Прошлые жизни детей. Как воспоминания о прошлых жизнях влияют на вашего ребенка - Кэрол Боумэн

Как правило, открытые вопросы помогают получить больший объем информации, чем конкретные. Так, например, вместо того, чтобы спросить: «Ты грустишь?» (закрытый вопрос), спросите: «Какое у тебя настроение?» (открытый вопрос). Ответ может удивить вас своей неожиданностью. Вместо того чтобы услышать, что ребенку грустно, вы можете узнать, что он злится или радуется, или боится, или завидует, или испытывает гордость. Вопрос может дать толчок новому подробному описанию или неожиданному ответвлению в истории. Очень маленьким детям с ограниченным словарным запасом вы можете предложить меню возможных ответов: «Ты продолжал болеть, или тебе стало лучше, или ты умер?»

Избегайте задавать вопрос «Почему?». Вопросы, где есть слово «Почему?», заставляют ребенка искать объяснений или интерпретаций. Они могут прервать поток воспоминаний и положить конец вашему диалогу.

Помните, что ваша главная цель – поддерживать разговор, не дать ему внезапно прерваться. Прочувствуйте ритм этого потока и не сбивайте его несвоевременными замечаниями. Когда перед вами развернется история, вопросы сами придут вам на ум, вы станете задавать также и закрытые вопросы, чтобы прояснить отдельные детали.

Старайтесь, чтобы ваш тон соответствовал настроению ребенка. Если он с энтузиазмом рассказывает о своей прошлой жизни или даже смерти, попытайтесь продемонстрировать такой же энтузиазм. Если он выражает грусть, отвечайте серьезно и озабоченно, как если бы вы говорили, услышав от него про смерть любимого хомяка. Ваш искренний интерес вдохновит ребенка на более глубокое проникновение в собственную память, он увидит все с большей ясностью и расскажет об этом подробнее.

Это только советы, а не техники, которым необходимо неотступно следовать. Не переживайте, если вы допустили ошибку. Погрузившись в свои воспоминания о прошлых жизнях, дети цепко ухватятся за правду своих видений. Вспомните, как часто родители были настолько озадачены замечаниями детей, что с трудом могли подыскать слова и задавали неуместные вопросы. Однако дети проявляли удивительную терпимость к несообразительности своих родителей и спокойно исправляли их. В других случаях, когда родитель брал на себя слишком много и говорил ребенку: «Ты видел все это по телевизору, да?», последний твердо отрицал это. Итак, не молчите из боязни задать неверный вопрос. Гораздо важнее, чтобы ребенок ощущал ваше любовное присутствие в этот момент. Ваше безоговорочное приятие его переживаний является ключевым моментом, искусность вопросов – всего лишь вспомогательное средство.

Генри Болдак, говоря с высоты своего тридцатилетнего опыта в регрессиях в прошлые жизни, утверждает, что спокойный темп является лучшей техникой:

Когда дети начинают говорить о своих воспоминаниях, мне кажется, очень важно суметь выслушать их, не делая из этого истории. Я задаю как можно меньше специфических вопросов и обычно говорю: «Расскажи мне еще об этом». Это никогда не превращается в допрос или дознание или во что-то подобное.

Важно, чтобы они могли продвигаться в своем собственном темпе. Таким образом вы сможете стимулировать естественный поток информации. Наберитесь терпения. Иногда при работе со взрослым клиентом мне не терпится вмешаться с вопросом или репликой, но я всегда замечал, что лучше сосчитать про себя до десяти... и воздержаться. Процесс воспоминаний подобен раскрытию цветка – вы не должны торопить его.

Распознавать факты и чувства

Научиться распознавать необходимо для того, чтобы определить характерные черты истории. Какой период прошлой жизни вспоминает ваш ребенок? Был ли он тогда взрослым или тоже ребенком? Каков был его пол? Была ли у него семья? Какие травматические переживания изменили его жизнь? В каком возрасте наступила смерть? Вы должны узнать как можно больше информации, пока у ребенка длится прозрение.

Старайтесь понять чувства, охватывающие ребенка во время рассказа. Грустит он или счастлив, испуган или радостно возбужден? Может, он испытывает отчаяние, раскаяние или чувство вины? Слезы часто указывают на грусть, но отнюдь не всегда. Они могут быть индикатором любого глубокого чувства, прорывающегося на поверхность, – даже радости. Эмоции являются лучшим указателем той силы, с какой память о прошлом воздействует на нынешнюю жизнь. Сильные эмоции свидетельствуют о том, что причина воспоминаний еще жива в вашем ребенке, и подскажут вам, как следует реагировать на рассказ. Если он рассказывает вам свою историю бесстрастным, холодным тоном, эмоциональный заряд, скорее всего, слаб. Но если ребенок во время рассказа плачет, глубоко расстраивается или приходит в отчаяние, значит, чувства из прошлого все еще имеют власть над ним и искажают сегодняшнюю реальность.

