Доктор Хаус, которого создал Хью Лори - Пол Челлен

Верная подруга

• Утром Хаус перемещается по кухне без трости.

• Хаус размещает ее напротив белой доски.

• Хаус преграждает тростью дорогу Кадди, когда она хочет зайти с ними в лифт.

• Форман и Хаус дерутся за трость.

Кто лжет

• Дэн говорит матери Мелинды, что уже неделю не виделся с ее дочкой.

• Хаус уверяет Вилсона, что он вымыл посуду.

• «И это твоя гениальная идея? Что кто-то врет?» — спрашивает Кадди. «Меня она ни разу не подводила», — отвечает ей Хаус.

• «Ей шестнадцать — соврите ей», — говорит мать Мелинды Форману после его заявления, что он не видит медицинских препятствий для посещения девочкой школы.

• Подростки скрывают, что они занимались сексом в ночь перед приступом Мелинды.

• «Врать родителям — это вообще-то правильно, но перед лицом смерти можно сделать и исключение», — говорит Хаус.

Смотровая

• Хаус одет в обычные пижамные штаны и футболку, когда отправляется в кровать. Вообще, его персонаж мог бы носить и что-нибудь более оригинальное, — но Хаус, как всегда, непредсказуем.

• Хаус упоминает фильм 1976 года «Мальчик в пластиковом пузыре», когда говорит: «Мамочка построила вокруг своего ангелочка пузырь, не хуже, чем у Траволты». В этом фильме Траволта играл роль мальчика с ослабленной иммунной системой. Хаус как раз того возраста, чтобы помнить этот фильм, на момент выхода фильма на экран ему было около семнадцати лет.

• Хаус в этом эпизоде употребляет слишком много сахара.

• В адресе Хауса потеряли букву «Б» — в этом эпизоде видно только 221.

• Когда Кэмерон и Чейз отправляют Дэна в ванную комнату для сбора спермы, Чейз его подкалывает: «И не думай о докторе Кэмерон — мы об этом узнаем». Кэмерон, не дождавшись анализа, через несколько минут обращается к Чейзу: «Жаль, это не ты сдаешь образец, тогда бы мы уже закончили». Хочется напомнить, что, как бы она над ним ни подшучивала, в серии 2.7 «Охота», когда Чейз сказал по поводу секса: «Это не было ужасно», она выглядела счастливой. Да и не похоже, чтобы она считала, что это было ужасно. Она поменяла свое мнение? Или просто привыкла к Чейзу, работая с ним бок о бок?

• «Это займет всего минутку, милый», — говорит Хаус Форману, когда тот требует пустить немедленно лифт. Хаус и Форман, Хаус и Вилсон, Хаус и Кадди — он уже поспорил со всеми, кроме своих юных коллег — Чейза и Кэмерон.

• Надо полагать, Вилсон настоящий мастер на все руки: как это ему удалось подпилить трость так, что Хаус мог спокойно разгуливать с ней целый день, прежде чем упасть? Хаус даже дерется за трость с Форманом в лифте — и ничего, трость не ломается. Конечно, быть может, это и явилось, той соломинкой, что переломила спину верблюду, поскольку несколько мгновений спустя Хаус уже валяется на полу в вестибюле.

• Мы видим Вилсона перед телевизором и по звуку можем определить, что он смотрит фильм Хичкока «Головокружение», — кстати, постер этого фильма висит и у него в приемной.

• В этой серии звучит песня Отиса Рэя «Боль в моем сердце». Напомним, что главная проблема пациентки — в ее пересаженном сердце.

Ляпы

• В сцене, где Чейз пытается интубировать Мелинду, на нем почему-то только одна перчатка.

В чем дело, док?

• Форман объясняет, как работает центрифуга, сообщая при этом родителям Мелинды, что белые клетки крови тяжелее, но на самом деле самые тяжелые — красные клетки крови.

2.17. Высокие ставки

Дата премьеры: 11 апреля 2006 г.

Сценарий: Дэвид Фостер

Режиссер: Фред Гербер

Приглашенные актеры: Лаура Аллен (Сара), Дэйлон Рииз (ребенок / Майкл), Парва Беди (учительница), Мишель Харрисон (Николь), Эл Эспиноза (доктор Велс), Картер Пэйдж (Иан), Маккензи Астин (Алан Алстон)

Постановка диагноза

Да, как-то так обычно получается, что в большинстве случаев пациентами Хауса становятся вдруг, прямо посреди бела дня, и далее мы можем наблюдать драматическую картину борьбы медицинского персонала за жизнь больного на протяжении ночи. А вот здесь все развивается по-другому: благотворительная вечеринка в госпитале оборачивается для Хауса битвой со старым врагом, а неплохим началом для серии могла бы послужить фраза: «Это случилось однажды ночью…»

В школьном экскурсионном центре беременная учительница со своими шестилетними учениками осматривает модель гигантского сердца (по иронии, отказ этого органа еще ожидает нас далее), как вдруг у нее начинаются схватки, и она просит одного из мальчиков, Иана, позвать кого-нибудь на помощь. Обнаруживается, однако, что помощь нужна и самому мальчику — его штанишки сзади залиты кровью.

