СООБЩЕСТВО НА КРАЮ - Айзек Азимов

— А что, если мы это и планируем?

— Это все погубит. Послушайте, Коделл, когда это за пятивековую историю Сообщества мы вели захватнические войны? Мы вели войны, чтобы не захватили нас — и однажды проиграли, — но ни одна война не заканчивалась расширением нашей территории. К Федерации присоединяются путем мирных соглашений те, кому выгодно.

— Не может ли случиться так, что сейшельцы увидят выгоду в присоединении?

— Пока, корабли возле их границ, никак не может. Отведите корабли.

— Это невозможно.

— Коделл, Сейшелы служат прекрасной рекламой доброй воли Федерации. Они почти окружены нашей территорией, они в крайне уязвимом положении, и все же до нынешнего момента они оставались в безопасности, шли своей дорогой и даже свободно проводили свою политику, направленную против Сообщества. Разве мы могли бы лучше показать Галактике, что мы никого не принуждаем, что ко всем приходим с дружбой?… Захватить Сейшелы — значит захватить то, что по существу уже наше. Ведь мы доминируем над ними экономически, только без шума. Если мы станем покорять их военной силой, мы продемонстрируем всей Галактике, что стали захватчиками.

— А если нас действительно интересует только Гея?

— Я поверю этому ничуть не больше, чем сейшельское правительство. Этот тип, Тревиц, посылает мне сообщение, что направляется на Гею, и просит меня передать это на Терминус. Против своих убеждений я делаю это, потому что это мой долг. И не успевает остыть линия гиперсвязи, как Флот Сообщества приходит в движение. Как вы попадете на Гею, не вторгаясь в Сейшельское пространство?

— Тубинг, дорогой мой, вы сами себя не слушаете. Разве вы не объяснили несколько минут назад, что Гея не входит в Сейшельский Союз? И вы знаете, что гиперпространство открыто для всех и не является частью территории никакой планеты. Как могут Сейшелы протестовать, если мы переместимся с территории Сообщества, где стоят сейчас наши корабли, через гиперпространство внутрь территории Геи и при этом не займем ни одного кубического сантиметра территории Сейшел?

— Сейшелы истолкуют это событие не так, Коделл. Гея, если только она существует, полностью окружена Сейшельским Союзом, хотя и не входит в него. Есть прецеденты, которые делают подобные анклавы частью окружающей территории по отношению ко вражеским кораблям.

— Наши корабли нельзя назвать вражескими. У нас мир с Сейшелами.

— Говорю вам, Коделл, Сейшелы могут объявить войну. Они не станут надеяться на свое превосходство в оружии, но война может поднять волну протестов против Сообщества по всей Галактике. Начнут появляться враждебные альянсы, некоторые из членов Федерации станут пересматривать связи с нами, мы можем проиграть из-за внутренних беспорядков. И процесс роста, который так хорошо шел пятьсот лет, обратится вспять.

— Ну-ну, Тубинг, — бесстрастно произнес Коделл, — вы говорите так, будто эти пятьсот лет ничто, будто мы все еще Сообщество времен Хари Селдона, сражающееся с карманным королевством Анакреона. Мы сейчас гораздо сильнее, чем Империя в самом расцвете. Эскадра наших кораблей может разбить весь галактический флот, оккупировать любой сектор Галактики и даже не почувствовать, что побывала в сражении.

— Мы боремся не с Империей, мы боремся с современными планетами и секторами.

— Которые отстают от нас. Мы сейчас можем захватить всю Галактику.

— Согласно Плану Селдона, мы не сможем этого сделать еще пятьсот лет.

— План Селдона недооценивает скорость технологического прогресса. Мы можем сделать это сейчас!… Поймите, я не говорю, что мы действительно хотим или сделаем это. Я лишь говорю, что можем.

— Коделл, вы всю жизнь прожили на Терминусе. Вы не знаете Галактики. Технология и флот могут победить вооруженные силы Галактики, но они не смогут управлять бунтующей, охваченной ненавистью Галактикой, а она станет именно такой, если захватить ее силой. Отведите корабли!

— Это невозможно, Тубинг. Подумайте — что если Гея не миф?

Тубинг помолчал, вглядываясь в лицо собеседника, будто хотел прочесть, что у того на уме.

— Планета в гиперпространстве не миф?

— Планета в гиперпространстве — выдумка, но даже в выдумках может оказаться ядро истины. Этот человек, Тревиц, который был выслан, говорит о ней как о реальной планете в реальном пространстве. Что если он прав?

— Ерунда. Я в это не верю.

