Нф-100: Роботы божьи - Сергей Марьяшин

Когда священник сказал это, Егор вспомнил свой прошлогодний отпуск на острове Крым. Целый месяц он жил в автоматизированном отеле "Новобобровский" невдалеке от затонувшего города со странным названием Ялта. Там не было ни единой живой души, кроме редких отпускников, в основном москвичей. Живой персонал отсутствовал, его заменяли роботы и встроенные в здания автоматы. Тишина, покой и свобода!

Не было аниматоров - этих шумных, крикливых как чайки людей, испортивших отпуска не одному поколению отдыхающих. Не нужно было ни с кем здороваться; делать вид, что заинтересован в обслуживающих тебя уборщиках, бич-боях и официантах; размышлять, сколько и кому переводить чаевых. Все отравляющие жизнь курортника досадные мелочи были исключены. Лишь маленькие шустрые роботы-тележки, продававшие на пляже мороженое, синтетическое пиво и сверчков, иногда будили дремлющего под зонтиком Егора настойчивыми поталкиваниями.

- ... он там чуть с ума не сошел от одиночества. И вдруг - появляется роскошная девица. Прелестная, милая, полностью в его вкусе. Женщина мечты! Он в нее тут же влюбился без памяти. И она, представь, проявила взаимный интерес. Но, увы... Отношения были абсолютно невозможны. Все идеально совпало, кроме одной ма-аленькой детали. Малюсенькой такой...

Авдеев показал пальцами, какой маленькой была досадная деталь, и шумно вздохнул.

- Какой же? - спросил Егор заинтересованно.

- Ее социотип! Она была ESTP, его конфликтером! - воскликнул священник, всплеснув руками. - Из огня да в полымя! Я ему говорил потом: Юра, ты бы йогой занялся, что ли... Нельзя же так влипать все время.

- Зачем йогой? - спросил Егор, живо вспомнивший свой разрушительный роман с конфликтером.

- Чтобы обстоятельства жизненные наладить. Вернуть удачливость. Но он меня, конечно, не послушал. С его подтипом по Афанасьеву любые физические упражнения ему претили. Против природы не попрешь.

- И чем все кончилось?

- Ну, чем это могло кончится... Вернулись в Москву, стали жить вместе. Начались скандалы. Все как по учебнику: она раздражала его, он ее. По горькой иронии, ссоры у них начались, когда Юра попытался научить ее соционике. Он хотел объяснить, почему у них ничего не выйдет. А она заявила, что бред это все, соционика его... И пошло-поехало. Потом они разошлись, но это еще не конец. Оба записались на курс психотерапии, нервы в порядок привести. К одному психотерапевту! И каждый раз, встречаясь у него в приемной, жутко ругались, пока он не выгонял обоих.

Авдеев сокрушенно покачал головой.

- А ты говоришь - не влюблюсь... Да от нас вообще ничего не зависит. Это жизнь! Никогда не знаешь, что выпрыгнет на тебя из-за следующего поворота.

Егор слушал в удивлении. Последние слова священника совершенно не вязались с горячо проповедуемой им идеей свободы воли.

- А насчет любви... Я, с моим неудачным опытом, наверное, не вправе советовать. И все же, если позволишь, дам на будущее простой критерий истинной любви. Мы с Любой его придумали.

Егор выжидающе смотрел на священника. Тот сказал:

- Если ты согласен, чтобы черты любимого человека повторились в твоих детях - значит, ты действительно любишь. Мне кажется, только это и есть любовь. Для всего остального лучше найти другие определения.

- Я бы предложил другой, - сказал Егор, подумав о Нине. - Истинная любовь - это когда тебе все равно, какой у нее социотип.

- Упрямый, как все INFJ, - уважительно заметил Авдеев. - Только в данном случае твое упорство тебе же во вред.

Егор знал, что священник прав. Но понимание не могло унять душевную боль. "Время, время все лечит", - страдальчески поморщившись, напомнил он себе. Желая сменить тему, он попросил священника рассказать о его работе в Гулле.

- Гм, - недовольно буркнул Авдеев. - Разве истории о кошке тебе недостаточно?

Вдруг громко завибрировал его допотопный коммуникатор, похожий на плоский складной банан. Он раскрыл его и до Егора донеслись чьи-то испуганные крики. Священник приложил прибор к уху и внимательно слушал, багровея.

- Бестолочи безрукие! Бабу нормально трахнуть не можете! - внезапно заорал он в банан, вскочил с кресла и побежал к двери, на ходу бросив Егору: - Вызови скорую - с твоего чипа быстрее! И, наверное, полицию...

- Что стряслось? - испуганно спросил Егор.

- Они ее зарезали!

- Кого?

- Девственницу!

23.

