Утро Судного Дня - Александр Мазин

– Недурно! – уважительно проговорил Артём. Шестой сектор – это стратегический отдел Управления внештатных ситуаций. Элита внешней разведки.

– Да что мы через стенку говорим! – спохватился Буркин. – Дежурный! Пропустить!

– Сожалею, господин штабс-капитан, но у меня приказ дежурного по учреждению – этого человека не пускать, – в голосе унтера не было и намека на сожаление. Только искреннее удовольствие нижестоящего, который может с полным правом послать к черту старшего по званию.

– Вызови его, быстро!

На этот раз унтер воздержался от комментария. Просто вызвал начальство.

«Начальство» явилось еще более недовольное, чем в прошлый раз.

– Хорунжий Шмалько, почему не пропускаете на территорию российского гражданина? – металлическим голосом произнес Буркин.

– Потому что есть серьезные сомнения в его личности, – заявил дежурный. – А я отвечаю за безопасность…

– Его личность я свидетельствую, – перебил Буркин. – Надеюсь, моего свидетельства достаточно, чтобы развеять ваши сомнения, хорунжий?

– Вполне. Пропусти парня, унтер-офицер. А девушка пусть пока погодит. Она ведь не гражданка России, так?

– Она – моя жена, – сказал Артём.

Ему ничего не стоило пройти «сквозь» застывшего с грозным видом унтера, но он решил пока воздержаться от применения силы. Хотя ситуация с каждой минутой нравилась ему всё меньше и меньше.

– Но не гражданка России, – утвердительным тоном произнес хорунжий. – Следовательно, пропустить ее на территорию консульства без санкции консула я не имею права.

– Шмалько, не дури, – сказал Буркин.

– А я не дурю, а выполняю свои обязанности! – Дежурный с вызовом посмотрел на Буркина. – Хочешь – беги за консулом.

– Срываешь мне оперативную разработку, Шмалько! – процедил Буркин.

– Меня о ней не информировали! – парировал хорунжий.

Что-то в нем не укладывалось в образ ленивого тупого служаки. Он словно ждал чего-то… И слишком долго копался в базе, выискивая данные Артёма. И почему-то знал, что Даша – не русская…

– Я схожу за консулом, – вызвался Грива-старший.

– Поздно, – сказал Артём. – Они уже летят.

– Кто – они? – спросил Буркин.

– Сейчас объясню, – сказал Артём.

Плавное движение вперед, удар ребром ладони по шее унтера… И вот уже выдернутый из кобуры падающего унтера импульсник смотрит между глаз хорунжего Шмалько.

Увидев направленную в лицо линзу импульсника, хорунжий побледнел и попятился.

– Сдал меня, крыса? – осведомился Артём.

– Я… Вас… С чего вы взяли, майор?

– Артём, ты что? – Буркин сделал движение, собираясь прикрыть хорунжего.

– Стой на месте, Валера, – попросил Артём. – А еще лучше – влезь в комп и посмотри, куда ушел последний мессидж. А ты, ублюдок, только дернись! Я с большим удовольствием выжгу тебе мозги!

Буркин спорить не стал. Наклонился к панели компьютера.

– Парень, ты что-то напутал, – хорунжий, похоже, переборол первый ужас. Хотя челюсть у него дрожала. И хвататься за оружие он не рисковал.

– Только что я был майором, – заметил Грива. – А теперь снова – парень?

– Так в вашем досье…

– Есть! – перебил его Буркин. – Кодированный импульс на спутник. Код чужой.

– Спутник тоже, – сказал Грива. – У тебя три секунды, крыса, чтобы передать, что я ушел.

– Я не…

– Раз…

– Вы не…

– Два…

– Я передам, сейчас! Можно? – Буркин стоял так, что хорунжему было не подобраться к компьютеру.

– Пусти его, Валера, – сказал Артём. – А ты, крыса, не вздумай еще раз нашалить! – предупредил Грива. – Пристрелить тебя я точно успею, иуда! Валера! Я сейчас уйду. Так надо. Сразу после этого активируй защиту. Есть вероятность, что они рискнут атаковать консульство.

– Они – это кто? – спросил Буркин.

– «Аладдин».

– Вот даже как… – По лицу штаб-ротмистра было заметно, что новость его не обрадовала.

