Обрученная с мечтой - Тереза Скотт

– И кроме того, все вы, последователи Христа, настоящие лицемеры! Обращаете людей мечом, убиваете тех, кто не желает отказаться от Тора, Одина, истинных богов! Проповедуете любовь и милосердие, а сами прикончили столько же народу, сколько так называемые язычники!

Он глухо и невесело рассмеялся:

– А мне это не нравится!

– Верно, – кивнул Бреннан. – Многие предпочли умереть, но не обратиться в Христову Веру. Но и старый путь, которым вы идете, – недобрый и связан со смертью. Господь не требует, чтобы ему, подобно Одину, приносились человеческие жертвы.

Бренд оцепенел, вне себя оттого, что теперь приходилось защищать гнусные обычаи последователей Одина.

– Вижу, нам никогда не договориться, монах, – вздохнул он. – Давай, оставим этот разговор.

Бреннан слегка поклонился.

– Как пожелаешь.

Уинсом мокрыми от слез глазами наблюдала за обоими мужчинами. Соленая капелька поползла к подбородку. Уинсом поспешно вытерла ее, пока никто не видит, и махнула рукой Бреннану.

– Да будет с тобой твой Бог, – прошептала она. – Прощай.

– Иди с Богом, – проворчал и Бренд. Взгляды мужчин вновь пересеклись, и викинг, сделав над собой усилие, протянул монаху руку. – Ты был к нам добрее, чем можно ожидать от Христова служителя, – неохотно признал он. – Да будет мир между нами.

Монах медленно улыбнулся и взял протянутую руку. Бренд чуть успокоился. В последний раз попрощавшись с монахом, муж и жена вышли на улицу и направились вниз по дороге.

В этот день Бренд, Грольф и их матросы начали усердно разыскивать Торхолла Храброго. Если он сейчас на Острове Льда, Бренд найдет викинга.

Лишь к вечеру следующего дня удалось узнать, что Торхолл сейчас находится в большом доме у самого порта.

ГЛАВА 30

Они пришли в дом, где, по слухам, можно было увидеть Торхолла. Оттуда неслась громкая музыка, раздавались оглушительный смех и оживленные голоса.

– Огромное здание, – заметил Арни. – Может, там собралась большая компания.

– Да ты, кажется, боишься, парень? – съехидничал Олаф.

– Nej, – покачал головой юноша, – наоборот, повеселимся.

И, широко улыбнувшись, добавил:

– Люблю хорошую драку! Олаф одобрительно кивнул.

– О чем вы? – рассеянно спросил Бренд, думая о предстоящей встрече.

– Ни о чем, – успокоил Олаф, потянувшись за висевшим у пояса кинжалом. – Мне тоже по душе настоящая драка.

– Верно, – ухмыльнулся Бренд, – верно.

Но Уинсом показалось, что муж думает совсем о другом.

Они, не скрываясь, приблизились к дому. Уинсон ожидала, что муж проявит некоторую осторожность, но тот шагнул к парадной двери, открыл ее и переступил порог. Уинсом нерешительно последовала за мужем. Сзади выступали Грольф с двумя матросами. Вновь прибывшие подозрительно озирались, сжимая рукоятки кинжалов.

Внутри горело множество свечей, отбрасывавших мягкий свет на стены. Повсюду были мужчины: сидели за столами, на скамьях, пили из рогов, покачивали на коленях грудастых женщин, смеялись, доброжелательно спорили, и Уинсом даже вытянула шею, чтобы получше все разглядеть. Какая-то женщина, взвизгнув, вскочила с колен мужчины, отвесила ему оплеуху, но тот потянул ее обратно, и она весело бросилась в его объятия. Уинсом только рот раскрыла от изумления, но тут же, опомнившись, нахмурилась, пораженная странной сценой. В углу комнаты пела полуобнаженная женщина, бесстыдно выставлявшая себя напоказ перед пьяными обожателями. Непристойная песня сопровождалась красноречивыми жестами, к восторгу еле державшихся на ногах зрителей. В благодарность ее осыпали дождем монет и просьбами продолжать. Она с готовностью согласилась и запела еще громче.

