Бал виновных (СИ) - Рейн Леа

Ни донья Адриана, ни Иван не нашли, что ответить. Впрочем, вопрос этот тут же забылся, потому что к ним уже подобрались бледные от ужаса Альба и Адель, которые вцепились друг в друга, словно были друг для друга единственным спасением.

– Девочки, лучше вам не смотреть на это, – сказала донья Адриана, обняв их обеих.

– Мы уже все видели, мама, – ответила Альба, едва сдерживая слезы. – Это просто несправедливо… Она ведь… Она была такой хорошей…

Иван отошел от них на несколько метров, лишь бы не слышать всхлипы Альбы и не винить себя ещё сильнее. Дон Хоакин остался один, но ненадолго, потому что к нему подошла донья Беатрис с крайне возмущённым, но в то же время встревоженным видом.

– Как ты вышла? – спросил дон Хоакин.

– Горничная, – коротко ответила та. – А ты, я вижу, тут тоже отлично провел время.

– О чем ты? – спросил он.

– Это ты так бедняжку?

– Ты дура, раз так думаешь, – сказал мужчина, не на шутку оскорбившись.

– Как докажешь?

– Я ссорился с Иваном, когда прозвучал выстрел. Можешь спросить у него.

– Дорогие гости! – воскликнула на весь вестибюль донья Канделария. – Прошу вас, разойдитесь по своим комнатам. Не стоит на это смотреть. Мы уже вызвали полицию, так что не бойтесь. И не стоит беспокоиться по поводу вашей безопасности, убийца вас не тронет.

– С чего такая уверенность? – спросил какой-то сеньор из толпы. – Думаю, эта девушка тоже была уверена, что ее тут никто не тронет. Однако все произошло вот так!

– Вы неправы, сеньор, – возразила владелица отеля. – У этой девушки были проблемы. Убийца приходил только по ее душу, так что вам беспокоиться не стоит.

Альба, стоявшая в толпе, задохнулась от возмущения и дернулась вперед, чтобы вступиться за Андреа, но донья Адриана её остановила, тихо проговорив:

– Не нужно, дочка.

– Но это ложь! – возразила та.

– Возможно, эта ложь спасет нас от ярости клиентов. Твоя бабушка знает, что делает.

Гости и вправду стали медленно расходиться, и вскоре в вестибюле остались только Гарсиа и обслуга. Значит, слова подействовали. И совсем неважно, что они были лживыми.

Донья Беатрис подошла к Альбе и Адель и покачала головой, что девушки отлично поняли – этот день не принёс ничего, кроме очередной смерти.

– Беатрис, Альба, прошу вас, зайдите ко мне в кабинет, – сказала донья Канделария, подойдя к ним.

Они переглянулись, но спорить не стали. Альба сказала Адель, чтобы та шла в номер и рассказала обо всем Йону, а после последовала за бабушкой, стараясь не смотреть на тело около стойки регистрации. Но не смотреть на него было просто невозможно, и от этого все в животе скручивалось в тугой узел, а глаза щипало от горьких слез. Спасительные двери кабинета моментально поглотили девушку, и она смогла хоть немного, но абстрагироваться от этого ужаса.

– Что вы хотели? – спросила донья Беатрис.

– Когда я вышла из кабинета, – начала говорить донья Канделария. – И когда увидела ее тело, то обнаружила в ее руках папку. Это были документы дона Игнасио, и я их сейчас же уничтожу в печи на кухне. Прискорбно, что такое произошло с этой бедняжкой. Я даже представить не могу, как она нашла эти документы. Но теперь Йон может вернуться и стать полноценным членом семьи. Верните его в отель, я завтра объявлю всем, что он станет новым управляющим и совладельцем отеля. А после моей смерти весь отель будет принадлежать только ему.

***

– Что? – спросил Йон, как только в комнату влетела Адель. Выстрел он слышал, и все это время мучился от неизвестности, ведь ему пойти со всеми остальными не позволили. – Что там произошло?

– Андреа… – сказала девушка, переводя дыхание. – Ее убили. Прямо в вестибюле.

– Что?! – воскликнул он. – Что же, черт возьми, происходит?!

– Я не знаю. Но теперь мы можем с уверенностью сказать, что она не причастна ни к чему, что происходило в вашей семье.

