Медальон инквизитора - Наталья Александрова

Только теперь она разглядела, во что играли дети, что они строили.

На вытоптанной земле возле бревен из щепок и палочек были сооружены эшафот и помост для казни. Вокруг воткнутой в помост палочки, как вокруг позорного столба, была собрана кучка соломы и щепок для маленького костра.

Томас поставил куклу Ренаты к игрушечному столбу, привязал ее обрывками веревочек, достал из кармана широких штанов кремень и кресало.

– Во имя отца и сына... – проговорил он гнусавым голосом, подражая инквизитору, – мы казним эту куклу, виновную в колдовстве и сговоре с Дьяволом, дабы спасти ее душу и вернуть в лоно Церкви. Да будет с нами милость Божья...

– Не надо! – взмолилась Рената и бросилась к игрушечному помосту, чтобы спасти свою куклу, вырвать ее из рук маленького палача. Но Ева, дочь молочника, подставила ей ножку. Рената шлепнулась в грязь, вокруг нее раздался дружный хохот.

Размазывая по лицу грязь и слезы, Рената поднялась на ноги.

Томас тем временем уже высек искру, солома занялась, и игрушечный костер ярко вспыхнул.

Рената не сводила глаз со своей куклы.

Мицци мгновенно охватило пламенем. Девочке показалось, что на кукольном лице проступило страдание, мольба о помощи. Рената попыталась дотянуться до куклы, но дети отталкивали ее, радостно крича:

– Смотри, как она горит! Так же горела и твоя мать! Ведьмино отродье, ведьмино отродье!

Надежды не было.

Рената повернулась спиной к детям, к игрушечному костру и бросилась бежать – не разбирая дороги, лишь бы подальше от этого страшного места...

Она бежала долго, несколько раз падала, но снова поднималась и бежала, бежала...

Остановилась она возле городских ворот, потому что ей показалось, что ее кто-то окликнул.

– Рената! – снова услышала девочка хриплый, неприятный голос.

Оглядевшись, она увидела возле самых ворот покосившуюся, вросшую в землю нищую лачугу с единственным окном.

На пороге этой лачуги стояла сгорбленная старуха с седыми космами, свисающими на глаза, с приоткрытым ртом, посреди которого торчал единственный зуб.

– Подойди ко мне, Рената! – прошамкала старуха и поманила девочку кривым желтым пальцем.

Рената испугалась еще больше, она хотела убежать – но ноги сами несли ее навстречу страшной старухе.

– Не бойся меня, Рената! – Рот старухи скривился в фальшивой кривой улыбке, отчего она стала еще страшнее. – Я не хочу причинить тебе зла. Наоборот, я хочу отдать тебе одну славную вещицу, одну очень хорошую вещицу...

Старуха запустила руку в свои лохмотья, пошарила там и вытащила золотой медальон на тонкой цепочке.

Видно было, что старухе очень не хочется расставаться с этим медальоном, что она борется с собой – то пытается спрятать его обратно, то хочет отдать девочке...

Руки ее тряслись, глаза горели от жадности, она пыхтела и хрипела, как будто и впрямь боролась с сильным противником.

Наконец эта борьба кончилась, ведьма вложила медальон в руку Ренаты и прохрипела:

– Спрячь это, девочка... этот медальон принадлежал твоей матери, а до того – ее матери и матери ее матери... теперь он твой, береги его как зеницу ока! – Она бросила на медальон жадный взгляд и попятилась: – Спрячь же его скорее, не испытывай мое терпение! Мне очень хотелось завладеть этим медальоном, я душу за него продала, но когда он стал моим – я почувствовала, что не смогу его удержать. Он не хотел остаться у меня... он хочет вернуться к тебе... береги его, девочка, никому не показывай, а когда придет время – отдай своей дочери...

Старуха всхлипнула, вытерла глаза грязной тряпицей и раздраженно проговорила:

– А теперь уходи отсюда! Не испытывай мое терпение! Спрячь этот медальон и уходи!

Рената испуганно взглянула на странную старуху, спрятала медальон под одежду и попятилась.

– Брысь! – крикнула старуха и махнула руками, как будто прогоняла назойливую муху.

Рената бросилась прочь, но, отбежав немного, повернулась.

На том месте, где только что была лачуга, на пороге которой стояла страшная старуха, ничего и никого не было. Только заросший мхом камень валялся возле городских ворот.

Вернулась Оксана поздно, и перед сном просмотрела еще раз записную книжку в телефоне Валентины. Ничего особенного, обычные номера – салон красоты, массажистка и еще какие-то Тани, Лены и Миши. Может быть, это близкие друзья, а может, Таня – это косметолог или визажист, а Миша и вовсе сантехник... Оксана зевнула и отложила телефон, решив, что утро вечера мудренее.

Утром она проснулась от телефонного звонка. Судя по мелодии, звонил не ее телефон, и спросонья она пробормотала:

– Максим, ответь, это тебя...

Но тут вспомнила, что накануне смертельно разругалась с мужем и выгнала его из дома. Так что на телефонный звонок ответить некому, кроме нее. Осознав это, Оксана приподнялась на локте и схватила надрывающийся телефон, который валялся на тумбочке возле кровати.

Тут она окончательно проснулась и поняла, что звонит мобильный телефон покойной Валентины, а номер, высветившийся на дисплее, – тот самый, который несколько раз подряд появлялся в списке непринятых вызовов.

Оксана секунду подумала – и нажала кнопку ответа.

– Это Валентина Михайловна? – донесся из трубки заполошный женский голос. – Это из «Зефира» вам звонят...

– Откуда? – удивленно переспросила Оксана.

Ей представилась огромная коробка бело-розового зефира и барахтающаяся в ней девица с телефоном в руке... что за бред!

– Откуда? – повторила она, усилием воли отогнав от себя это дикое видение.

– Из художественной галереи «Зефир»! – возмущенно выпалила в ответ трубка.

Ситуация стала немного менее безумной, но Оксана все еще ничего не понимала.

– А сколько времени? – пробормотала она, пытаясь нашарить на прикроватной тумбочке часы.

– Девять! Извините за ранний звонок! Я вам вчера звонила и позавчера, а у вас телефон не отвечал...

– Ну да, он был выключен, – ответила Оксана.

Она хотела обрисовать ситуацию этой заполошной особе и для начала сообщить, что она – вовсе не Валентина Михайловна, но та ее не слушала, она продолжала сыпать слова, как горох:

– Валентина Михайловна, я вам звоню по поручению Виолетты Романовны! Она очень просила вас подъехать! У нас со следующей недели начинается выставка Кубышкина, так что вашу мы уже демонтируем, и вам нужно взглянуть и оставить распоряжения. И еще тут Павлик вам кое-что принес... фотографии с вернисажа...