Утро Судного Дня - Александр Мазин

– «И сказал Господь: „Вопль против Сдома и Аморы велик, и грех их очень тяжел, – речитативом произнес собеседник Гривы, мерно покачивая головой. – Сойду и посмотрю: если они поступают так, как доносят до Меня крики, – тогда конец; а если нет, то буду знать“».

Грива пристально посмотрел на своего собеседника. Что-то изменилось за последние несколько минут. Сдом и Амора, это, надо полагать, Содом и Гоморра. К чему эта цитата?

– Это из книги Берешит, – по-своему истолковал взгляд Гривы хозяин дома.

– У нас ее называют «Бытие», – сказал Грива. – История о Содоме и Гоморре. Там еще что-то о праведниках. И соляном столбе. Притча о том, что нельзя оглядываться назад, так?

– Не так! – покачал головой Миша. – Сказано: «не смотри назад с сожалением». И это позже. А я говорю о том, что десяти праведников было бы достаточно, чтобы Господь пощадил Сдом и Амору. Но их не нашлось. И наказание свершилось. «Господь пролил на Сдом и Амору дождь из серы и огня», – процитировал он нараспев. – «От Господа, с неба. И перевернул эти города, всю долину, всех жителей тех городов и земные растения». – И добавил обычным голосом: – Похоже на «ифрит», верно? Сдом и Амора сейчас здесь! – произнес он с глубокой убежденностью.

– Тогда надо бежать, – Грива улыбнулся. Пафос этого человека показался ему забавным. И чему только не уподобляли феномен спонтанной деструкции. А уж к Содому и Гоморре его приравнивал, считай, каждый второй проповедник христианского толка.

– Зачем? – Собеседник пожал плечами. – Бежать неизвестно куда и неизвестно от кого – глупо. Бежать надо, когда настанет срок.

– А если он уже настал? – спросил Грива. Просто так, чтобы поддержать разговор, смысла которого он пока не уловил.

– Еще нет, – очень серьезно сказал собеседник Артёма. – Господь даст знать, когда придет время. – И произнес, прикрыв глаза: – «Они сказали Лоту: „Кто еще у тебя в этом городе? Зятьев, сыновей, дочерей – всех, кто есть у тебя в городе, выведи из этого места. Ибо мы уничтожаем это место, так как велик вопль о них перед Господом, и послал нас Господь уничтожить его“».

– Ну и гордыня у вас, Миша, – отметил Артём. – Уподобить себя праведному Лоту…

– Для народа Израилева гордость – не грех, – ответил Майкл-Миша. – Кроме того, у меня есть все основания рассчитывать на благосклонность Господа.

– Почему, позвольте узнать?

– Разве я не пригласил вас в свой дом? Кроме того, моя фамилия… – он улыбнулся лукаво, – Лотман. Пойду-ка я наверх, посмотрю, что там. С терминалом вы и сами разберетесь. Отдыхайте, мой господин. Еда – в холодильнике. Если вам, конечно, нужна еда…

– Я бы и от пива не отказался, – Грива тоже усмехнулся.

– Пива нет, – развел руками хозяин. – Есть хорошее кошерное вино. Пожалуй, и я выпил бы с вами, мой почтенный гость, бокальчик-другой.

– И все-таки, Миша, почему вы решили, что я… не совсем обычный человек? – спросил Грива, когда опустела вторая бутылка.

– Интуиция, – хозяин убежища поглядел на Артёма лукаво и добавил: – И мои глаза. Вам следует поработать со своей внешностью, мой почтенный гость.

– А что не так с моей внешностью? – удивился Грива.

– Речь ваша – речь зрелого мужа, ваш взгляд исполнен мудрости, а облик… – Миша усмехнулся. – Думаю, ни один бармен Сан-Франциско не рискнул бы налить вам мартини.

Бронещиты в русском консульстве подняли спустя шесть часов. По распоряжению консула. Действия штабс-капитана Буркина были одобрены. Высочайше одобрены, поскольку об инциденте доложили лично Государю. Тем же утром премьер-министр России позвонил американскому президенту и выразил ему благодарность за «своевременную дипломатическую инициативу». Взрывы «коллапсных» ракет были зафиксированы как американскими, так и российскими средствами наблюдения. Америка послала официальный запрос в Комитет по выявлению и пресечению несанкционированных научных исследований: не проводит ли в настоящее время «Аладдин» какие-либо операции в районе Сан-Франциско?

