Высматривая путь. Том I (СИ) - John Lemon

Боль пронзила нижнюю губу, заставляя скривиться и облизнуть ее. На языке появился вкус крови. Значит, без травм не обошлось.

— М-мастер, — начал, заикаясь корчмарь. — Вам комната нужна или вы просто… ну…

— Комната. С двумя кроватями, если есть, — кивнул ведьмак, подходя ближе, будто бы и не случилось только что ничего из ряда вон выходящего.

— С двумя не будет. Но с одной широкой — найдем. Матѐй вас проводит.

Корчмарь обернулся, кивнул кому-то, и из-за его спины вышел низушек. Он учтиво поклонился и перепуганной Дере, и все еще взвинченному Эскелю, а потом молчаливо поманил за собой рукой.

Комната была победнее, чем в Оксенфурте, и бадьи для купания не было. Но зато постель пахла свежим, а деревянные полы были начищены, как полагается. Когда дверь за помощником корчмаря закрылась, ведьмак сбросил сумки на пол, а сам побрел к наполненному водой тазу. Хотелось осмотреть себя в зеркало и смыть кровь. Фредерика только стояла и хмурилась. Он уж начал думать, что начнутся новые разборки. Будто мало ему было драки с пьяницей. Как вдруг, девушка внезапно громко топнула ногой, резво прошла к сумкам и достав оттуда одну из своих бутылочек, и отодрав от чистой тряпки кусок, направилась в его сторону.

— Дай я помогу. А то, еще одному шраму на своем многострадальном лице ты не обрадуешься.

Получилось грубо, но по-другому Дера не смогла бы. Уж не после того, что увидела в корчме. А когда страх отпустил, на его смену пришла злость. На того пьянчугу, что возомнил себя невесть кем и полез с дракой к ведьмаку. На Эскеля, который перепугал ее до чертиков. И на толпу, которая вместо того, чтобы разнять, только стояла и улюлюкала. Впрочем, как и тогда, когда она кинулась на стерву-Гретку.

— Заживет. Регенерация, я же…

— Помню, — перебила его травница и с силой развернула ведьмака к себе ухватив того за плечи.

Тот уставился на нее и молчал. В ее глазах он увидел гнев и решительность, и что из этого было направлено на него, пока понять не мог. Смочив тряпицу в настойке, девушка принялась осторожно протирать небольшую ссадину на щеке Эскеля, а потом спустилась на губы, с осторожностью стирая проступившую кровь. Грудь его вздымалась от внезапно сбившегося дыхания, а глаза метались по хмурому девичьему лицу. Она касалась его бережно и до боли нежно, а когда закончила, подняла взгляд вверх. Заглянула в глаза, переместилась взглядом на покрасневшую щеку, затем на вторую и сжала губы в тонкую полоску. Ведьмак уже и сам захотел что-то сделать. Например, прижать ее к себе и всю расцеловать. Еще были мысли — сразу бросить на кровать и раздеть. Но то были слишком смелые фантазии, от которых лучше воздержаться и насовсем. Дера, на свое удивление, протянула руку к его лицу и прикоснулась к щеке. Прижала теплую ладонь, завела пальцы к уху. Пряди приятно защекотали кожу. Эскель отчего-то прикрыл глаза и едва ощутимо потерся щекой о девичью ладонь, слегка оцарапав кожу отросшей щетиной. Побриться в Оксенфурте он так и не успел. А когда по телу травницы прошли приятные вибрации, отозвавшиеся чем-то тянущим внизу живота, то она внезапно отдернула руку, делая шаг назад. Что это были за ощущения — понять пока не удалось. Может, ей вообще это показалось? Но на простое возбуждение мало походило. А оттого стало еще более будоражащим и запоминающимся. Она осмотрела свои пальцы, затем взглянула на чуть опешившего ведьмака.

— Что это было?

— Мое лицо, — хмыкнул Эскель.

— Нет, — она мотнула головой. — Я про эту странную вибрацию. Что это было?

— Ничего особенного. Просто эманации, — отмахнулся он и вернулся к умыванию.

Взглянул на себя в зеркало. Понял, что настойка и впрямь сняла покраснение и остановила кровь, а после небрежно умылся.

— Эма… что?

— Эманации, — он отчего-то усмехнулся, уперев ладони в деревянную поверхность тумбы. — Признаться, я думал, что это все россказни Геральта. Мне еще никто не говорил, что я странно как-то «вибрирую».

— Кто такой этот Геральт? — Деру, наконец, отпустило и она решила, что самое время снять накидку и дублет.

— Мой друг детства, — Эскель обмыл шею и потянулся за тряпкой, что лежала под рукой. — Он говорил когда-то, что бабы так бросаются на него из-за эманаций. Якобы сильно приятно им от них. Сам я никогда ничего такого не ощущал, когда кого-то касался, а кметки не думаю, что больно чувствительны. Как и шлюхи в борделе.

Травница смущенно отвела взгляд и беспомощно осмотрела комнату, пытаясь на что-то переключиться, лишь бы не раскраснеться. Знать какие там места у кметок и шлюх не чувствительны — она не хотела. Но ведьмак сделал, как обычно, все сам. Стащил с плеч куртку, отбросил ее на кровать и потянул на себя дверь.

— Я за едой.

Дера поджала губы и кивнула, а потом повернулась к нему спиной, делая вид что увлеченно рассматривает что-то за окном. А когда за Эскелем закрылась дверь, с ее губ сорвался хриплый вздох облегчения.

* — а теперь поиграем в «разрушителей мифов»(нет))) Просто хочу кое-что пояснить. Довелось мне ознакомиться с рядом обсуждений на тематических форумах, статей и, непосредственно, с некоторыми упоминаниями в книге. Приведу здесь одну немаловажную цитату, которую я решил взять за основу.

«Совершенно неожиданно повел себя Эскель, который встал, подошел к чародейке, низко поклонился, взял ее руку и уважительно поцеловал. Она быстро отдернула руку. Не для того, чтобы продемонстрировать злобу и раздражение, а чтобы прервать приятную, пронзившую ее вибрацию, вызванную прикосновением ведьмака. Эскель эманировал сильно. Сильнее, чем Геральт.» («Кровь эльфов» стр.20)

На чем именно я сделал акцент. Во-первых — соприкосновение непосредственно «кожа к коже», во-вторых, чтобы не думалось, что эманации — это удары током, жгущие кожу и не колющие/режущие ощущения. Пусть это будут легкие приятные вибрации, как будто ты лежишь в кресле с функцией массажа. И тебя не трясет, а так приятно согревает и чутка расслабляет от ненавязчивой вибрации. Приятно? Думаю приятно)

Теперь, следующий момент. Геральт, он же — Гервант, он же — ведьмак, у нас герой интересный, но не думаю, что тот ряд мутаций, которые сделали его волосы белыми — не прошли для организма бесследно. Явно, он остался, в каком-то роде, неполноценным. Не считая конечно стерилизации. Поэтому, я могу предположить, что сила эманаций не зависит от чего-то невероятного. Скорее это такой себе индикатор общего состояния организма ведьмака. Чем он лучше себя чувствует, тем сильнее «вибрирует») И в обратную сторону. Мне эта мысль понравилась и я решил