Шесть причин, чтобы остаться девственницей - Луиза Харвуд

На следующее утро Кэтлин проснулась голодной, с пересохшим ртом, распухшими губами и ужасной резью в глазах от прилипших к векам контактных линз.

Она помассировала веки пальцами, возвращая линзы на место, и пошарила рукой по кровати — Леона рядом не было. Кэтлин бросила взгляд на часы — начало одиннадцатого. Она вылезла из постели, босиком прошлепала к окну и осторожно приоткрыла жалюзи. Просочившийся в щелочку солнечный луч рассеял хмурый полумрак спальни. Осмелев, Кэтлин потянула за шнурок, жалюзи разъехались — снаружи сиял яркий весенний день. Прищурив глаза, Кэтлин уставилась в ослепительно-голубое небо.

Окна комнаты выходили на площадь, где вчера ночью вся компания высадилась из такси. Сегодня здесь бурлила жизнь: лыжники в разноцветных комбинезонах и любители сноуборда, вскинув на плечи свой тяжелый спортинвентарь, шагали к станции, откуда отправлялся вагончик фуникулера. Даже сквозь стекло до Кэтлин долетал скрип снега под их ботинками. Молодая мамаша тащила санки, в которых сидел ребенок, слегка придавленный большой сумкой с продуктами. Владельцы расположенных на площади магазинов разгребали сугробы, прокладывая тропинки для покупателей.

Искрящийся снег, солнце, голубое небо и сама мысль о том, что сегодня первый день отпуска, привели Кэтлин в прекрасное расположение духа. Она вдруг решила изменить намеченную программу и вместе со всеми отправиться в горы.

А где все? Кэтлин испугалась, что уже слишком поздно и друзья ушли без нее. Она в спешке натянула футболку, влезла в джинсы и выбежала из спальни. Однако, примчавшись на кухню, Кэтлин застала там Эмили, Оливера и Сэма, которые, судя по всему, никуда не торопились.

Кэтлин улыбнулась, глядя на мирную сцену под названием «Двое мужчин и одна девушка».

Эмили стояла, прислонившись к стенке буфета, и с аппетитом жевала тост. Она была одета в черные лайкровые брюки, толстый мохеровый свитер и лыжные ботинки — вернее, в один ботинок, — вторую ногу в полосатом шерстяном носке Эмили поставила на табуретку. Оливер хлопотал возле кухонного стола: с необыкновенно серьезным выражением лица он варил кофе — одну чашку, специально для девушки.

«Такому красавцу я бы и сама с удовольствием приготовила завтрак», — подумала Кэтлин. В темно-красных брюках от О'Нилл и белом пушистом джемпере, за воротом которого болтались солнечные очки от Гуччи, Оливер был неотразим. Кэтлин наблюдала, как он добавил в кофе горячего молока, внимательно поглядел в чашку и влил еще несколько капель, затем сыпанул чайную ложку сахара и, думая, что его никто не видит, попробовал получившийся напиток; размешал сахар и аккуратно, стараясь не расплескать кофе на блюдце, передал чашку Эмили.

По левую руку от девушки расположился Сэм. Склонив голову, повязанную шерстяной, слегка поеденной молью банданой, он возился с застежкой на лыжном ботинке Эмили.

Оба кавалера одновременно справились с заданиями: Оливер преподнес Эмили чашку кофе, а Сэм объявил, что ботинок готов, и, опустившись на одно колено, осторожно натянул его на ногу своей принцессе.

— Счастья тебе, милая Золушка, — пропела Кэтлин, переступая порог кухни.

Все трое взглянули на нее.

— Доброе утро, — улыбнулась Эмили. Она поставила чашку на стол и потопала ботинками, проверяя надежность застежек. — Спасибо, Сэм, так намного лучше.

— Обещаю собраться за две минуты, — сказала Кэтлин. — Подождете меня?

