Возвращение в Арден - Питер Страуб

– Может, и так, – Локкен держал руку на кобуре. – Может, мы поедем туда, а может, и нет. Зачем вы звонили в участок?

– Я же сказал. Я знаю, кто убил тех девушек. Давайте сядем в машину и поговорим по пути.

Он вышел, все время держась ко мне лицом и не выпуская рукоятки револьвера, и пропустил меня в кабину. Я прижался к горячему пластику сиденья.

– Ладно, – сказал Локкен. – Вы можете начинать. Я слушаю.

– Это Дуэйн Апдаль, – сказал я. Его рука, держащая ключ зажигания, замерла на пути к замку.

– Меня даже не было в городе, когда умерла Гвен Олсон.

– Поэтому я вас и слушаю. Нам утром звонили из Огайо. Тамошняя полиция проверила ваше сообщение насчет мотеля. Они, наконец, нашли парня по фамилии Рольфус, который опознал ваше фото. Он дежурил в мотеле и подтвердил, что вы ночевали там.

– Вы имеете в виду, что Белый Медведь искал этот мотель с тех пор, как я ему сказал?

– FL собирал показания. Вы тут многим не нравитесь, – он завел машину. – Не знаю, что думает шеф, но, похоже, вы ни при чем. Во всяком случае, с Олсон. Но почему вы говорите, что это Дуэйн?

Пока мы ехали, я сообщил ему причины. Ненависть к женщинам. Ненависть ко мне. И все остальное.

– Думаю, он затеял все это, чтобы отомстить мне, – заключил я. – А Белый Медведь надеялся, что он меня застрелит, чтобы я не рассказал, что они сделали с Алисон Грининг. Поэтому он и отослал вас на это время.

– Господи, я и не знаю, – сказал Локкен. – Не знаю. С ума можно сойти. А что там насчет Алисон Грининг? Я рассказал ему и про это.

– И я думаю, Дуэйн с тех пор слегка помешался. Когда я написал ему, что хочу приехать, у него что-то соскочило.

– О Боже.

– И у меня тоже. Иначе я заметил бы это раньше. У меня была своя безумная теория, но эта ночь ее опровергла.

– Здесь все безумное, – сказал Локкен, останавливая автомобиль у обочины. На другой стороне дороги, носом к нам, стояла машина Белого Медведя. Пустая.

– Похоже, вы были правы насчет шефа. Думаете, они оба здесь?

– Я думаю, Дуэйн пошел с ним. Для него слишком рискованно было отказаться.

– Пошли посмотрим, – мы вышли из машины и перепрыгнули кювет. Он больше не держал руку на кобуре.

Только когда мы перешли ручей, Локкен заговорил снова:

– Если то, что вы сказали, правда, Дуэйн может что-нибудь сделать с шефом.

– Не думаю.

– Да, но он может, – он вытащил пистолет. – Я и не помню, где эта чертова поляна.

– Идите за мной, – и я начал подниматься по склону в направлении леса. Локкен поспешил за мной, треща сучьями.

Я пошел в сторону хижины Ринн, совершенно не представляя, что ждет меня впереди. В любом случае, хорошо, что со мной был Локкен. Мне казалось странным, что Белый Медведь решил провести на поляне всю ночь. Я замедлил шаг. Местами приходилось раздвигать ветки и кусты руками, как в моем сне.

– Вы не заметили ничего странного? – спросил я через некоторое время.

– Что?

– Никаких звуков. Ни птиц, ни белок. Ничего живого.

– Ага, – пропыхтел Локкен.

Это было действительно так. Раньше, когда я был в лесу, он был наполнен звуками. Казалось, все живые существа умерли. В этом темном месте, окруженном нависшими над нами деревьями, тишина была особенно жуткой.

– Пошли скорее, – сказал Локкен. – Может, там что-то случилось, – голос его звучал тревожно; он явно чувствовал то же, что и я.

– Мы уже близко. Скоро все узнаем. Через несколько минут я увидел кольцо деревьев вокруг поляны.

– Прямо, – я повернулся к Локкену. Его лицо побагровело от напряжения.

– Да. Теперь вспомнил, – он приставил ладони ко рту. – Шеф! Вы здесь? – ему не ответило даже эхо. Он закричал опять. – Шеф! Шериф Говр! – он сердито поглядел на меня; по лицу его струился пот. – Черт, Тигарден, шевелите задницей.

Мне было холодно, но я тоже вспотел. Я не мог сказать Локкену, что боюсь идти на поляну.

– Давайте, давайте. Машина здесь, значит, и он здесь.

– Странно все это, – сказал я. Мне показалось, что я чувствую запах холодной воды. Но это было невозможно.

– Давайте. Вперед, – позади меня щелкнул затвор револьвера.

Я вошел в круг деревьев.

Сперва меня ослепил солнечный свет. Потом я увидел черный круг в центре поляны и шагнул к нему. Я протер глаза.

И тут я увидел их, и слова застыли у меня во рту. Локкен шумно ворвался на поляну.

– Эй, что там такое? Они здесь? Что... – его голос оборвался, как обрубленный топором.

Я понял, почему Локкена стошнило, когда он увидел тело Дженни Странд.

Белый Медведь был впереди, Дуэйн за ним. Оба висели на деревьях, голые, с обожженной кожей, похожие на гнилые, почерневшие фрукты.

Локкен застыл рядом со мной. Я не отрывал от них глаз – это было самое страшное зрелище, какое я когда-либо видел. Пистолет стукнулся о землю.

– Что это... – начал Локкен. – Что это?

– Боже, – прошептал я. – Боже. Я ошибся. Она все-таки вернулась.

– Что...

– Это не Дуэйн. Это Алисон Грининг. Они пришли сюда ночью, и она их убила.

– Господи, взгляните на их кожу!

– Она оставила меня на потом. Она знает, что достанет меня где угодно.

– Их кожа...

–Она покарала их за то, что они сделали с ней, – сказал я. – О Боже!

Локкен сел прямо в траву.

– Теперь она придет за дочерью Дуэйна, – внезапно я осознал, что в опасности еще одна жизнь. – Нам нужно скорее ехать на ферму.

– Кто... кто мог их так подвесить?

– Моя безумная теория оказалась права, – сказал я. – Нам нужно на ферму. Вы можете бежать?

– Бежать?

– Тогда идите за мной так быстро, как можете. Садитесь в машину и езжайте прямо на ферму Дуэйна.

– ...ферму, – повторил он. Потом, немного придя в себя, поднял пистолет. – Постойте. Вы ведь никуда не убежите?

Я взял пистолет из его покорно протянутой руки.

– Я же вас сам сюда привел. И неужели вы думаете, у меня хватило бы сил поднять этих двоих? Идите быстрее. Мы еще можем спасти ее.

– Как...

– Не знаю, – я пошел прочь и остановился. – Дайте-ка ключи. Вы поедете в машине Белого Медведя.

Вернувшись на дорогу, я сел в машину Локкена, завел мотор и на полной скорости помчался по дороге.

За церковью Бертильсона дорогу загородил трактор. Я нажал гудок, но водитель, грузный мужчина в соломенной шляпе, только помахал в ответ, не оборачиваясь. Я нашел кнопку сирены и надавил ее. Тракторист подпрыгнул на сиденье, обернулся и резко вырулил свою махину к обочине. Я поспешил дальше.

У фермы не было ничего необычного – та же кобыла у изгороди, та же обожженная лужайка. Алисон не было видно. Я оглядел двор, боясь, что сейчас увижу ее такой же, как увидел ее отца и Белого Медведя. Я затормозил и выпрыгнул из машины еще до того, как она остановилась.