До и после Победы. Книга 2. Становление. - Сергей Суханов

И вот тут вступали в действие законы, выявленные группами по изучению степени поражения и группами по защитным свойствам материалов.

В качестве первой цели по защите мы взяли осколки массой до одного грамма - они составляли восемьдесят процентов поражающих элементов, которые давали снаряды. Такой осколок представлял собой более-менее прямоугольный кусок, но мы для проверок стали использовать стальные шарики - их и удобнее изготавливать, и они обладают чуть большей пробивной способностью - за счет своей формы меньше тормозятся воздухом и легче входят в преграды. В результате мы стали работать по этим поражающим элементам - диаметром чуть больше шести миллиметров и сечением в треть квадратного сантиметра и, повторю, весом всего один грамм.

И такая фитюлька вполне могла ранить и даже убить человека - хватило бы скорости. Опытным путем мы установили энергию, которой достаточно для поражения человека. При силе удара в пятнадцать джоулей на квадратный сантиметр человек получит синяк. При двадцати - пробъет кожу, но не проникнет внутрь. Тридцать пять джоулей на сантиметр поломают ему ребра, но ранение будет непроникающим. Проникающим оно станет при пятидесяти пяти джоулях на квадратный сантиметр. Ну а при ста сорока джоулях грудная клетка будет пробита практически насквозь - даже повреждена ее задняя стенка. Для пробития черепа нужно уже двести семьдесят джоулей. Для трубчатых костей - пятьдесят джоулей даст трещину, а сто шестьдесят - перелом.

Соответственно, стальной шарик диаметром шесть миллиметров и массой один грамм на скорости сто метров в секунду будет обладать энергией - эм на вэ-квадрат делить на два - в пять джоулей, что при площади сечения в ноль двадцать восемь квадратного сантиметра даст удельную энергию в восемнадцать джоулей на квадратный сантиметр (мы старались все расчеты округлять в большую сторону). То есть большинство осколков на такой скорости оставит синяк или небольшую ранку. Ну это если повезет и не будет задет крупный приповерхностный сосуд. На двухста метрах в секунду удельная энергия будет уже семьдесят джоулей на квадратный сантиметр - это довольно серьезные проникающие ранения и трещины, а то и переломы кости. Триста метров в секунду с их ста шестьюдесятью джоулями дадут серьезные проникающие ранения, а если они заденут жизненно важные органы - смерть. Четыреста метров пробьют череп, ну а все что выше - гарантированное пробитие насквозь, куда бы не попал. Вот такая печальная физика. Полуграммовые шарики диаметром пять миллиметров, всего на один миллиметр меньше, по поражающей способности отличаются процентов на двадцать, поэтому мы рассматривали их всех вместе. Далее каждый миллиметр также давал снижение на двадцать процентов. Как и повышение - так, шарик диаметром в один сантиметр при массе в четыре грамма давал неглубокие ранения с переломами на ста метрах, а начиная с двухсот пробивал тело - частично или навылет. Хорошо, что таких осколков было-то всего пять процентов.

Это была физика, которая нас убивала. Но была и хорошая физика, физика-защитница. Ведь что нам требовалось ? Нам требовалось всего-то снизить скорость стандартного осколка до ста метров в секунду, ну, мы брали с запасом метров в десять-двадцать - неглубокие проникающие ранения были в основном несмертельны, но уж страховаться, так по-максимуму. Так вот, первое, что играло нам на руку - сопротивление воздуха. Так, начав разлет на скорости в восемьсот метров в секунду - типичные скорости для снарядов немецких гаубиц в 105 или 150 миллиметров, осколок в один грамм затормозится до ста, пролетев семьдесят метров - на таком расстоянии большинство взрывов неопасны. Правда, на таком расстоянии уже и плотность распределения осколоков невысока - они вполне себе могут пролететь мимо, не задев человека. Тем более что речь шла о пролете осколков, которые идут по прямой. А ведь много осколков разлетаются по параболическим траекториям, то есть для них семьдесят метров по прямой окажутся и двумястами метрами их собственного пути - тут уж и десятиграммовые осколки затормозятся до полутора сотен метров - еще прилично, с проникающими ранениями, но уже несмертельно, если только не повезет попасть в уязвимые точки организма. И это мы рассматривали разлет осколков крупных снарядов в сто пятьдесят миллиметров. У более мелких снарядов, которых было подавляющее большинство, скорость разлета осколоков примерно такая же, просто за счет меньшего количества металла и количество осколоков меньше, особено крупных. Мы вообще сначала рассматривали защиту от ручных гранат - у той же Ф-1 скорость осколков была около семисот метров в секунду.

И чтобы еще снизить их поражающую способность, мы и исследовали индивидуальную бронезащиту. Результаты исследований показали, что каждый миллиметр твердой стали снижал скорость стандартного осколока где-то на триста метров. Точнее - первый миллиметр снижал ее на триста пятьдесят, второй - доводил снижение до шестисот, третий - до восьмисот, четвертый - до тысячи, пятый - до тысячи ста пятидесяти. То есть для вполне надежной защиты от наиболее массовых снарядов, гранат и их осколков было достаточно трех миллиметров стали. И лист такой стали размером двадцать на двадцать сантиметров весил менее килограмма. И уже с сентября мы начали выпускать такие листы, которые можно было вкладывать в карманы разгрузки. Они защищали от осколков середину груди и живота. Почему не все тело ? Проблема в подвижности - каждый дополнительный килограмм снижал ее где-то на десять процентов - человек начинал медленнее двигаться. А так мы прикрывали жизненно-важные органы - сердце, частично легкие, и живот, ранения в который были очень опасны своими последствиями. Неприкрытые бока грудной клетки все-таки частично прикрывались руками, оружием, магазинами и саперной лопаткой, размещенными на разгрузке - у этих предметов были практически такие же суммарные толщины металла, хотя и более мягкого. Но и такая псевдо-защита значительно снижала поражающее воздействие - ранения "через руку" или "через магазин" становились поверхностными или не слишком глубокими.

Одновременно мы получили и защиту от пуль МП-40. Их восьмиграммовые пульки с начальной скоростью в четыреста метров в секунду пробивали трехмиллиметровые листы только при стрельбе с десяти метров, и только по нормали - отклонение уже в двадцать градусов надежно защищало от очереди, выпущенонй в упор. Причем удельная энергия после пробития была около десяти джоулей на квадратный сантиметр - максимум, что они оставляли, это синяк - и сечение пули было уже большим, и пуля при пробитии стального листа деформировалась. Бойцы перестали бояться этих трещоток - надо было только следить, чтобы первые выстрелы пришлись на бронелисты, а не в незащищенную бочину, ну тут у нас были сделаны специальные тренажеры, на которых бойцы учились уворачиваться от очередей в упор. Советский ППШ или наш ППК и то были опаснее - пуля массой пять грамм и калибром 7,62 при начальной скорости 500 метров в секунду пробивала наши листы и даже после пробития имела удельную энергию в сто четырнадцать джоулей на сантиметр - убьет и не поморщится. Поэтому фрицы и старались завладеть и применить именно наше или советское автоматическое оружие. К счастью, у них это не особо получалось - и мало его было, и быстро заканчивались патроны. К зиме 42го фрицы наладили выпуск наших ППК, но к тому времени и наша защита была уже более совершенна.