— Не спеши. — Эмили указала пальцем на потолок. — Слышишь? Это Холли плещется под душем. Вряд ли она будет готова через две минуты. Садись.

Эмили выдвинула стул для Кэтлин и положила в микроволновку три свежих круассана.

Пока Кэтлин дожидалась своего завтрака, Эмили расстелила на столе карту, и девушки взялись обсуждать возможные трассы для сегодняшнего катания. Из всей шестерки Эмили была самым неопытным лыжником, но ни в коем случае не хотела мешать друзьям и предлагала, чтобы они поднялись на верхние, более сложные трассы, а сама Эмили покатается внизу, на пологих склонах для начинающих. Однако Кэтлин была настроена крайне решительно: большую часть дня Оливер и Эмили должны провести вместе — и она намерена лично проследить за этим. И даже если Эмили несколько раз упадет, что ж — тем лучше, у Оливера будет шанс проявить себя настоящим горным спасателем, помогая ей выбраться из сугроба.

Кэтлин искренне пообещала Эмили позаботиться о ней. В результате было решено, что сначала они поднимутся в высокогорную долину Мон Жюльен — туда ходят общие вагончики фуникулера, а дальше уже, используя подъемник, доберутся до специальных трасс, с которых можно начать спуск обратно в долину. Там они перекусят в чудесном кафе, расположенном прямо возле станции, и вернутся домой. Спуск не представляет никакой опасности, ну, может быть, парочка сложных отрезков, да и то очень коротких. Но верные товарищи, конечно же, не оставят Эмили и помогут преодолеть трудные участки пути. Даже если им придется нести ее на руках. Оливер и Леон хотели бы покататься на сноуборде? Ничего, сделают это в другой раз. К тому же и сама Кэтлин не большая любительница физических упражнений, завтра она вообще не собирается лезть в горы, но сегодня, в первый день отпуска, вся компания должна быть вместе.

Эмили сдалась.

Пока Холли сушила волосы и одевалась, Кэтлин обшарила все шкафы в доме и в конце концов нашла то, что искала: ботинки, в которых каталась в прошлый раз, а также знакомую пару лыж. Она натянула ботинки и встала на лыжи, проверяя мягкость крепления.

«Сойдет, — решила Кэтлин. — По крайней мере, один день продержаться можно».

Еще некоторое время было потрачено на выбор костюма, тоже из местных запасов. Когда полчаса спустя Кэтлин вышла на крыльцо, она увидела, что все, включая Холли, уже собрались на площади перед домом.

— Боже мой, кого мы видим! Неужели готова? — Холли протянула Кэтлин пластиковую карточку-пропуск на фуникулер.

— А вот и я, детка! Узнаешь старину Леона? — Он обрушился на Кэтлин, заключил ее в объятия и осыпал жаркими поцелуями.

В первый момент она отшатнулась, но, бросив взгляд на ноги Леона, обутые в ядовито-красные лыжные ботинки, придававшие ему невероятное сходство с большим жирным гусем, рассмеялась и чмокнула любовника в нос.

Хотя Кэтлин и не была заядлой горнолыжницей, но очень хорошо помнила некоторые детали процесса — те, которые доставляют несомненное удовольствие, и те, от которых лучше вовремя уклониться. Например, забавно шагать, помахивая лыжными палками, но сами лыжи оказались на плече Леона. Пыхтя, он тащил сразу две пары — свои и Кэтлин.

Однако некоторых неприятностей все же трудно было избежать. Вполне возможно, что со стороны вагончик фуникулера может показаться изящной конструкцией, созданной по последнему слову техники. Но поездка до боли напоминает путешествие в лондонской подземке в час пик — носом в подмышку соседа справа, локоть под ребра от соседа слева и полный рот волос стоящей перед тобой попутчицы. Минут пятнадцать шестерка друзей, расплющенных и раздавленных, провела в страшной давке среди шестидесяти других, таких же помятых любителей спорта, пока вагончик, слегка покачиваясь, плыл над горными склонами.