— Нет? Поверьте на мгновенье. Реальная планета, которая даровала Сейшелам защиту от Мула и независимость от Сообщества!

— Вы опровергаете сами себя. Как может Гея защитить Сейшелы от Сообщества? Разве мы не посылаем против них корабли?

— Не против Сейшел, а против Геи, которая так загадочно неизвестна, которая избегает упоминаний и даже убеждает соседние с собой планеты, что она в гиперпространстве, которой удается даже не попасть в компьютерные данные самых полных галактических карт.

— Значит, это очень необычная планета, она должна уметь манипулировать умами.

— А разве вы не сказали только что об одной из сейшельских легенд, из которой следует, что Гея выпустила в Галактику Мула? И разве Мул не манипулировал умами?

— Получается, что Гея — планета Мулов?

— А вы уверены, что этого не может быть?

— Тогда уж почему не планета возродившегося Второго Сообщества?

— Почему бы нет? По-вашему, не стоит это исследовать?

Тубинг словно отрезвел. Во время последних пикировок он язвительно улыбался, но теперь наклонил голову и смотрел исподлобья.

— Если вы серьезно, то не опасно ли такое исследование?

— Не опасно ли?

— Вы отвечаете вопросом на вопрос, потому что не знаете разумного ответа. Какой может быть толк от кораблей против Мула или Второго Сообщества? может, они сами заманивают вас к гибели? Вот вы сказали, что, хоть План достиг только серединной отметки, вы готовы создать Вторую Империю сейчас, и я предупредил вас, что тогда вы забежите вперед и сложности Плана сами замедлят ваше движение. Может быть, если Гея существует и является тем, что вы о ней говорите, это и есть способ воздействия на вас. Сделайте сейчас мирно то, что иначе вас, возможно, заставит сделать страшная катастрофа. Отведите корабли.

— Это невозможно. Мэр Бранно собирается сама присоединиться к этим кораблям, и разведчики уже прошмыгнули через гиперпространство на территорию Геи.

Тубинг широко раскрыл глаза.

— Говорю вам, будет война!

— Вы наш посол. Предотвратите войну. Дайте сейшельцам любые заверения. Отрицайте дурные намерения с нашей стороны. Скажите им, что они выгадают, если будут сидеть тихо и подождут, пока Гея нас уничтожит. Говорите, что хотите, но успокойте их.

Он остановился, изучая лицо ошеломленного Тубинга и добавил:

— Это все. Насколько мне известно, ни один корабль Сообщества не высадится ни на одной планете Сейшельского Союза и не вторгнется ни в одну точку его пространства. Однако любой сейшельский корабль, который попытается бросить нам вызов вне территории Союза — и, следовательно, на территории Сообщества — будет немедленно превращен в пыль. Объясните это сейшельцам и успокойте их. Если вам это не удастся, придется дать строгий отчет. Пока что, Тубинг, ваша работа была легкой, теперь вам предстоит потрудиться. Следующие недели решат все. Если вы нас завалите, ни одно место в Галактике не будет для вас безопасным.

Ни веселья, ни дружелюбия не было в лице Коделла в тот момент, когда связь прервалась и изображение пропало.

Тубинг, разинув рот, смотрел на то место, где оно было.

Голан Тревиц схватил себя за волосы, как будто пытался наощупь определить состояние своих мыслей. Он отрывисто сказал Пелорату:

— Что происходит с вашим разумом?

— Происходит с разумом? — непонимающе спросил Пелорат.

— Да. Ведь мы в ловушке. Наш корабль под внешним контролем, и его неотвратимо тащит в планете, о которой мы ничего не знаем. Вы в панике?

На длинном лице Пелората отразилось некоторое уныние.

— Нет, — сказал он. — Радости я не чувствую, немного опасаюсь, но не паникую.

— Как и я. Не странно ли? Почему мы не волнуемся?

— Мы ведь ожидали чего-нибудь в этом роде, Голан.

Тревиц повернулся к экрану. На нем по-прежнему была космическая станция. Она стала больше, это значило, что они приблизились.

Конструкция станции не казалась внушительной. Ничто в ней не говорило о сверхразуме. Она выглядела довольно примитивной… И все же корабль находился в ее хватке.

— Я мыслю аналитически, Янов, — сказал Тревиц. — Хладнокровно! Я думаю, что я не трус и умею вести себя под давлением, но я склонен переоценивать себя. Как и все. Я должен был бы сейчас вскакивать и садиться, суетиться и немного потеть. Может быть, мы и ждали чего-то, но это не меняет того факта, что нас схватили и могут убить, а мы беспомощны.