"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Лоттик, милый… — попытался я вставить словечко.

— Пусть отдают мою камеру, иначе я дам эксклюзивное интервью телепередаче «Идиотские истории» и так их там распишу!..

Я крепко взял ее за плечи и внушительно прошептал на ухо:

— Замолчи, еще ничего не кончилось. Ты хочешь отсюда выбраться?

Лотта запнулась и посмотрела на меня изумленным взглядом:

— Не-ет…

У меня вытянулась физиономия.

— Ты что, Дэн! — горячо зашептала Лотта и чувствительно толкнула меня в грудь. — Ты что! Сейчас начнется самое интересное — расследование убийства!

— Какое, к черту… — возмущенно начал я, но Ловуд уже прошел к столу и громко прервал меня:

— Господа, садитесь! Мисс Ньюмен, успокойтесь. Действия наших сотрудников диктовались оперативной обстановкой и инструкцией, им не в чем себя винить. И не путайте, пожалуйста, понятия «смертельная угроза» и «силовое задержание». Ни одно движение моих ребят вашей жизни не угрожало. Пройдите к столу!

Лотта фыркнула и, покачивая бедрами, продефеллировала к своему креслу. И сделала это так, как будто выступала на подиуме. Она знала, чем отплатить обидчикам.

Гибкая фигурка в сверкающем костюме космического пилота ударила по глазам охранников видом вызывающей сексапильности. Бесстрастные лица «ребят» напряглись, в глазах появилось смутное сомнение в благополучии своей мужской доли.

Лотта вызывающе взглянула на Ловуда, тряхнула челкой и села. Командир охранников одобрительно хмыкнул и сел напротив Лотты. Я устроился рядом с ней. Ловуд негромко скомандовал:

— Охрана, по местам!

Парни в комбинезонах поднялись со своих мест. Двое вышли из особняка, трое поднялись на второй этаж и там затихли. Доктор остался за столом. Он, видимо, в команде Ловуда был человеком номер два.

— Итак, мистер Рочерс, — начал Ловуд. — Изложите, откуда вы прибыли и какова причина вашего столь дальнего путешествия.

Скрывать мне было нечего, кроме двух вещей — наличия аппаратуры неведомого назначения у себя на звездолете и того, что я знал Джеймса Уокера лично.

Открытие первого секрета грозило мне лишением наследства. А я, несмотря на смерть Уокера, не оставил упрямой надежды открыть тайну «штуки». Поэтому о ней я не сказал бы охранникам и под пытками, а в мой звездолет они залезать не имели права. Я и Лотта — не преступники, моя частная собственность не подлежит досмотру.

Оглашение второго моего секрета повлекло бы за собой длительное разбирательство и бесполезную потерю моего времени и сил.

Скрыть оба факта было легче легкого: просто не упоминать о них. Я это понимал. Но вот понимала ли это Лотта — мне было не ясно. Я посмотрел на нее, она улыбнулась в ответ и еле заметно дрогнула левым веком. Я мгновенно успокоился. Тележурналистка Шарлотта Ньюмен, профессионалка по добыче и хранению секретов, моя боевая подруга Лотта, все понимала не хуже меня.

Я добросовестно рассказал Ловуду о наших приключениях на Виолетте и мотивах полета на Корриду. Своего хулиганского отношения к полицейским жабам Виолетты я нисколько не стеснялся. Это были пустяки по сравнению с тем, что на нас легла тень подозрения в убийстве человека. Я понимал, что чем больше достоверных деталей я выложу, тем эта тень будет менее мрачной.

Ловуд и док слушали меня с непроницаемыми лицами. Несколько раз за время моего рассказа Ловуд бросал взгляд на экран ноутбука и глубокомысленно вникал в какую-то текстовую информацию. Видимо, он получил ответ из Бюро Звездных Стратегий на свой запрос о наших личностях.

Меня это нисколько не сбивало. Что о нас с Лоттой можно было сказать плохого? И когда я закончил, мне показалось, что ледок настороженной подозрительности охранников немного подтаял. Я замолчал и стал спокойно ожидать новых вопросов.

— Итак, — подал первым голос док, — вы прилетели сюда в надежде получить интервью, хотя и знали, что мистер Уокер никогда не принимает гостей?

Я беспечно ответил:

— Совершенно верно… Простите, не знаю вашего имени?

— Маршалл. Эрвин Маршалл.