А в госпитале работает благотворительное казино в пользу онкологического отделения, и весь персонал разодет в вечерние наряды — представьте себе, даже Хаус! Чейз заигрывает с медсестрами, Кэмерон поражает воображение окружающих шикарным красным вечерним платьем, заставляющим даже Хауса задержать на ней взгляд, а сам Хаус, Вилсон и Кадди непринужденно болтают за покерным столом. Игра прерывается с появлением дежурного врача, пришедшего сообщить Кадди, что в госпиталь поступил маленький пациент с поносом и обезвоживанием. Слова «кровавый понос» заставляют Хауса насторожиться, и, оставив Кадди с Вилсоном продолжать игру, он под предлогом проигрыша покидает вечеринку. Позже мы узнаем, что много лет назад Хаус потерял одну из своих пациенток, пожилую женщину по имени Эстер, так и не убедившись в правильности поставленного диагноза, поскольку ее семья не позволила провести вскрытие. С тех пор ее предполагаемый диагноз — болезнь Эрдгейма-Честера, или полиостотический склерозирующий гистиоцитоз, — стал, по выражению Чейза, навязчивой идеей Хауса. И теперь он подозревает, что у Иана дальше следует ожидать последовательного отказа почек, печени, сердца — и так до фатального конца. Его подозрения усиливаются после осмотра ребенка, у которого уже наблюдается атаксия. И вот Хаус собирает свою команду — на самую нарядную диагностическую сессию этого сезона.

При обследовании пациента Чейз рассказывает Форману, что он уже был свидетелем аналогичного случая, когда в госпиталь поступил водитель грузовика с кровавым поносом, но после болезненных тестов выяснилось, что он просто-напросто отравился бутербродом с несвежим сыром. Да, эта серия явно дает нам понять, с какой самоотдачей готов работать наш главный герой, — не только и не столько на благо пациента, сколько стремясь получить ответы на свои собственные вопросы. Мы видим, как он может себя повести, когда все складывается против него и болезнь никак не поддается диагностике, — что ж, характера ему не занимать. Иану все хуже, и, когда у мальчика уже отказывает сердце после проведенной биопсии, его родители отправляются на поиски Кадди. Та запрещает Хаусу даже приближаться к ребенку. Хаус же в своем стремлении найти разгадку впадает в малоадекватное состояние и громит не только двери кладовки в попытке заполучить кофе, но и свою белую доску, — он, прямо как герой Чака Норриса, желает продолжить свою битву с болезнью один на один.

Итак, у Хауса в распоряжении только три небольших образца ткани сердца мальчика и при этом семь возможных диагнозов — на каких же тестах следует остановиться? Команда решает исключить наиболее очевидные диагнозы, понимая, что их проверит Кадди, — и тут Хаус неожиданно требует, чтобы они провели тест на болезнь Эрдгейма-Честера повторно. Быть может, анализ, выполненный в начале диагностики, оказался отрицательным из-за того, что болезнь еще не успела развиться? На эту мысль Хауса наталкивает восклицание выигравшего в покер Вилсона по поводу «туза в рукаве». Команда пытается сопротивляться, но мы уже знаем, как редко ошибается их шеф, — и, конечно, в результате повторного теста диагноз подтверждается. Мальчика начинают лечить, а Хаус с Вилсоном встречают рассвет за игрой в покер — старый враг Хауса повержен.

Интересные моменты

• Хаус непринужденно прерывает флирт Чейза с барышней на вечеринке, громогласно спрашивая: «Эй, как там твоя анальная трещина — уже зажила или все еще подтекает?»

Верная подруга

• На осмотре Хаус предлагает мальчику схватить трость — с целью диагностики атаксии.

• Хаус сбивает тростью замок на кладовке в попытке добыть кофе.

• Хаус опрокидывает тростью белую доску.

Кто лжет

• Лжет сама болезнь, не проявляясь в диагностических анализах на своей начальной стадии, — причем в обоих случаях, и с Эстер, и с Ианом.

• Если считать блеф ложью, то Кадди говорит: «О, хладнокровный блеф. Надо было уделять побольше внимания своим картам и поменьше пялиться на мою грудь».