Шла бы ты… Заметки о национальной идее - Евгений Сатановский

Что характерно, представители западных университетов, Всемирного Банка и прочих авторитетных институтов демократического мира на протяжении десятилетий занижают число погибших в камбоджийском геноциде, несмотря на свидетельства очевидцев и фактологические данные. Подтасовки эти бывают грубые или, напротив, тонкие, но последовательность прослеживается: двойные стандарты и фальсификация данных как основа «научной» деятельности.

Автор, воспитанный, как положено нормальному советскому человеку, на понимании того, что свои собственные идеологические столпы врут всегда и везде, давно избавился от иллюзий относительно столпов не собственных. Однако тяжёлый случай с адвокатурой красных кхмеров поначалу поставил его в тупик. Поскольку принадлежность адвокатов к цивилизованному обществу и суть режима Пол Пота со товарищи на первый взгляд необратимо, полностью и целиком противоречили друг другу.

В конце концов, организация эта, к слову, до сих пор удерживающая под контролем западные районы страны, не зря именуется красными кхмерами. Она не просто маоистская и не просто коммунистическая, но маоистская и коммунистическая в самом мрачном понимании этого слова. Мрачнее не бывает.

Посмотрев на то, что она, её руководители и рядовые члены собой представляют, начинаешь понимать фобии сэра Уинстона Черчилля и сенатора Джозефа Рэймонда Маккарти. Красные кхмеры — это фанатики, готовые к уничтожению всего западного, современного, традиционного, иностранного и инородного. Или, говоря проще, всего и всех, кроме тех, кто входит в их собственные ряды.

Что чем-то напоминает наиболее фанатичные группы современных исламистов: «Боко Харам» в Нигерии, «Аш-Шабаб» в Сомали или талибов в Афганистане. С поправкой на приверженность исламистов радикальным формам религии, а красных кхмеров — уничтожению религиозного под корень. Ну, с этим что поделать: противоположности сходятся и в терроре.

Секрет популярности камбоджийской демократии террора в сообществах западных интеллектуалов, скорее всего, прост. Либеральный левый Запад чрезвычайно падок и всегда был падок на красивые теории о равенстве и братстве. И до тех пор, пока всех составляющих его левых, прогрессивных, поколениями живущих в собственном мире клинических идиотов не убивают и не пытают лично и персонально, они поют и будут петь осанну диктаторам. Лишь бы те называли свои страны-концлагеря демократиями.

Пол Пот это как раз и сделал. Как, отметим, в своё время сделал Сталин, которого обожала тогдашняя либеральная Европа. Да и у Гитлера была масса более чем приличных поклонников. Тот же Кнут Гамсун, например. Это после победы над Германией фашизм стал в Европе словом неприличным. А до войны…

То есть это не девиация и не исключение из правила, а само правило. В реальной жизни политики, любящие напоказ клясться в своей вечной верности идеалам демократии, любят тиранов. Носят их на руках. Сдувают с них пыль. И всеми силами копируют их, когда и если приходят к власти. Большой привет президентам Обаме, Саркози, Олланду и прочим персонажам этого типа.

Что до Камбоджи… Страна называлась Демократическая Кампучия? Называлась. Не была более монархией? Кто б сомневался. Её лидеры строили там бесклассовое общество? А то! И ведь почти построили. Такое бесклассовое, что мало кто, за исключением самых нищих и неграмотных крестьян, имел шанс в этом новом обществе уцелеть. И мало кто уцелел. Для европейского и американского интеллектуала — самое оно.

На первый взгляд логика политиков типа того же Картера не соответствует ничему разумному. Про совесть умолчим. Где есть политика, совести нет и быть не может. Про человечность тоже — по тем же причинам. Однако позиция Картера объясняется легко. Да, геноцид устраивали коммунисты и маоисты. Но когда они его устраивали? В какой конкретной политической обстановке?

С Китаем Соединённые Штаты только что наладили отношения с тем, чтобы дружить против Советского Союза. Пин-понговая дипломатия, кто помнит, это называлось. Пол Пот же был клиентом официального Пекина. Что автоматически предоставило ему в кулуарах Вашингтона не то чтобы индульгенцию на все времена, но вполне действенную охранную грамоту.

