Товарищи в борьбе - Станислав Поплавский

Под Добжице фашисты повторили преступление, совершенное ими раньше у Подгае.

Из 1-го дивизиона тяжелой артиллерийской бригады вперед выслали разведчиков для организации наблюдательных пунктов. Разведчики ушли и пропали. На поиски отправилась группа солдат, но им удалось отыскать только трупы. Фашисты зверски надругались над польскими артиллеристами. У подпоручника Гардзеля оказались сломанными руки и ноги. На груди его зияла большая ножевая рана. Шестнадцать ран в голову и грудь обнаружили на теле хорунжего Марцина Олесюка. Мученическую смерть приняли плютуновый Антон Вандыч, капрал Тадеуш Сады, канонир Казимир Урбан.

На следующий день бесследно пропали еще 26 артиллеристов, тоже отправившихся для организации наблюдения и управления огнем. А вскоре, продвигаясь к новым огневым позициям, солдаты увидели их разбитую автомашину. Невдалеке лежали изуродованные тела. У некоторых выколоты глаза, отрезаны уши, сломаны руки... С большим трудом опознали трупы подпоручника Эвгеньюша Олесцка (брата замученного Марцина), подпоручника Эдварда Осташинского и остальных.

* * *

Дивизии первого эшелона упорно продвигались вперед. Лишь 6-я пехотная дивизия все еще топталась у Надажыце. Ох, сколько же огорчений причиняла она мне и моему заместителю генералу бригады М. Каракозу! Вот и тут, когда стало ясно, что комдив 6-й, по сути, выпустил из рук управление частями, Марк Каракоз не выдержал.

- Еду к Шейпаку, черт его побери! - сказал он, садясь в машину.

Он на месте помог командиру и штабу разобраться в обстановке, уточнил задачи частям. Уже с утра 6 февраля дивизия начала действовать активнее, организованнее, хотя темпы ее наступления все еще были недостаточными.

* * *

На следующее утро 18-му пехотному полку удалось наконец овладеть Надажыце и подойти к главной полосе Померанского вала. 14-й полк продвинулся к поселку Иловец. Но опять подвела неповоротливость Шейпака. Оказывается, 16-му пехотному полку он совсем не поставил боевой задачи, и, следовательно, треть дивизии в бою не участвовала.

Можно себе представить, как мы огорчились, какие громы и молнии метали на голову Шейпака и начальника его штаба майора Селецкого! Я вынужден был строго их предупредить, потребовав изменить стиль руководства частями.

Для наращивания удара мы ввели свежие силы. 1-я дивизия получила задачу наступать в направлении на Иловец, чтобы помочь полкам Шейпака, а 3-я была двинута на правый фланг армии, в район Сыпневки, для отражения возможных контратак противника с севера.

По-прежнему оставался верен себе Кеневич. Предвидя попытки противника восстановить утраченные позиции, он предусмотрительно подтянул артиллерию поближе к пехоте. Это оказалось весьма кстати. Противник действительно предпринял яростные контратаки свежими силами. В течение пяти часов на 10-й пехотный полк обрушилось девять контратак. Но польские воины держались стойко. Они не только оборонялись, но и использовали малейшую возможность, чтобы продвинуться вперед. 11-му пехотному полку удалось захватить перекресток дорог севернее фольварка Добжице, а 3-й батальон 12-го пехотного полка вклинился в оборону противника между озерами Здбично и Смольно.

Неожиданно потеплело, хотя календарь показывал только начало февраля. Снег быстро таял, и болотистая почва превращалась в месиво. Наступать стало еще труднее. Пушки приходилось тянуть на руках. А ведь даже пройти по болотистой местности стоило немалых усилий. В результате 1-я дивизия застряла в пути и в исходное положение вышла с опозданием чуть ли не на целый день.

Опять не ладилось дело в 6-й дивизии. Мешала ей не только погода. В приказах Шейпака, которые сыпались на полки как из рога изобилия, не учитывались ни обстановка, ни время, ни местность. Часто они были противоречивы - последующий приказ отвергал предыдущий. Любые поступавшие с передовой сведения штаб дивизии принимал на веру, не утруждая себя проверкой.

Мы, в штабе армии, тоже получали из 6-й дивизии противоречивые донесения.

- Ничего не понимаю, - возмущался начальник штаба Всеволод Стражевский. - Докладывают одно, а через полчаса - совершенно противоположное!

- Больше этого терпеть нельзя, - заявил я. - Генерал Стражевский, пишите приказ об отстранении полковника Шейпака от командования дивизией.

- Давайте подождем еще денек, Станислав Гилярович, - вмешался генерал Каракоз. - Я все же надеюсь, что полковник еще покажет себя.

В душе я остался при своем мнении, но спорить с Каракозом не стал. Как-никак он недавно побывал в этой дивизии в обстановку в ней знает лучше. Скрепя сердце я согласился с его мнением, но строго предупредил Шейпака еще раз.

В полосе наступления нашей армии у противника появились в это время свежие резервы. В районе Иловца поляки захватили пленных из бригады СС "Шейдер", а юго-восточнее Добжице - солдат из пехотного полка "Дейч Кроне", входившего в состав дивизии "Меркиш Фридлянд". Пленные утверждали, что ожидается прибытие и других частей, в том числе пехотного полка из дивизии "Бервальде".

Обстановка требовала усилить нажим там, где у нас обозначился наибольший успех. Обсудив с генералами Караковом и Стражевским создавшуюся ситуацию, я решил произвести некоторую перегруппировку сил.

На правом фланге 18-й полк 6-й дивизии, понесший немалые потери при овладении Надажыце, сменила 3-я пехотная дивизия. Ей предстояло повторить попытку прорыва немецких укреплении юго-западнее Надажыце. 4-я дивизия сместилась влево. В стык между него и 6-й дивизией вошла 1-я пехотная дивизия.

Новый приказ был отдан вечером 6 февраля. Для контроля за его осуществлением в соединения выехали офицеры штаба армии. Ночь на 7 февраля прошла в напряженной работе.

С утра разгорелись бои. Противник подтянул резервы и задержал продвижение 6-й дивизии. Утешаться можно было только тем, что ее полки отвлекли на себя значительные вражеские силы.

1-я пехотная дивизия, преодолевая сопротивление гитлеровцев и отражая их контратаки, овладела сначала Рудками, затем прочно оседлала шоссе Иловец - Рудки. Ночью она захватила Вельбоки и перерезала железную дорогу. Правый фланг дивизии значительно расширил прорыв обороны противника. В это же время 4-я дивизия разгромила полк "Дейч Кроне" и, отразив пять сильных контратак, глубокой ночью овладела Гольце.

Весь день 8 февраля происходили упорные бои. Наступление продолжалось на двух расходящихся направлениях - северо-западном и юго-западном. Главные усилия направлялись на северо-запад, где вводилась в бой 2-я дивизия генерала Яна Роткевича.

На правом фланге армии части 6-й дивизии вышли к отсечной позиции на участке Надажыце, Сверчина и вели огневой бой. В отсечную позицию после занятия Вельбоки уткнулась и 1-я дивизия. Надежды на 2-ю полностью тоже не оправдались: лишь во второй половине дня вместе с остальными соединениями она немного расширила общий участок прорыва.