Трон - Максим Димов

— Я понимаю, я готов служить, Ваша Светлость, — одними губами прошептал хозяин «Трех дроздов».

Спустя несколько минут троица нежданных гостей покинула ресторан, и Ларсен остался один в своем кабинете. Он сидел, в полном отчаянии обхватив руками голову, и даже не замечал оставленный на столе кошель, набитый золотыми монетами. Далеко, за морем показался край солнечного диска, но соседние дома все еще закрывали его. Впрочем, окна кабинета оставались плотно зашторенными.

В огромном неосвещенном Зале они были одни. Сквозь оконные витражи можно было видеть лоскуты затянутого низкими тучами ночного неба. Далеко-далеко над морем бесновалась гроза, но раскаты грома до них не доходили, и только огненные сполохи молний на короткий миг освещали неживым светом Зал и братьев, чтоб тут же вновь погрузить его во тьму.

Впрочем, ни Винсент, ни Ланс не нуждались в каком-либо освещении. Ланс в расслабленной позе полулежал на Троне, а его брат устроился в придвинутом вплотную к подножию кресле. Они беседовали уже несколько часов, до этого у обоих за плечами был насыщенный событиями день, и будь в помещении сторонний наблюдатель, он бы без труда отметил следы усталости на их лицах. Не ускользнуло бы от его внимания и то, что расположившемуся на жестком пьедестале Лансу неудобно, и время от времени он ерзает и меняет позу. И он совсем бы не удивился тому, что это заметил и старший принц.

— Интересно, сколько ты сможешь высидеть в этом чертовом кресле? — глядя на брата снизу вверх, не без ехидства обронил Винсент.

— Сколько угодно. Кровь — великое дело!

— О-о.

— А ты неплохо осведомлен о недостатках этого сидения, — Ланс постучал по резному подлокотнику. — Признавайся, наверняка уже и сам не раз примеривался?

— У меня, во всяком случае, хватило стыда на то, чтоб делать это в полном одиночестве.

— Хо-хо, ну и каков результат?

Винсент задумчиво посмотрел на брата.

— Отец когда-то давным-давно рассказывал, что этот Трон вырезал один полусумасшедший колдун более пятисот лет назад.

— Ничего не слышал об этом.

Старший брат пожал плечами:

— Не знаю. Я тогда был ребенком и, может быть, чего-то не понял.

Вспышка молнии на мгновение окрасила Тронный Зал в мертвенно-голубой цвет. Лицо брата показалось Лансу голым, туго обтянутым кожей, и он от неожиданности вздрогнул. Винсент заметил это и ухмыльнулся:

— Ты чего глазами сверкаешь?

— Все в порядке, — смущенно буркнул Ланс.

— Это ж надо, какие нервные все стали, — нейтральным тоном заметил старший брат.

— Хорошо хоть ты держишься.

— Сам удивляюсь, как мне это удается, особенно после всех этих ужасов, которыми ты взял за правило пугать меня по ночам в последнее время.

— Ага, — удовлетворенно проговорил Ланс, — все-таки и тебя проняло.

— Да разве тут устоишь?

— Надеюсь, способность рассуждать ты все же не утратил.

— С этим полный порядок.

Снаружи, на фоне черного смутного силуэта внешней стены, вспыхнул огонек и медленно двинулся вправо. «Вечерний обход» — догадался Ланселот и присмотрелся. Начальник караула и двое патрулей, пряча лица в воротники, медленно шли по стене. Бешеные порывы ветра играли с пламенем факела, плащи солдат рвало с плеч. Все трое были похожи на ползущих по стене и беспорядочно размахивающих крыльями огромных ночных бабочек.

— Осень, братец. Это все осень, — негромко произнес Винсент.

— Отец умер осенью. Иногда мне кажется, что в тот момент время остановилось. Второй год подряд все та же осень, будь она проклята!

— Надо перетерпеть, брат. Все проходит, даже сезон дождей.

Ланс вздохнул:

— Наверное, ты прав. Боюсь только, как бы он не прошел вместе с нами.

Винсент слабо пошевелился.

— Это вряд ли. Мы на редкость живучее племя. Неужели ты этого еще не понял?

— Начинаю догадываться. Вот только даже толстокожесть не всегда спасает. Когда-нибудь она сыграет с нами злую шутку.

— Ты отнюдь не толстокож, насколько я тебя знаю. Да и я, смею надеяться, тоже.

— Может и так, но ведь мы не одни.

— Нет, нет, брат, ты не прав. Мы часто ведем себя как дикие звери, но все же... Просто таково наше время. И место.

— Ты сам-то веришь в это?

— Я это знаю. Ведь и мы с тобой только тем и занимаемся в последнее время, что лжем и убиваем. Да что там «в последнее время»! Мы делаем это едва ли не с детства. А за эти дни, что я провел во Дворце, я так изоврался, что уже сам себе опротивел.

— Вполне обычное дело для нас, — вставил Ланс.

— Но ведь ты не гордишься этим.

— Да какая уж тут гордость, — досадливо поморщился младший принц. — Хотя, по правде говоря, с каждым годом меня это трогает все меньше.

— Это ничего не меняет. Муки совести могут терзать и святых и подлецов. Тут все дело в умении бороться с ними.

— И ты надеешься, что то же самое происходит и с остальными?

— Не надеюсь, а знаю. По-другому и быть не может, ведь у нас в жилах течет одна кровь. А значит, и у них случаются такие бесконечные осенние вечера.

— Ночи, — подсказал Ланс.

Они посмотрели друг другу в глаза и одновременно улыбнулись.

— Ночи, — согласился Винсент, — которые всегда проходят, но никогда не проходят бесследно.

— Есть, брат, такая старая поговорка — в семье не без урода, — вздохнув, заметил Ланс.

— В нашей-то, точно, теперь это совершенно ясно. Но разве не его мы ищем?

Очередная вспышка молнии разорвала низкие облака, и следом прогремел гром. Чуть слышно где-то звякнуло стекло, и в тот же миг по окнам часто забарабанил дождь.

— Добралась и сюда, — прокомментировал Винсент.

— Винс, я давно уже хотел спросить тебя...

— Да?

— Помнишь, ты и Эдвин сумели связаться со мной во сне?

— Конечно.

— Но ведь это совсем не простое дело, а ни ты, ни Эдвин никогда не были особо сильны в магии.

— Никто и не говорил, что это было легко сделать, и потом, что значит «не особо»? Основы этого дела мы все изучали.

— А как вы это сделали?

— Эдвин где-то вычитал рецепт и предложил мне поучаствовать. Что именно входило в снадобье, я точно не помню. Если тебе интересно, я могу спросить у него.

— Я и сам могу, не в этом дело. Меня просто удивляет, что у вас это получились.

— Почему? Мы все делали строго по канонам и выполнили основное условие — нас было двое. В конце концов, и Виктор с Фредериком смогли достать тебя таким же образом.

— И все же. Участие как минимум двух человек, конечно, важное условие, но далеко не определяющее. Даже то, что ты был в паре с единокровным братом, еще не гарантировало успех. Ты должен быть связан со своим напарником более тесно, чем просто кровным родством. Между вами должна быть высокая степень доверия. Семья герцога всегда была более дружна, чем мы, и они всегда держались немного особняком. Но я не верю, что ты в тот момент доверял Эду, даже более чем просто доверял.