Комитет ответил отрицательно. Это было чистое вранье. К утру в городе действовали шесть «полевых» групп. Агентурная сеть и все средства наблюдения и контроля работали в форсированном режиме. Хотя, согласно докладу координатора (поддержанному «Головастым»), вероятность нахождения беглого майора Гривы в городе была незначительна. А в консульстве его не было точно. После снятия защиты здание просканировали от крыши до подвалов. В консульстве была девушка оттуда. Но отбивать ее сейчас сочли нецелесообразным. Никуда она не денется. Пусть пока поработает приманкой для главной дичи.

Руководство «Аладдина» достаточно спокойно отнеслось к провалу этого этапа операции. Причины неудачи были проанализированы и признаны чисто техническими. Плюс грубые ошибки, допущенные координатором, во-первых, пославшим группу зачистки без предварительной глубокой разведки, во-вторых, проявившим преступную медлительность.

– Вынул импульсник – стреляй! – сказал по этому поводу один из входивших в Президиум Комитета специальных координаторов. – Если бы операцией руководил Хокусай Танимура, объект был бы уже взят.

– Хокусай Танимура – под подозрением! – заявил специальный координатор Ю, «Червь-Дракон». – Побег объекта…

– Чушь! Доказано, что Хокусай не причастен к отключению режима безопасности базы!

– Ничего не доказано!..

Но в целом мнение руководства «Аладдина» было практически единогласным. Сошлись на том, что даже провалившаяся операция принесла определенную пользу: дала информацию о том, что у русских появились новые системы защиты.

Глава тринадцатая

Бандиты

Грива намеревался уйти утром, но Миша уговорил его остаться в убежище еще на один день.

Грива согласился. На то были достаточно серьезные основания. С помощью системы наблюдения Грива обнаружил, что вокруг консульства соглядатаи так и кишат. Судя по тому, что между этой публикой несколько раз возникали короткие, но довольно жесткие (один раз дошло даже до смертоубийства) столкновения, соглядатаи относились к разным ведомствам. Добрая половина этой оравы была в мимикрирующем камуфляже и практически невидима не только для обывателей, но и для полицейских патрулей. Один из таких орлов засел в кустах на Мишином участке. Маскировка у него была превосходная, но и она воспроизводила только те ветки, которые закрывал от взгляда хозяин комбинезона. И никак не учитывала ту растительность, которую он пригибал. Впрочем, разглядеть его мог только наметанный глаз и только со стороны дома. С фасада он был замаскирован прекрасно и во всём доступном спектре.

Вторая половина шпиков от посторонних взглядов не пряталась, но старательно изображала людей случайных. Однако в соседствующем с консульством открытом кафе, наверное, никогда не было такого наплыва посетителей, как в этот день. Эти ребята вели себя мирно, никого не трогали и без возражений предъявляли карточки полицейским, которые появлялись в кафе уже дважды.

Охрана консульства была усилена. За прозрачными дверьми маячило аж шестеро охранников, причем не в жандармской форме, а в тульских брониках «Витязь». Броники были мощные – не ниже четвертого уровня, но малокомфортные из-за плохой вентиляции. Впрочем, последний раз Грива надевал такую броню восемь лет назад, на полигонных тренингах. За восемь лет дефект вполне могли устранить.

Когда Гриве надоело изучать окрестности, он виртульно «прошелся» по дому, с ходу «угодил» в спальню, в которой абсолютно обнаженная девушка занималась интимной стрижкой, мысленно извинился – и вернулся к внешнему наблюдению. Вторгаться в личную жизнь семьи своего спасителя Грива счел недостойным.

Это было ошибкой. Морально-этические нормы хороши в мирное время. В военное же в первую очередь следует думать о безопасности.

Как они проникли в дом, Грива не заметил. Просто обратил внимание на грузовой модуль, остановившийся у соседского забора. Внимание Артёма привлекло то, что водительский колпак модуля был затонирован. Грива чуть-чуть сместил спектр обращенной к модулю камеры, и тонировка перестала быть помехой. Сначала Грива решил, что водитель принадлежит к одной из компаний соглядатаев. Даже когда выяснилось, что наблюдает водитель не за консульством, а за домом, под которым находился Артём, это тоже не показалось Гриве странным. Он предположил, что водитель может контролировать или подстраховывать шпиона в кустах. Но на всякий случай Артём решил все-таки проверить, что происходит в самом доме…

И очень вовремя.

Первым, на кого «наткнулся» Грива, был обосновавшийся в гараже коренастый китаец в пластиковой спецодежде то ли электрика, то ли сантехника. Спецовка сидела на парне очень естественно, но сам парень у Гривы вызвал самые серьезные подозрения. Артём никогда не встречал сантехников, которые использовали бы для прочистки труб парализаторы и импульсники. А ведь именно эти замечательные устройства парень держал в руках.