К новым гостям подошел какой-то толстяк.

– Выбирайте, где сесть, – поспешно предложил он. – Я сейчас вас обслужу.

Он метнулся в маленькую комнату, вскоре вернулся с кувшином, поставив пиво на стол, у которого стоял Бренд, пригласил:

– Садитесь, господин. Скоро принесу ужин.

– Что здесь происходит? – осведомился Бренд.

– Да это пир, разве не знаете? – удивился толстяк. – Праздник урожая.

Бренд нерешительно сел, остальные последовали его примеру. Он огляделся, пытаясь найти Торхолла Храброго, но в этот момент сидевший за соседним столом мужчина схватил Уинсом за запястье.

– Тощая девчонка. Слишком костлява, по крайней мере на мой вкус, – заметил он. – Жаль.

– Убери свои грязные лапы, – прорычал Бренд. В руке его неожиданно, словно сам собой, появился меч. Мужчина поспешно выпрямился.

– Послушайте, – заныл он, – я не имел в виду ничего дурного. Видите?

Он показал Бренду ладони и заметив, каким презрительным взглядом окинул его незнакомец, поспешно отвернулся.

– Некоторые даже не дают себе труда скрыть собственную трусость, – пренебрежительно бросил Бренд. – Заячьи души!

Но мужчина сделал вид, что не слышит, и ярость Бренда немного улеглась. И в самом деле, что связываться с этим трусом! Другой на его месте не потерпел бы подобных оскорблений, а этот лишь о чем-то громко заговорил с соседями.

Бренд снова осмотрел комнату. Торхолл где-то здесь, он чувствует его.

Появился хозяин с блюдом нарезанного ломтиками мяса, поставил угощение на стол и уже хотел отойти, но Бренд успел схватить его за руку.

– Мне нужен человек по имени Торхолл Храбрый. Слыхал, что он где-то здесь.

Толстяк кивнул, вытер со лба пот, показал куда-то в угол, где в очаге ярко горело пламя. Худой немолодой мужчина, сидя на скамье, клевал носом.

– Это он, – дрожащим голосом пробормотал Бренд. – Это он.

– Точно, – проворчал Грольф.

Бренд встал. За ним вскочили Олаф, Арни и Грольф.

– Nej, – отрицательно покачал головой викинг. – Я должен сам поговорить с ним.

Уинсом сидела неподвижно, будто каменная. Она хотела подняться, последовать за Брендом, но тяжело колотившееся сердце не давало шевельнуться. Человек, ради которого Бренд пересек безбрежный океан, наконец-то нашелся, и теперь она умирала от страха.

Бренд подошел поближе и толкнул ногой вытянутые ноги Торхолла. Тот мгновенно проснулся и выпрямился так быстро, словно и не дремал перед этим.

– Что… что тебе надо? – заикаясь, пролепетал он.

– Торхолл Храбрый? – мрачно осведомился Бренд.

– Ja, – ответил тот, медленно поднимаясь. – Он самый.

– Я Бренд Бьорнсон.

Торхолл бросился к двери с такой скоростью, какой трудно было ожидать от человека его возраста. Но Бренд не ведал глубины отчаяния Торхолла.

– Отпусти меня! – завопил Торхолл, когда Бренд успел схватить его за плащ, и с ловкостью змеи вывернулся из рук противника. В кулаке Бренда остался лишь клочок меха. Но, спеша удрать, Торхолл зацепился за скамью, с грохотом упавшую на Бренда, так что викинг потерял драгоценные секунды и едва не упустил добычу. Торхолл уже успел перекинуть одну ногу через поваленную скамью, но Бренд снова вцепился в него и приподнял за шиворот.