Королевство ангелов - Мария Кущиди

Ивент едва не рухнул на глинистую землю. Он бы и свалился в нее, если бы Мильвен не схватил его за руку. Притянув его к себе, садовник помог неуклюжему человеку переступить через ручей и попасть в убежище.

Пройдя по темноте, они быстро освоились в крохотном убежище. Нора была небольшой, но глубокой. Мильвен сразу же нащупал какой-то котелок и следы костра. Опустив руку к землянке с камнями, он точно решил, что следов живого человека здесь не было. В ночном (да и в вечернем) холоде никто не смог бы выжить.

Ивент в то же время нашел грязную, старую одежду, которая внизу была разорвана. Кто-то делал повязки, судя по всему. Это его насторожило.

− Мильвен, взгляните. По размерам это детская одежда. Я уверен. Но она выглядит так, словно обитатель рвал ее на бинты или на что-то подобное. Человек был ранен?

− Нигде нет следов крови. Но я не уверен. Темно. Если юный граф Ольдер и жил здесь, то давно не появлялся. А так место идеальное, чтобы спрятаться.

− Вы нашли что-то еще?

− Нет, ни следов.

− Жаль. Давайте обыщем территорию у дома. Может, найдем графа поблизости.

− Не думаю. Трава была бы помята хотя бы слегка. Но ничего этого здесь нет. Надо уходить, Ивент. Может, стоит пройтись по городу, поспрашивать местных? Они-то должны хоть что-то знать.

− Не думаю, что они следят за жизнью этого ребенка. Но давайте попробуем.

Они скоро вышли снова в город и обращались к каждому торговцу. Но ни один человек не сказал ни слова о юном графе, чего и стоило ожидать. Тогда Мильвен и Ивент вернулись в свой экипаж и долго думали, куда мог пропасть этот ребенок.

− Я не хочу говорить ничего плохого, господин садовник, но, возможно, графа давно уже нет. Он мог погибнуть. Или кто-то мог просто убить его. Врагов-то много у него.

− Обидно, Ивент, что мы с Вами ничего не нашли. Если юный граф и существовал, если ему удалось выжить в пожаре, то улочки Горден-Хейла и голод легко могли свести его в могилу. И что будем делать дальше?

− Не возражаете, если мы навестим руины семьи Ольдер? Может, там мы что-то найдем. Или же граф решил вернуться домой?

− Другого выбора у нас и нет.

И экипаж двинулся с места. Расследование приобретало для наших героев все более обезнадеживающее положение.

Глава 24

Делия скоро снова вернулась в Академию музыки, в свою любимую комнату, в милое окружение Киримии. Подруга без конца заботилась о ней после этого случая, убеждалась, что девушка ни в чем не нуждалась и просто улыбалась. И лишь тогда Мейдж со спокойной душой вышла из комнаты, оставив Делию одну, спеша на назначенную встречу к Нальвису. Он ждал ее в огромном, красивейшем холле Академии, наблюдая, как с огромной белокаменной лестницы спускаются студенты.

Был приятный вечер. Люди не спешили возвращаться домой. Они меланхолично брели по улочкам городка, тихо обсуждая что-то интересное, заливая спокойные улочки теплым смехом.

Делия была одна в комнате. Зарывшись в теплый плед, она читала какую-то книжку, забыв обо всем, что ее тревожило. Зачем были нужны тревоги? Они только усложняют жизнь человека, делают ее невыносимой, тяжелой. Без них все было бы иначе. Но, может быть, они нужны были для того, чтобы мы с вами, дорогие читатели, могли оценить бесценность спокойствия и безмятежности. Делия это начинала понимать и поставила для себя новые цели, к которым уже успешно продвигалась. Она решила оставить все прошлое далеко в тумане, никогда не возвращаться к нему, заблистать еще ярче на сцене. В этом было ее счастье. Простое счастье музыканта и певицы.

У Делии был настоящий дар. В Академии музыки никто не обладал сразу двумя музыкальными талантами. Кто-то играл на скрипке, кто-то пел, кто-то занимался чем-то еще. Младшая Миллиал же была уникальна, ценна для всей Академии и для мира музыки. Обычно на сцене «Ангела» Мольенни играли два человека. Один исполнял главную роль, пел, а другой – играл на скрипке и был позади. Делия смогла соединить в себе этих двух людей, стать единым целым. Она и сама не понимала, насколько ее способности были велики.

В дверь ее комнаты постучали. Девушка поднялась с диванчика и открыла дверь. Это была Жасмэ, которой Делия была рада. Что-то протараторив своей госпоже, она отдала ей конверт и поспешила оставить девушку одну с ним. Приняв его, Делия вернулась на свой диванчик и долго смотрела на конверт. На нем была фирменная печать Миллиал. Она и не заметила, что печать все же отличалась от того изображения, которое было на печати ее отца. Злость снова вцепилась в нее бешеным псом. Поэтому, не в силах управлять своими чувствами и желаниями, девушка разорвала конверт с письмом, уничтожила, превратив послание в десяток бумажных кусочков.

Бросив остатки письма в каминчик, Делия успокоилась. Ей не хотелось даже думать о тех, кто ее обманул. Она была очень чувствительна, поэтому первое публичное выступление на сцене оперного театра считала достойным внимания своей дорогой семьи. Теперь же все было кончено. Нет семьи, остались только воспоминания, от которых девушка мечтала избавиться.

Позже она решила навестить директора, спросить, как он себя чувствует, и поблагодарить, конечно, за свое спасение. Но она не знала, где он мог быть в это время, поэтому решила заглянуть в его кабинет. Но эта огромная комната была пуста.

Внезапно за ее спиной раздался приятный, мелодичный голос, заставивший ее вздрогнуть.

− Делия, Вы ищете меня? Честно, я приятно удивлен. Как Вы себя чувствуете?

− Со мной все хорошо, директор, не волнуйтесь. Я хотела немного поговорить с Вами. А именно − поблагодарить за то, что Вы для меня сделали.

У Коллекционера был очень нежный, заботливый взгляд. Его Делия видела впервые.

− Прошу Вас, не стоит. Я бы не перенес Вашей гибели, малейшего несчастья. Но за спасение Ваше я возьму кое-что от Вас. − Девушка напряглась. Она не ожидала услышать от этого человека таких слов. − Не прогуляетесь со мной по Липовому парку? Чудесное место для душевных разговоров. Я часто там гуляю по вечерам, но мне всегда было скучно. Так не составите компанию? Я был бы очень рад.

− Я тоже люблю этот парк. Но гуляю одна. Удивительно будет пройтись по нему с кем-то.

− И все же есть в мире души, созданные в одной мастерской бога. С Вами я точно чувствую это.

И они оба ушли из Академии, пройдя по городу ровно пятнадцать минут, а после оказались в прекрасном месте Мирж-Бея. Кругом росли высокие липы, уходящие своими громадными макушками