Ласковые имена - Ларри Макмертри

– Вернон, если бы я считала, что вы будете мешать, я бы вас не пригласила. В данный момент у меня совершенно нет времени на ваше самокопание. Если вы боитесь рискнуть провести вечер в моем обществе, то можете оставаться в своей машине и названивать по телефонам до конца своих дней. Это, разумеется, достаточно безопасно, правда, довольно смешно. Приходите, когда соберетесь с духом.

– Вы помните, о чем я вас предупреждала, – сказала Рози, как только хозяйка повесила трубку. – Я этому человеку преданна. Лучше вам его не обижать.

– Не глупи. Я только старалась сделать так, чтобы он почувствовал себя нужным, – ответила Аврора, поспешно направляясь в гардеробную. – Если нет возражений, я хочу выпить чай в одиночестве. А потом наш ужин пойдет как по маслу. Сесил получит гуляш, которого в жизни не видел.

Прежде, чем Рози и Эмма успели покинуть комнату, Аврора скинула халат и извлекла из гардеробной дюжину платьев, она раскладывала их по комнате, продолжая расчесываться.

У Эммы вечер начался со скандала, что обычно случалось накануне ежегодного ужина у ее матери в честь Сесила. Формальным поводом к ссоре послужил новый галстук, который она в тот день купила Флэпу по дороге домой. Она приобрела его в хорошем магазине мужской одежды в торговом центре на Ривер Оукс за семь долларов. Это было очень дорого, и Эмма это знала, но у нее оставались почти все деньги, полученные на покупки от матери, так что по сути эта безрассудная трата относилась скорее к тратам Авроры, чем к ее. К тому же галстук был замечательный, черный полосами глубокого красного тона, и она, вероятно, купила бы его даже на свои деньги.

Флэп, у которого было плохое настроение, воспринял сам вид галстука как оскорбление и отказался даже примерить его, чтобы Эмма посмотрела, как он ему идет.

– Я его не надену, – упрямо заявил он. – Ты же его купила, чтобы я хорошо выглядел в глазах твоей матери. Я тебя знаю. В глубине души ты предательница. Когда дело коснется твоей матери, ты подставишь кого угодно. Ты всегда хочешь, чтобы я выглядел таким, каким бы ей понравился. Если бы ты была за меня, то не замечала бы, что я надеваю.

Он сказал это так зло и посмотрел на галстук с таким презрением, что Эмма расплакалась, стараясь сдержать себя, чтобы не показывать, как ее задели эти несправедливые обвинения. Но все равно в глазах у нее стояли слезы, а грудь сжималась.

– Но я же его купила не на один этот ужин, – оправдывалась она. – Вероятно, нам в жизни еще придется ходить в гости. Сколько я тебя знаю, ты ни разу не купил себе галстука. Ужасно обрушиваться на человека за то, что тебе купили подарок.

– Мне не нравятся мотивы твоего поступка, – настаивал он.

– Мои мотивы лучше, чем твои манеры, – рассердилась Эмма. – Ты любишь все отравить, только чтобы показать, что ты на это способен. Эта черта в тебе самая противная. И потом твои действия так предсказуемы. Ты всегда так поступаешь. Каждый раз, когда я чувствую себя счастливой, ты обязательно все испортишь.

– Ладно. Не надо говорить, что ты стала счастливой оттого, что купила мне этот галстук.

– Конечно, стала. Ты меня не понимаешь. Я была действительно счастлива, думая, как он пойдет к твоему синему костюму. Ты слишком туп, чтобы понять такого рода счастье.

– Осторожнее со своими характеристиками. Я не тупой.

– Жаль, что я беременна, – сказала Эмма срывающимся голосом. – Мне неприятно, что я беременна от такого мелочного, низкого и противного человека, как ты.

Задыхаясь от слез, она пошла в ванную. Стараясь лишить Флэпа удовлетворения, что ему удалось довести ее до слез, она пыталась удержаться от плача. Вернувшись, она обнаружила, что плачет Флэп. Это ее поразило.

– Извини, – сказал он. – Я вел себя отвратительно. При мысли о твоей матери я теряю рассудок. Я надену этот галстук, но пожалуйста, скажи мне, что ты только от раздражения сказала, что жалеешь о своей беременности.

– Господи, Флэп, – Эмма сразу же почувствовала облегчение. – Ну конечно, я этого не думаю. Я только хотела дать сдачи. Иди умойся.

Когда он вышел из ванной, к нему вернулось дружелюбие, но оба они, пока одевались, чувствовали неуверенность.

– Не знаю, зачем мы себя так изводим, – заметил Флэп.

– Когда мы туда приедем, все сразу наладится. Я нервничаю, пока думаю о вечере. Похоже на визит к стоматологу. Я хочу сказать, что когда собираешься в гости, не надо трястись, словно идешь лечить зубы. К тому же, в отличие от стоматологов, там тебе больно не сделают, – продолжил он.

– У меня волосы не блестят, – с сожалением сказала Эмма, разглядывая себя в зеркало. В последнюю минуту она надумала переодеваться, а Флэп, забыв о своем обещании надеть новый галстук, как впрочем и о том, что он у него появился, повязал старый. Сесил приехал как раз в тот момент, когда Эмма размышляла, стоит ли, рискуя вызвать новую сцену, напоминать ему о новом галстуке.

– Привет, милашка, – сказал Сесил, похлопывая ее по плечу и стискивая руку выше локтя. Он был одет в допотопный костюм-тройку, в котором традиционно посещал дом Авроры. Войдя в комнату, он сразу же заметил новый галстук, лежавший на кушетке, который ему так понравился, что он попросил разрешения его надеть, если он все равно никому не нужен. Флэп был в замешательстве. Сесил сказал, что в жизни не видел такого красивого галстука.

– Правда, вот бы мне на нем повеситься, – заявила Эмма, заинтриговав этим высказыванием Сесила. Махнув рукой на этот вечер, она пошла в ванную, чтобы окончательно решить проблему платья. Когда она вернулась, Сесил с очень довольным видом расхаживал по комнате в новом галстуке, а Флэп сумел шепнуть, что галстук действительно чудесный.

Сесил повез их, насвистывая за рулем. Эмма и Флэп были очень встревожены, и Эмме казалось, что если он не перестанет свистеть, то она закричит. Когда они миновали половину пути, он вдруг воскликнул: – Эх-ма!

– В чем дело? – спросила Эмма.

– Я всегда так жду ужина у твоей матери, она так чудесно готовит. Никогда не знаешь, что ешь, но вкуснее быть не может.

Аврора встречала их у двери. На ней было великолепное длинное зеленое платье, которое, по ее предположениям, могло быть венгерским. Она также надела много серебряных украшений.

– Вам давно пора было приехать, – сказала она с улыбкой. – Вот и вы, Сесил, галстук у вас просто чудесный. Никогда не видела ничего лучше. Томас, тебе тоже надо как-нибудь такой купить.

– Можно мне помочь с напитками? – предложил Флэп, глядя в пол.

– Очень любезно с твоей стороны, – заметила Аврора, оглядывая его с ног до головы. – Однако я вижу тебя так редко, что мне не хочется сразу давать тебе поручения. Это сделает мой друг Вернон.