Побещай мне рассвет - Джил Грегори

– Давай, Кэди, расскажи им, – поддержал он, – а я поделюсь с ними некоторыми занятными эпизодами из твоей жизни. Например, тем фактом, что ты избивал свою кузину и домогался ее. Я уверен: добрый люд Бостона весьма заинтересуется такого рода поступками.

От этого заявления Джонатан покачнулся. Его лицо, и без того бледное, теперь стало белым как мел. Он схватился за живот, казалось, его сейчас стошнит.

– Ты… Ты… – произнес он охрипшим, скрипучим голосом, а мгновение спустя, резко подавшись вперед, выкрикнул: – Ты… Ты видел ее! Она тебе рассказала! Где она? Что ты с ней сделал?

– Вот видишь, ты и сам этого не отрицаешь, – молвил Джастин со своим обычным спокойствием, хотя из последних сил сдерживался, чтобы не свернуть Кэди его жилистую шею. Он сделал шаг вперед. – Надо бы мне прикончить тебя прямо здесь, сейчас. Но я пощажу тебя, Кэди. Пока пощажу. Конечно, если ты немедленно уберешься из моего дома – раз и навсегда. А если мне еще когда-нибудь попадется на глаза твоя постная рожа, я тебя так отделаю, что родная мать не узнает! Ясно?

Лицо Джонатана побагровело. Он затрясся от ярости.

– Ты… Да как ты смеешь!.. Никто не поверит… Да к тому же все это ложь! Ложь! Я не знаю, что наплела тебе эта ведьма, но наверняка она выдумала какую-то чертовщину! Никто не поверит…

Внезапно в дверь кабинета негромко постучали, и Кэди, обернувшись, прервал свою тираду. Джастин подошел к двери, открыл. На пороге стояла Гвендолин.

– Джастин, прости, если я вам помешала, но миссис Гэвин просила передать, что ужин готов. Нельзя больше заставлять гостей ждать. – Она вытянула шею, стараясь через его плечо заглянуть в кабинет. – Как ты думаешь – твои дела надолго тебя задержат?

– Нет. – Джастин сурово поджал губы. – В сущности, они уже закончены. Нам с мировым судьей Кэди больше нечего сказать друг другу. Он не сможет отужинать с нами сегодня, так как ему уже пора уходить. – Он распахнул дверь настежь и обернулся к Джонатану. – Спасибо, что пришли, сэр, – произнес он, растягивая слова. – Желаю вам приятного путешествия в Сейлем. Всего хорошего!

Джонатан, все еще трясущийся, выпрямился во весь рост. Он так и не смог вымолвить ни слова. Пройдя мимо Джастина и Гвендолин, он, как слепой, пробирался по залитой огнями, многолюдной гостиной, грубо отпихивая локтями тех, кто пытался с ним заговорить. Внезапно, когда он уже дошел до прихожей, что-то разорвало окутывавшую его паутину бессильной ярости. Он вдруг застыл на месте, уставившись выпученными глазами на возникшее перед ним видение. Челюсть его задрожала и отвисла.

– Ты! – произнес он голосом, напоминавшим шорох увядших листьев. – Это ты! – И тут он разразился победным криком.

С тяжело бьющимся сердцем Белинда выскользнула из спальни и спустилась по лестнице. Она заранее сочинила историю. Она назовется Анной Бекуит, подругой и компаньонкой Гвендолин Гардинг. Скажет, что сопровождала ее из Англии, движимая преданностью, а также желанием лицезреть брачную церемонию. И еще что она собирается навестить своих родственников в Виргинии. Замысел был весьма дерзкий, но Белинда не сомневалась, что сможет его осуществить. Тем более в этом густо напудренном парике, позаимствованном из комнаты Гвендолин, который полностью скрывал ее золотисто-рыжие локоны. Это был гениальный ход. Она знала: если Джастин, Гвендолин или тот молодой человек, с которым она столкнулась утром, не выдадут ее еще до того, как она во всеуслышание расскажет свою историю, то потом они будут вынуждены ей подыграть. Они просто побоятся скандала, который возникнет в случае ее разоблачения.

В тот момент, когда она почти уже спустилась, в коридоре показался светловолосый молодой человек. Заметив ее, он тут же устремился вперед. Белинда увидела его изумленное лицо, и глаза ее вызывающе засверкали. А его взгляд уже окинул ее гибкую, грациозную фигуру, отмечая изящную выпуклость груди под блестящим золотистым платьем, прелестный румянец нежных щек, лучистые глаза и горделивую улыбку. Наряду с изумлением Белинда прочла на его лице и нечто другое – благоговейный трепет. И ощутила всплеск нелепой радости, возникающей у любой женщины, которой восхищаются. Она сошла с последней ступеньки и протянула руку.

– Добрый вечер, – проворковала Белинда и тут же, понизив голос, добавила: – Скорее назовите мне ваше имя, сэр!

– Тимоти! – тут же ответил он, ошеломленный ее решительным поведением, равно как и самим ее присутствием. – Тимоти Уорт, брат Гвендолин. Но что вы здесь делаете, Белинда?

– Тс-с! Называйте меня Анной – Анной Бекуит! – лихорадочно зашептала она. – Я – подруга и компаньонка вашей сестры. Не забывайте об этом!

Тимоти вдруг запрокинул голову и расхохотался. Потом взял ее за руку, и она увидела, что в его голубых глазах заплясали озорные искорки.

– А вы, оказывается, маленькая шалунья? И к тому же красавица, да еще какая! Джастин просто лопнет от злости!

– Очень на это надеюсь, – мрачно ответила Белинда, вздернув маленький подбородок. – Иначе я буду сильно разочарована… – И тут она ахнула, умолкнув на полуслове.

Тимоти, взглянув на нее, увидел, что ее раскрасневшееся личико вдруг стало серым как пыль, а сама она застыла как вкопанная и глаза ее потемнели. Проследив за ее взглядом, он увидел длинного, тощего человека в зеленом бархатном плаще. Человек этот, только что спешивший к двери, замер на месте с разинутым ртом.

– Ты! Это ты! – забормотал он хриплым шепотом и вдруг выкрикнул: – Эта женщина – Белинда Кэди! Беглая ведьма из деревни Сейлем! – Голос Кэди прокатился по дому, словно пушечная канонада. Белинда отпрянула, кровь застучала у нее в висках.

– Арестуйте ее! Арестуйте! – надрывный крик Джонатана заставил умолкнуть шумное общество, привлекая взоры к прекрасному видению. Воцарилась такая тишина, что, казалось, было слышно, как колышется пламя свечей в канделябрах. Будто все разом затаили дыхание.

Джонатан выхватил шпагу из ножен и нацелился в грудь Белинде.

– Осторожнее – она опасна! Это колдунья, она умеет ускользать от праведников! Ее нужно связать, посадить под замок, обуздать дьявола, что поселился в ней! – Неожиданно замолчав, он медленно стал приближаться к девушке, застывшей возле лестницы, словно изваяние. – На этот раз тебе не уйти, ведьма! На этот раз ты умрешь!

Оглушенная его словами, Белинда ощутила, как страх пронизывает ее до самых костей. Кузен маячил перед ней, словно призрак самой смерти.

– Нет! – в ужасе закричала девушка.

Тимоти Уорт быстро встал впереди нее, словно хотел защитить, но мировой судья оттолкнул его в сторону, а гости, что-то изумленно бормоча, зловеще надвигались, обступая «ведьму» со всех сторон.