Ловушка для сердцееда - Натали Карамель

лица, в каждом луче ее леденящего взгляда. Он буквально оробел. В одно мгновение из уверенного графа и руководителя он превратился в ребенка, пойманного на месте преступления. Сердце ушло в пятки.

«Г-графиня?» — его голос прозвучал неожиданно тонко. «Что-то… случилось?»

«Как это понимать, граф Виллар?» — ее голос был тихим, но каждое слово падало, как осколок льда. Она сделала шаг вперед. «Почему вы не сочли нужным удостоить меня своим визитом по прибытии? Почему ваши вещи,» — она резким жестом указала на сундук, видневшийся в палатке, «располагаются здесь? В этой… палатке? Среди ваших… людей?» Последнее слово прозвучало с оттенком презрения.

Вопросы засыпали его с головой. Лео почувствовал, как щеки наливаются жаром. Он собрался, выпрямился, стараясь вернуть себе достоинство.

«Прошу прощения, графиня, за неудобства,» — начал он, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все дрожало. «И за то, что не явился доложить о прибытии сразу. Мы были поглощены организацией лагеря, чтобы не терять времени завтра с утра.» — Он сделал паузу, глядя ей прямо в глаза, пытаясь донести логику. «Что касается палатки… Я буду жить здесь, с рабочими. Чтобы контролировать процесс лично, ежечасно. Чтобы быть в курсе всех трудностей и решать их немедленно. Так проект пойдет быстрее и эффективнее.»

Елена слушала, не меняя выражения лица. Ледяной шквал сменился холодным недоумением.

«Граф Виллар,» — произнесла она уже чуть мягче, но все еще с упреком, «в моем доме есть прекрасная гостевая комната. Готовая к вашему приему. Вы — благородный гость. Не бродячий поденщик.»

Мысль о комнате в ее доме, под одной крышей, заставила сердце Лео бешено забиться. Счастье! Заботливая! Он едва не сорвался и не согласился. Но тут же вспомнил слова тетушки: «Ни тени на репутацию!» Вспомнил злые языки, придворные сплетни, политических врагов, жаждущих повода. Нет. Риск был слишком велик.

«Ваше предложение более чем любезно, графиня, и я глубоко тронут,» — сказал он искренне. «Но мне здесь, с моими людьми, будет… лучше. Для дела.» — Он сделал глубокий вдох, выбирая слова. «Я не могу позволить себе… очернить честь благородной дамы, которую я…» — он чуть не выпалил «люблю», язык уже повернулся, но мозг сработал на автопилоте, «…уважаю.» Слово прозвучало слишком формально, но оно было безопасным.

Он увидел, как в ее глазах мелькнуло что-то — разочарование? Досада? Она поняла, что спорить бесполезно. Ее губы поджались в тонкую, недовольную линию. Она окинула его палатку, сундук, весь лагерь взглядом, полным недоумения и обиды за отвергнутое гостеприимство.

«Как пожелаете, граф,» — произнесла она ледяным тоном, уже отворачиваясь. «Если вам или вашим людям что-то понадобится — дайте знать. Вас всех будут кормить. Моя кухня к вашим услугам.» — Она сделала несколько шагов, затем обернулась, и ее взгляд стал острым, как кинжал. «И не забудьте, наконец, прислать чеки за материал. Все до последнего су. Я не намерена быть у вас в долгу.»

Лео стоял как вкопанный, чувствуя себя полным дурачком. Его безупречный план дал трещину из-за неучтенного фактора — ее аристократической гордости и чувства оскорбленного гостеприимства. Он видел ее обиду, но не мог поступить иначе. Оставалось только улыбаться сквозь неловкость.

«Конечно-конечно, графиня!» — выпалил он с широкой, дурацкой улыбкой, которая должна была выражать согласие и благодарность, но выглядела, по его собственному ощущению, просто глупо. «Непременно! Все чеки! Все до су!»

Елена фыркнула — звук, полный презрения и непонимания — и ушла, ее темная фигура быстро растворилась в направлении усадьбы. Лео опустился на ящик с инструментами рядом со своей палаткой. Эйфория от начала стройки испарилась. Он чувствовал себя разбитым. Он хотел быть ближе, контролировать, защищать ее репутацию. А в итоге — обидел и выглядел идиотом. «План, как швейцарские часы…» — с горькой иронией подумал он, глядя на свой неуклюже поставленный сундук. Часы явно нуждались в настройке. И главным часовщиком, как он теперь понимал, была она — Ледяная Графиня с обидчивым сердцем. Предстоящая неделя обещала быть не только трудовой, но и дипломатически сложной. Очень сложной.

Глава 53. Брюки, Молот и Ледяная Загадка

Стройка закипела с рассветом. Леонард жил в ритме ударов молотков, скрипа пил, грохота тачек и отрывистых команд. Он был повсюду: проверял разметку фундамента школы, спорил с Мартеном о толщине балок, советовался с Анри о вентиляции для приюта, одобрял выбор Клода для первых саженцев у будущих дорожек. Контролировал весь процесс. Пыль въедалась в кожу, солнце жгло шею, но он чувствовал себя живым, поглощенным великим делом — созданием будущего. Каждый вбитый колышек, каждый уложенный камень был кирпичиком в здании не только школы, но и его надежд.

За ним наблюдала Елена. Он чувствовал ее взгляд с террасы дома, из окна кабинета, когда она проходила по саду с ключницей. Она была тенью, незримо присутствующей на его стройплощадке. И она кормила. Обеды для рабочих были сытными и горячими, доставлялись прямо в лагерь. Для Лео же — отдельно, на изящном подносе, в его палатку или на импровизированный стол под навесом. Суп, запеченная птица, свежий хлеб, фрукты — безупречно, как и все, что ее касалось. Но приглашение в дом не повторялось.

На третий день, когда Лео, стоя над чертежами на бочке, пытался решить проблему с подвозом воды для раствора, к нему подошла служанка:

«Граф Виллар, графиня просит вас отобедать с ней. В доме».

Лео отряхнул пыль с рукавов, поправил волосы (бесполезно) и последовал. Обед проходил в малой столовой. Елена была безупречна в темно-синем платье, но лицо ее оставалось сдержанным.

«Граф», — начала она, едва коснувшись супа, «я так и не увидела чеков». — Голос был ровным, но в нем читалось ожидание и легкая досада.

«Ах, чеки!» — Лео отмахнулся с нарочитой легкостью, стараясь скрыть неловкость. «Совсем из головы вылетело, графиня. Вина стройки! Голова забита балками и цементом. Обязательно соберу, пришлю!»

«Как продвигается работа?» — спросила она, переведя разговор. «Чем я могу помочь? Нужны ли дополнительные руки? Материалы?»

Лео, увлекшись, начал рассказывать о планах на день, о прогрессе фундамента, о находке Анри с зеркалами для света. Он видел искренний интерес в ее глазах.

«…так что пока все идет строго по плану, графиня», — закончил он, сияя уверенностью. «Помочь? Благодарю за предложение, но, честно, помощь не нужна. Мои ребята — мастера, справятся! Вы только наблюдайте, как растет ваше будущее детище!»

Он не заметил, как при этих словах тень легкого разочарования скользнула по ее лицу. Ее губы сжались,