккуратно вернул Мефа в клетку.

— Учусь у лучших. — Она вскинула руку к виску, словно отдавая честь. — Как дела?

— Время пять утра. Иди спи дальше.

— О, я с удовольствием бы так и поступила, если бы ты не вообразил себя слоном в столь ранний час!

— Я не шумел! — возмутился Рафаэль.

— Ага, просто решил разгромить наш дом. Сколько ты весишь?

— Твои попытки меня оскорбить уморительны.

— Да ну? Так сколько? Ставлю на тонну, пора тебе заняться спортом, — не