Обсудить план спасения Сурмилова в тот день не удалось. Приехавшая полиция задержала и долго допрашивала всех, включая Егора и священника. Егора отпустили первым и он оказался предоставлен сам себе. Зайдя в зал, он с ужасом увидел лужу крови на белом мраморном полу и пластиковый мешок с телом, мимо которого деловито ходили равнодушные полицейские. На столе для жертвоприношения "лежала" трехмерная голограмма девушки. Полицейские создали ее, чтобы воспроизвести детали происшествия.

Она была ровесницей Егора. Изломанное тело со вскрытым животом, крепко привязанное к столу, было неподвижно, как выключенная роботесса модели GHR18. Стеклянные глаза невидяще смотрели вверх, на купол храма. Оттуда на девушку скорбно взирала Богородица. Нанятый шиваитами дизайнер храмовых интерьеров не стал в свое время закрашивать ее лик, сочтя, что она похожа на богиню Парвати; впрочем, Егор об этом не знал.

Пятерых закованных в наручники сатанистов под конвоем вывели из соседнего зала. Их лица посерели от страха, а в бегающих глазах было такое отчаяние, что Егор невольно почувствовал жалость к ним. Авдеева продолжали допрашивать, полиция захотела проверить договор аренды с Церковью Сатаны. Он махнул Егору, чтобы тот уезжал - конца мытарствам не предвиделось.

Егор вышел из храма и медленно побрел вниз по лестнице. Он не видел ничего вокруг, перед глазами стояло лицо погибшей девушки. Спустившись к воде, он внезапно понял, что его не ждет привычное такси. У храмовой набережной стояли три катера: приземистый полицейский в ядовито-оранжевой раскраске, скорая помощь с кровавой эмблемой, похожей на раздавленного жука - гибридом креста, полумесяца и могендовида, - и еще один, каких Егор раньше не видел. Огромный двухпалубный катер, глянцево черный, словно высеченный из цельной глыбы обсидиана, казалось, мог принадлежать только правительственному причалу.

Егор в изумлении рассматривал невиданный корабль и не сразу заметил неподвижно стоящего рядом маленького китайца лет пятидесяти, одетого в строгий черный костюм. Для Егора все они были на одно лицо, но этот выделялся особенно недобрым взглядом. Каким-то образом было понятно, что он не местный и прибыл из Китая совсем недавно. Его непроницаемое морщинистое лицо не отражало эмоций, только колючий взгляд исподлобья будил чувство неясной тревоги. "Будто автономный робот", - с неприязнью подумал Егор. Над китайцем висели несколько неизвестных иконок-иероглифов. Иконки социотипа не было. Егор стер любину программу перед самым приездом полиции и был страшно этому рад. Полицейские проверили сканером каждого, кроме Авдеева, на наличие в чипе нелегальных программ.

Китаец сделал шаг навстречу, поклонился и телепатически произнес:

- Здравствуйте, господин Ли Сицын. Меня прислал мой хозяин, уважаемый господин Лю Куань. Он хочет встретиться с вами и вежливо просит, чтобы вы зашли на катер и поехали со мной.

Не сдвинувшись с места и не отвечая, Егор быстро спросил у Наташи: "Что ему нужно?" После паузы, потребовавшейся ей для переговоров с другглом китайца, она сказала:

"Не волнуйся. Лю Куань - известный человек, депутат городского собрания, а это его личный помощник".

"Спроси, зачем я понадобился депутату горсобрания".

"Он не знает, ему просто велели привезти тебя, - сказала Наташа. - Уверена, бояться нечего".

Китаец понял, что его не удостоят ответом. Он наклонился вперед и протянул к Егору сложенные руки ладонями вверх, будто прося милостыню. В них возник дрожащий голубоватый призрак пожилого китайца с тростью. Казалось, помощник почтительно держит в руках призрачного гнома. Гном кивнул Егору, словно знал его сто лет, и телепатически сказал:

- Здравствуйте, Егор Сатчитанандович. Меня зовут Лю Куань, я председатель совета директоров "Стеклянного города". У нас возникла проблема с вашим другом Михаилом Сурмиловым. Буду чрезвычайно признателен, если вы согласитесь уделить мне час вашего драгоценного времени, чтобы обсудить ее и найти приемлемое для всех решение. Мой помощник доставит вас ко мне, а потом отвезет в удобное вам место. Спасибо за сотрудничество!

С этими словами голографический гном исчез. Это было записанное сообщение. Никто не собирался обсуждать с Егором его желание или нежелание ехать. Китаец выпрямился, спрятал руки за спину и в ожидании уставился на Егора.

Егор почувствовал противную пустоту в животе. Очевидно, с Мишкой стряслось что-то серьезное. А явившийся за ним китаец представляет "Триаду", о которой предупреждал его Аслан. Депутат горсобрания, надо же... С другой стороны, это шанс выяснить мишкину судьбу. Не станут же они сразу разбирать Егора на органы?