Невоздержанность - Al Steiner

тем, что напевал пару мелодий? И, хотя Мэри не пела, в ней, безусловно, тоже были музыкальные гены.

Полин перешла к началу песни, к той части, где он звал ее по имени и мечтал. Она довольно хорошо попадала в ноты, и ее вокальный диапазон на самом деле вполне подходил для выступления в постановке Стива Перри. "Она звучит как сопрано", - подумала Селия, когда сама начала напевать мелодию. Разве это не смешно? Сопрано было именно тем, что ей было нужно, чтобы аккомпанировать ей в нескольких ее мелодиях, но у них его не было. И там была Полин, исполнявшая песню о Путешествии именно в том диапазоне, который...

Кисть внезапно остановилась в ее руке на середине мазка. В точности том диапазоне, который мне нужен!

“Мадрес де Диос!” - сказала она, мысли о голом Джейке, о ревности, о том, как она собиралась изнасиловать Грега, когда он приедет сюда, о закрадывающемся подозрении, что ее только что застукали за мастурбацией, - все это выплыло прямо из ее сознания. Полин умела петь!

Она встала и почти побежала в душевую. Полин стояла за дверью, розовое пятно женственности виднелось сквозь запотевшее стекло. Она все еще пела. Селия подошла к двери душа и распахнула ее.

Полин взвизгнула в тревоге, песня мгновенно замерла у нее на губах. “Господи Иисусе, Селия!” - рявкнула она на нее, как только узнала незваного гостя. “Что за хрень?”

“Ты умеешь петь!” Сказала Селия. “Мадрес де Диос, ты умеешь петь, Поли!”

“Что?”

“Я слышала, как ты пела в душе”, - сказала Селия. “Ты сопрано!”

“Я кто? О чем, черт возьми, ты говоришь?”

“Спой для меня”, - попросила Селия. “Спой ... о... Волшебник, от сердца. Это все знают, верно?”

Полин была поражена. “Селия, я стою голая в душе, и ты хочешь, чтобы я спела Magic Man? Что, черт возьми, происходит?”

“Энн Уилсон - сопрано, и ты тоже”, - сказала она. “Спой это для меня. Я хочу услышать, как ты это делаешь”.

“Я просто пела в душе, Си”, - сказала Полин. “Я всегда так делаю. Тебя это беспокоило? Это какой-то странный венесуэльский ритуал или что-то в этом роде?”

“Нет”, - сказала она. “Просто сделай это. Пожалуйста?”

Полин вздохнула, вода из душа все еще стекала по ее обнаженному телу. “Могу я хотя бы закрыть дверь и ополоснуться, пока делаю это?”

“О, конечно”, - сказала Селия. “Извини, что вот так врываюсь к тебе, но вдохновению нужно следовать немедленно”.

“Какое вдохновение?”

“Я расскажу тебе через несколько минут”, - сказала Селия, отступая назад и закрывая дверь душа. “Теперь пой”.

Полин пела. Это было невдохновленно и принужденно.

“Нет!” Селия закричала на нее. “Пой это с душой! Пой так, как ты, черт возьми, думаешь!”

Полин начала сначала, нараспев рассказывая о той холодной поздней ночи, так давно, когда она не была такой сильной, вы знаете. На этот раз все было лучше. К тому времени, как она добралась до первого припева, ей это действительно понравилось. Ее голос не мог выбить Энн Уилсон из колеи, это точно, но он был красивым, и она могла исполнить мелодию. Насколько безумной была идея, которая у нее возникла?

“Это прекрасно, Поли!” Подбодрила Селия. “Ты умеешь петь!”

“Ну, в любом случае, в душе”, - сказала Полин. “Я здесь почти закончила. Могу я теперь выйти?”

“Да”, - сказала ей Селия. “Пожалуйста, сделай это”.

Вода выключилась, и Полин вышла, схватив полотенце с вешалки. Она посмотрела на Селию, которая все еще стояла там — в одном полотенце. “Эм... это похоже на лесбийские штучки?” спросила она. “Потому что, если это так, я никогда раньше не делал ничего подобного, хотя, по правде говоря, я думал об этом на нескольких ...”

“Нет”, - сказала Селия, посмеиваясь. “Это не лесбийские штучки. Я услышала, как ты там поешь, и поняла, что ты сопрано, и я...”

“Селия, я вообще не знаю, что, черт возьми, такоеis сопрано, кроме того, что это имеет какое-то отношение к опере, верно?”

“Это самый высокий из женских певческих голосов”, - объяснила Селия. “Примерно между средним До и высоким До”.

“Я тоже не знаю, что это значит”, - раздраженно сказала Полин.

“Я контральто. Мой диапазон ниже по тону, чем у вас. Сопрано прекрасно дополняет контральто в дуэтах, и наоборот. Мне нужно сопрано, чтобы спеть со мной на нескольких моих треках, и вот вы здесь!”

Полин чуть не уронила полотенце. “Ты хочешь сказать, что хочешь, чтобы я спела с тобой?” спросила она. “На альбоме?”

“Это именно то, что я говорю”, - сказала Селия. “Скажи мне, что ты это сделаешь!”

“Си, я не певица”, - сказала она. “Все, что я знаю о озвучивании музыкальных треков, это то, что это гораздо сложнее, чем кажется. Я пою в душе. Я пою в своей машине. Я пою, когда делаю работу по дому. Я делаю все это ради чистого удовольствия от пения, но я не пою в микрофоны ”

“Мы можем работать с тобой”, - пообещала Селия. “Джейк и я оба можем научить тебя тому, что тебе нужно знать. Ты можешь это сделать, Полин! Я знаю, что ты можешь!”

Она посмотрела на нее и глубоко вздохнула. “Ну, может быть, мы можем рассказать об этом Джейку? Посмотрим, что он скажет по этому поводу?”

“Абсолютно”, - сказала она. “Давай сделаем это прямо сейчас”.

“Хорошо”, - медленно произнесла Полин. “Но, может быть, сначала нам стоит одеться?”

“О...” - сказала Селия, осознав, что она все еще в полотенце, а Полин все еще обнажена по пояс. “Я думаю, возможно, это было бы хорошей идеей”.

“Это что, какая-то шутка?” Спросил Джейк, когда пятнадцать минут спустя они поделились с ним идеей.

“Без шуток”, - сказала Селия. “У нее красивое сопрано. Разве ты не слышал его раньше?”

“Хорошо ... конечно,” сказал Джейк. “Я все время слышал, как она поет в душе, когда мы росли, и я уверен, что она слышала меня, но...”

“Почему ты не рассказала мне об этом?” Селия потребовала ответа. “Мы все это время искали сопрано, и ты не сказал мне, что твоя чертова сестра - сопрано?”

“Она не певица”, - сказал Джейк, выведенный из себя ее гневом. “У нее хороший голос, это правда, но у нее нет никакой вокальной подготовки”.

“Я пыталась сказать ей это”, - сказала Полин.

“Мы можем обучить ее”, - настаивала Селия. Она повернулась к Полин. “Спой для