Обращайте внимание на то, в каком времени употребляются глаголы в рассказе. Это может быть дополнительной подсказкой того, как ребенок переживает воспоминание. Говорит ли он так, словно знает, что все это происходило в прошлом? Например: «Моя мама любила зачесывать волосы наверх, чтобы выглядеть особенно хорошенькой». Или он говорит так, как будто события происходят в настоящем? «Моя настоящая мама живет в Билокси». Иногда, когда рассказ разворачивается, изменение употребляемого времени может указать вам, где находится ребенок в процессе воспоминаний и до какой степени ему удалось освободиться от прошлого.

Если ребенок упомянет смерть, сосредоточьтесь на событиях, ее окружающих. Задайте вопросы такого типа: «Как ты умирал?», «Кто был с тобою рядом, когда ты умирал?», «Что случилось сразу перед тем, как ты умер?». Старайтесь использовать также открытые вопросы: «Что произошло потом?», «Что ты тогда ощущал?», «Что ты тогда думал?». Старайтесь выудить как можно больше информации из своего ребенка, чтобы понять, какие незавершенные дела остались с момента смерти. Мягко говорите со своим ребенком, старайтесь, чтобы ваш голос звучал спокойно, уверенно. Если ребенок противится такому типу опроса, не настаивайте.

После того как ребенок расскажет вам все, что мог, о моменте смерти, спросите его: «Сразу после того, как ты умер, что происходило?» Возможно, вы будете вознаграждены подробным рассказом о путешествии сквозь все стадии бардо и посещении Небес. Или ваш ребенок может просто ответить: «А затем я пришла к тебе». Проследив весь переход от смерти в прошлой жизни к рождению в этой, ваш ребенок может впервые осознать, что с прошлой жизнью покончено, что он попал в следующую жизнь. Возможно, именно это понимание требуется ему, чтобы распрощаться с проблемами прошлого и утвердиться в нынешней реальности. Самое осознание может нейтрализовать эффект незавершенности прошлой жизни. Помните, что не обязательно узнавать имена, названия и даты, чтобы определить значение воспоминания. Имена и даты не важны для значимости прошлой жизни, и дело не в доказательствах. Не слишком допытывайтесь подобных сведений, так как, если ребенок этого не помнит, он может решить, что в его рассказе что-то не то, и запнется на середине, блокируя поток сознания. То же относится и к кажущейся непоследовательности при описании деталей и историческим неточностям. Не исправляйте ребенка, если вы найдете несоответствия в его рассказе. Пусть продолжает говорить без ваших комментариев. Заостряя внимание на кажущихся несуразицах, вы можете разрушить всю тонкую паутину воспоминаний, которая только начинает разворачиваться перед вами. Сосредоточьтесь, лучше, на полном рисунке рассказа, постарайтесь распознать те эмоции, которые за ним стоят.

Вот за чем еще следует внимательно следить. Не пропустите того мгновения, когда воспоминание окончено. Вы заметите это по выражению лица, когда ваш ребенок снова превращается в игривого шалуна. Или вы ощутите смещение энергии, которое произойдет между вами. Когда транс закончился, вы бессильны продлить его. Так что и не пытайтесь. Если еще не все сказано, будьте уверены, что воспоминания еще появятся.

Сэйджив (Часть первая)

Этот случай прекрасно демонстрирует нам то, как мать сумела воспользоваться вопросами, чтобы узнать факты из прошлой жизни своего сына.

Свою первую встречу с Илоной на пикнике у моей сестры я описала в предыдущей главе. Неделей позже ее сын, Сэйджив, начал рассказывать о своих прошлых жизнях. Единственное, что знала Илона о воспоминаниях из прошлых жизней, – всего лишь то, что ей удалось почерпнуть из моего рассказа о Чейзе. Но воспользовавшись своими инстинктами и здравым смыслом, а также задавая закрытые и открытые вопросы в правильной пропорции, Илона смогла узнать, что ее сын говорит действительно о воспоминаниях из прошлой жизни, и проследить за естественным ходом истории.

Благодаря непрерывности воспоминаний Сэйджив скоро пережил катарсис, изменивший его жизнь.