– Зачем ее убили? Раз она не была причастна, то за что ее убили?!

– Я не знаю. Скоро приедет полиция. А донья Канделария позвала Альбу и донью Беатрис в свой кабинет. Не знаю, что она хотела, но я уверена, что это связано с тем, что произошло только что. Дождемся их и узнаем подробности.

Ждать их пришлось недолго, но все же очень мучительно. Йон никак не мог уложить в своей голове убийство Андреа. Она только приехала, какую опасность она могла представлять для убийцы? Ведь убийца убивает только тех, кто чем-то ему мешает. Но чем ему могла помешать она? Она же о семье ничего не знает и уж точно ни на что здесь не претендует!

Донья Беатрис и Альба появились через десять минут. Бледные, потрепанные и разбитые. Альба вообще была раздавлена так, что еле стояла на ногах, и Адель пришлось подхватить её и усадить на кровать. Йону вдруг захотелось её крепко обнять, но он сдержался и вопросительно посмотрел на донью Беатрис, которая держалась очень стойко.

– Йон, ты сейчас же переезжаешь туда, где тебе надлежит жить по праву, – произнесла она.

– У Андреа были документы, – решила пояснить Альба, посмотрев на него красными от слез глазами, от взгляда в которые разорвалось сердце. – Теперь они у бабушки.

– Значит, ее убили из-за документов?! – воскликнул Йон.

– Не думаю, – ответила донья Беатрис. – Документы не забрали. В нее просто кто-то выстрелил и убежал. Не знаю, чем эта девушка могла помешать. Очень жаль. Но теперь ты возвращаешься туда, где должен быть. Завтра тебя объявят новым управляющим отеля.

– Да, и какой ценой я это получил…

Глава 15. Новый владелец отеля

За окном уже занялся рассвет. Яркие лучи солнца пробрались сквозь шторы и упали на лицо. Йон открыл глаза и сначала даже не понял, где находится. А находился он в своей комнате, в которую его когда-то давно – по крайней мере, казалось, что давно, – поселила донья Беатрис. Эта комната зеркально повторяла комнату Адель, где Йон прожил несколько дней, и сначала было непривычно, что здесь все расположено с точностью да наоборот. Но вскоре он приноровился, вспомнив, как жил тут до своего изгнания. На секунду он даже почувствовал, что никакого изгнания не было вовсе, но зашитая на боку рана и не прошедшая даже после сна усталость моментально напомнили ему обо всех его злоключениях.

Йон подобрался к шкафу, отметив для себя, что дверцу, которую он проломил насквозь, когда напился, заменили, и посмотрел на себя в большое зеркало. Он не часто смотрелся в зеркала, и теперь увидел просто разительные перемены в своем лице. Когда он работал официантом, его лицо было свежим и даже немного по-детски пухлым. Но теперь он выглядел так, словно повзрослел на десять лет. В уголках глаз появились маленькие морщины, кожа огрубела, а черты сильно заострились. Все, что он пережил, буквально отразилось на его внешнем виде.

Но Йон понял, что поменялся он не только внешне. Если раньше он был сорванцом, которому больше воздуха нужны были всякие переделки, то теперь ему хотелось лишь покоя и безмятежности. Однако пока главный убийца не пойман, покой ему не светит.

Йон изучал себя в зеркале недолго. Он открыл шкаф, вытащил чистое полотенце, которое вчера перед сном принесла горничная, и отправился в ванную. Раны уже не болели так сильно, но зажить еще не успели – несколько швов и царапин пересекали тело, а сухие корки стягивали кожу на руке. Когда Йон помылся и вышел из ванной, то обнаружил на уже застеленной кровати чистый костюм темно-синего цвета. Он тут же переоделся, зачесал свои кудрявые волосы назад и стал выглядеть абсолютно другим человеком. Да и чувствовать себя стал совсем иначе. Настоящий сеньор. Наследник отеля, будущий хозяин всего этого здания и прилегающей к нему территории. Все это будет его собственностью. Только сейчас Йон начал понимать, как сильно на самом деле поменялась его жизнь. Человек, который имел в собственности только жиденький узел со скромными пожитками, вдруг обрел целый замок и почти стал его владельцем.