Белый Меч - Иар Эльтеррус

«Хм… В последний раз он показывал мне только три. Катакомбы Твердыни. Пещера в лесах Дерсинрая. И подводный грот в Третьем Внешнем Океане».

«Звучит обнадёживающе, только мне эти названия ничего не говорят».

«Читать лекцию по местной географии я не буду. У тебя теперь есть другой источник информации, причём более свежий. Вот практикуйся, пригодится».

Владимир кивнул. Вредность и лень Меча – ещё очень терпимое состояние, если вспомнить об альтернативе. Любой ценой надо отвлекать костяшку от мыслей насчёт тотального геноцида местного населения в отместку за Дракона. И не потому, что Меч может осуществить свою угрозу (кто ж ему позволит?), а потому что иначе придётся тратить всё свободное время на ссоры с ним. Лучше уж потерпеть мелкие наезды. Тем более, что в данном случае он прав – тренировка действительно лишней не бывает.

Когда Хребет час назад упомянул о допросе мёртвых душ, Владимиру представилась процедура, похожая на допрос арестованного. Думал, придётся давить, хитрить, ловить на слове, проявлять дипломатические навыки и задабривать обещаниями. Всё оказалось проще, и в то же время сложнее. Выпитые души драков теперь являлись частью его самого. Теоретически их можно было вытащить наружу и заново воссоздать, как отдельные личности. Но Меч ясно дал понять, что пока у хозяина нос не дорос до подобных опытов. Пока гораздо проще добраться до их воспоминаний, как до собственных, только очень старых. То бишь просто сидеть и изо всех сил пытаться вспомнить. Что-то всплывёт почти сразу, стоит только о нём задуматься. А другие ответы придётся вытаскивать по ассоциативным цепочкам, заходя с разных сторон, и то не факт, что получится.

Вспомнить основы географии Носфера получилось гораздо легче, чем сущность Последнего Греха. Как только в памяти всплыл центральный образ, Хранитель медленно осел на пол. Подобного он не мог вообразить даже в кошмарном сне. Дайсон и Типлер отдыхают!

– Меч. Тот первый Владыка, который это всё сконструировал – он что, совсем больной на голову был?! Это ж додуматься надо! Вы б ещё на трёх китов и черепаху это взгромоздили!

Когда артефакт впервые сообщил ему, что Носфер не является планетой, Владимир пропустил этот намёк мимо ушей – не до того было. Когда он узнал о полном отсутствии сейсмических потрясений, тоже принял это как данность. А зря!

Представим себе плоский диск диаметром в шестьдесят шесть тысяч километров. Нарисуем на нём своеобразную мишень – два наружных кольца будут континентами, третье, внутреннее, соберём из островов, а центральное «яблочко» – ещё один круглый континент, называемый Твердыней. Проведём от центра к краю восемь радиальных линий, разделив его на восемь равных секторов – это будут каменные мосты шириной в сотни километров. Воткнём в центр Твердыни чёрную иглу высотой в сто тридцать километров – это Пик Кошмаров, резиденция Владыки. Возведём по краю диска сплошной горный хребет стокилометровой высоты. Вы думаете, мы уже получили Носфер? Нет, товарищи, безумие только начинается… Самое интересное впереди…

Чтобы осознать гениальность (или шизофрению) строителя, достаточно учесть, что нижняя сторона диска одновременно является его же небом! То есть если вы взлетите на высоту в тридцать три тысячи километров, и начнёте долбить плоскую небесную твердь, то рано или поздно вылезете в той самой точке, откуда стартовали! И наоборот – если вы прокопаете в земле шахту глубиной в полторы тысячи километров, то сможете погулять по небу. Не бойтесь с него упасть – гравитация с высотой вначале слабеет, а затем меняет знак на противоположный. При погружении в землю она демонстрирует тот же фокус.

Но и это ещё не всё. Носфер пространственно замкнут не только по вертикали, но и по горизонтали. Если вы, показав чудеса альпинизма, форсируете гигантский окраинный хребет, то вовсе не упадёте в космическую пустоту. Вам придётся спускаться с того же хребта… только с противоположной стороны диска. Проще говоря, если вы ушли на север, то вернётесь с юга. Эту процедуру можно проделать на любой обычной планете, но там-то поверхность сферическая! Носфер – одно из немногих мест во Вселенной, где вы можете вернуться в исходную точку, двигаясь всё время в одном направлении по плоскости.

Между небом и землёй, на высоте шестнадцати с половиной тысяч километров висит солнце – огненный шар диаметром в сто пятьдесят километров. Днём оно изливает в мир свет и тепло. А ночью, вопреки всем законам термодинамики, начинает высасывать энергию из атмосферы и из толщи диска, подзаряжаясь для следующего цикла. Солнце находится в зоне нулевой гравитации, но если оно сдвинется вверх или вниз, то его притянет небо или земля. Чтобы этого не произошло, светило периодически корректирует своё положение плазменными выбросами в ту или иную сторону.

– Тридцать три раза масаракш! – выдохнул Владимир, когда осознал всю эту конструкцию.

«Оно самое, – подтвердил Меч. – Ну по крайней мере в этом меня можешь не винить. Эту шизанутую структуру закапсулированной мини-вселенной предложил ты сам, двенадцать воплощений назад. Дракону понравилась идея центра мира, из которого можно править и летать на охоту. Я был против, но разве же вы двое меня когда-то слушали?»

– Подожди-ка, ты сказал – закапсулированная. То есть отсюда вообще нет выхода?

«Обычным путём, через физическое движение – нет. Через портал или другими методами телепортации – можно запросто перебраться куда хочешь. Дракон, понимаешь ли, нормально ладил с магами, но недолюбливал космонавтику, как явление. Да и вообще технологии».

– Теперь уже нельзя, – очередной кусочек воспоминаний встал на своё место. – С момента Последнего Греха (кстати, драки называют его Единственным Подвигом) мир закрыт и для магического перемещения. Сюда открыть портал можно, как мы и сделали. Отсюда хода нет.

Меч в ярости взвыл, веретеном закрутившись в теле Хранителя. Это был жест отчаяния, так что Владимир не стал жаловаться. Тем более, что он уже привык к быстрой регенерации и больше не испытывал инстинктивного страха стать инвалидом от любого движения клинка.

«Драк побери! Это значит, что старый ящер действительно сдох! Капсуляция на межпространственном уровне – естественная реакция среды на умирание мира. Чтобы он не потащил за собой соседние резонансом… Вселенная отторгла нас, понимаешь? Носфер – раковая опухоль, которую нужно поскорее вырезать… если не найдём лекарства в виде кокона. Но если не получится… я с удовольствием поработаю скальпелем космического хирурга. Чай не в первый раз… Хотя боюсь, что в последний…»

– Так-так-так, хватит. Давай лучше искать коконы, пока тебе кровавая мстя совсем мозги не зациклила. Хотя нет, стоп, сначала надо кое-что сделать. Инна! Что там на горизонте?