— Мы надеялись на нашу журналистскую предприимчивость и везение, мистер Маршалл. Нам не оставалось надеяться ни на что иное.

И тут прозвучал вопрос, на который у меня не было «честного» ответа.

— А почему Торнадо пропустил вас в крепость, Рочерс? — тихо спросил док, и его невыразительное лицо внезапно осветила умная снисходительная улыбка. — Чем вы это объясните?

Я понял, какой я дурак, и что попался. Начинать врать, не продумав всех деталей! Наверно, парни Ловуда все-таки здорово шарахнули меня затылком о пол в кабинете Уокера! Я тут же осознал, что делать паузу мне никак нельзя, и менять добродушно-ироническое выражение физиономии — тоже. Поэтому я — без паузы! — усмехнулся и кивнул головой в стороны Лотты:

— А это вы уж у нее спросите!

Подставить под такую трудную подачу партнера — последнее дело. Но у меня в голове не было ни одной правдоподобной версии ответа, которая бы скрыла мое знакомство с Уокером! Спасай, Лотта!

— А чего здесь спрашивать? — вдруг брякнула Лотта. — Уокер и отец Дэнни были друзьями. Дэнни с детства знает Уокера. Поэтому Торнадо нас и пропустил!

Я чуть не упал со стула от неожиданности. Святый Боже! Да она так и про «штуку» расскажет! Я сжал под столом прекрасное Лоттино колено так, как будто пытался раздавить кокосовый орех. Лотта вскрикнула и смятенным, прозрачным, невинным, изумленным взором поглядела на меня.

«Милая! — взглядом же ответил я ей. — Я не знаю. что за существа женщины, чего в них больше — легкомыслия, простоты или дурости, но ты… Ты превзошла всех женщин Галактики, вместе взятых!»

Моя глупая дива не успела мне ничего ответить. Инициативу мгновенно перехватил Ловуд:

— Мистер Рочерс, это правда?

Я кое-как приделал на лицо маску холодной презрительной иронии:

— Не понимаю, какое это имеет значение!

Ответа глупее я еще никогда в жизни не выдавал. Спасибо Лотте!

— Ну-у, мистер Рочерс, — укоризненно улыбнулся Ловуд. — Это слабый ход.

Кресло под ним зловеще скрипнуло, командир охранников теперь налез широкой грудью на стол и пытливо смотрел мне в глаза, с лица дока не сходила настороженно-насмешливая улыбка. Я сжал губы, покрутил головой, еще раз бросил бешеный взгляд на Лотту, а потом вдруг грохнул кулаком по столу и заорал:

— Какого черта я должен перед вами отчитываться! Я — журналист галактической квалификации! У меня имеются допуски в такие места, к которым вас не подпустят и на пушечный выстрел! Это я должен спросить, почему вас пропустил Торнадо! Как вы, совершенно чужие Уокеру люди, оказались на территории его частных владений?!

Ловуд выпрямился в кресле с непонятным выражением лица и застучал по клавишам ноутбука, док теперь смотрел на меня с оттенком удивленного уважения.

— Какого дьявола вы обращаетесь с нами, как с преступниками? — продолжал бесноваться я. — Уокера не убили, сюда мимо его киберов и муха не пролетит! Я уверен, что он просто умер! Умер — престарелый, наверняка больной человек, который прожил не самую легкую и удачливую жизнь! Эта смерть — не убийство! Док, — повернулся я к Маршаллу, — подтвердите мои слова! У вас уже составлено заключение о смерти, оно даст мне возможность подать на ваш, Ловуд, — я выкатил устрашающие бельма на командира охранников, — отдельный отряд — в суд!

Я откинулся на спинку кресла и с победным шипением выпустил горячий воздух из раздутых ноздрей. Здорово я им дал! Иногда у меня получается вскипеть очень вовремя.

Маршалл открыл было рот, чтобы что-то ответить, но Ловуд жестом остановил доктора, решительно отодвинул ноутбук и встал из кресла.

— Прекратите истерику, Рочерс, — жестко сказал он. — Вы совершенно правы: мистер Уокер не убит, он скончался от сердечного приступа несколько часов назад. И успел, как только почувствовал себя плохо, вызвать нас.

«Значит, я был прав, — подумал я. — Уокер, нелюдим и отшельник, знал о форпосте БЗС на Версале. Вряд ли он жаловал этих ребят и подпускал к себе, но в момент смерти все-таки изменил своему упрямству и обратился за помощью к людям».