Благо камбоджийского лобби в США не существовало, а китайское было. И даже не одно. В вопросах противостояния КНР с Тайванем два китайских лобби мерились силами. Было за что. Но Камбоджа Тайбэй совершенно не интересовала. Зато она интересовала Пекин. И следовательно, не интересовала США. Такой уж выпал расклад.

С другой стороны, людоедский режим красных кхмеров свергли не просто при прямом участии Вьетнама. Вьетнамские войска его свергли. Страны, в противостоянии с которой Америка только что, несмотря на понесённые ею колоссальные потери и материальные затраты, с позором проиграла войну. Союзника СССР.

Признать после этого, что Вьетнам, свергая маоистов в Камбодже, спас эту страну и остатки её населения, было бы слишком благородно. Такой сценарий даже в Голливуде, с его пристрастием к патоке, не прошёл бы пробу на «хеппи-энд». Вот он и не прошёл. Так как реальная политика — это на самом деле «грязное занятие для пожилых мужчин». Как мрачно высказался Черчилль.

А то можно было бы начать рассуждать о том, что Штаты напрасно сделали ставку на попытку остановить коммунизм во всём мире. Или, ещё хуже, провести прямые параллели между отступлением американской армии из Сайгона и победой красных кхмеров в соседней Камбодже. Монархия которой была заменена «демократией» как раз вследствие этого поражения…

Выводы, которые отсюда можно сделать, весьма печальны. Демократия не означает ни справедливости, ни безопасности, ни мира, ни прогресса. Это всего лишь политический термин, который может прикрывать и безжалостную диктатуру, и преступления против человечности, и геноцид собственного народа. При полной индифферентности к этому «цивилизованного мира». Была охота вмешиваться…

Глава 6

Великая исламская революция

Империи бывшие и будущие

Территория, которую мы сегодня именуем исламским миром, была им далеко не всегда — хотя с цивилизацией там было всё в порядке задолго до большинства прочих мест на планете. За исключением разве что Индии и Китая. Первая из которых, вообще-то, тоже большей частью входила в состав исламского мира. При Великих Моголах.

Да и второй, пока им управляли Чингисиды, входил в громадное цивилизационное пространство, где присутствовали Сибирь, Урал и Поволжье. А также Персия, Турция, Арабский Машрик, Закавказье и Центральная Азия. И мусульман, что в Индии, что в Китае, по сей день более чем достаточно.

Что характерно для громадных евразийских и африканских пространств, на которых сегодня раскинулся мир ислама, так это стремление местных владык к выстраиванию империй — с одной стороны. И столь же естественное стремление их сатрапов на местах к отделению от этих империй.

Последнее к началу ХХ-го века и спровоцировало появление на окраинах Персии и Оттоманской Порты британских и французских протекторатов, колоний и зависимых территорий. Первыми там вообще-то были португальцы и испанцы. Но к началу нового времени англичане и французы доминировали абсолютно.

Плюс помимо британских и французских эскадр, атаковавших исламский мир с юга, с севера на Центральную Азию и Закавказье надвинулась Россия. Плотно, как панцирь на черепаху. Благо была она империей континентальной и взятые под контроль территории осваивала прочно.

Не случайно отделение местных республик произошло исключительно по взаимному согласию, безо всякой партизанщины и, упаси Г-дь, антиколониальных войн, только в 1991-м году. Когда руководство союзных республик СССР решило его распустить. Что сильно отличалось и по форме, и по сути от распада других империй: Британской и Французской.

В итоге длительного исторического развития, на протяжении нескольких тысячелетий сопровождавшегося письменными свидетельствами, регион, который в России называют БСВ, то есть Ближним и Средним Востоком, а в западном мире ББВ — Большим Ближним Востоком, — продемонстрировал удивительную устойчивость отдельных культур и стран в привязке к географии.

Иногда они входили в качестве провинций в состав громадных, существовавших столетия или, напротив, быстро рассыпавшихся империй. Иногда были отдельными странами. Но вся сегодняшняя система национальных идей этого региона завязана на его историю. Точнее, на историю его крупных цивилизационных центров.