– Извини, так получилось, – сказал Грива. – Поверь: это не только мои игры…

– Ничего не говори! – перебил Буркин. – Я все сделаю, Артём. Все, что смогу.

– Спасибо! Крыса, ты закончил?

– Да, да! Пожалуйста, не стреляйте! Вы же обещали…

– Ничего я не обещал! – сказал Грива и врезал рукоятью импульсника по трясущейся челюсти хорунжего Шмалько.

– Батя, оставляю тебе Дашу. Позаботься о ней.

– Тёмка, не дури! Куда ты собрался?

– Бать, так надо. Я справлюсь. Если останусь, будет намного хуже. Тогда они не остановятся ни перед чем. А так у вас есть шанс. Прости! И – до свиданья!

Артём обнял отца. Потом – Дашу. Шепнул:

– Родная моя, я сейчас уйду. Но обязательно вернусь. Обязательно!

Грива исчез. Растворился в темноте за пару минут до того, как Буркин услышал смягченный глушителями вой штурмовых геликоптеров.

Слабая надежда на то, что Артём сгустил краски, умерла.

Штабс-капитан сдвинул предохранительную пластинку и тронул сенсор. Бронещиты поползли вниз, закрывая окна и двери. Завыла сирена, поднимая караульное отделение. В этом вое утонул тоненький, на пределе слышимости, писк включившихся генераторов. Крохотный клочок России на западном краю американского континента теперь был полностью экранирован от любых электромагнитных воздействий: от «тонких» проникновений до мощного боевого импульса, сокрушающего всю электронику. Печальный опыт Лас-Вегаса пошел на пользу России. Таким вот силовым щитом, созданной и внедренной в считаные месяцы разработкой Департамента информации, теперь были укомплектованы все стратегические объекты Российской империи и ее представительства за рубежом, имеющие прямой выход на правительственные информационные линии.

Теперь «зачистить» русское консульство можно было только грубой силой…

Руководивший операцией «Аладдина» офицер из отдела внутренних операций дать такой приказ не рискнул. Геликоптеры повисли над «закуклившимся» консульством, а командир послал запрос руководству.

Руководство (в лице недавно повышенного в звании полковника Хо Фэна) в свою очередь запросило «Головастого».

Сообщение хорунжего Шмалько уже достигло главного «мозга» «Аладдина». В считаные мгновения оно было проанализировано, сопоставлено с данными, полученными со спутников, и психологическими характеристиками обоих «объектов», и результат этой работы высветился на дисплее координатора Хо Фэна.

«Вероятность нахождения первого объекта на территории консульства – 17 %, второго – 89 %».

Хо Фэн, доверенное лицо Главного Консультанта Сяо Сяня, не испытывал дружеских чувств по отношению к беглому майору, но знал, что доктору оба «объекта» нужны живыми. Хо Фэн также знал, что доктор Сянь – один из немногих этнических китайцев Комитета, придерживающийся умеренных взглядов. Он одобрил бы силовую акцию, если бы в результате ее удалось вернуть Комитету оба «объекта». Но ввязываться в драку за «вероятность 17 %»… И вдобавок на недружественной «Аладдину» территории США, где только и ждут возможности реванша за лас-вегасскую оплеуху…

Словом, в ответ на совершенно конкретный вопрос командира силовой группы сверху поступило не слишком вразумительное: «Действовать, сообразуясь с обстоятельствами и по возможности избегая ситуации, могущей повлечь неблагоприятные политические последствия».

Впрочем, для командира этот ответ был вполне понятен. «Если будут проблемы – козлом отпущения будешь ты».

А проблемы будут наверняка, потому что обеспечение операции – очень слабое. Никто не ожидал, что брать придется не обычный жилой объект, а укрепленную точку…

Но если операция завершится удачно, тогда все лавры достанутся ее координатору. Победителей не судят. Особенно в их организации…

Удар был нанесен внезапно. И нанес его не «Аладдин».

Три призрачные тени прошли над Сан-Франциско. РЛС висящего на геостационарной орбите аладдиновского спутника «видела» их, но пребывала в полной уверенности, что поднятые по тревоге перехватчики идут за ложной целью. Сверху, из космоса, геликоптеры «Аладдина» обнаружить было невозможно. Однако младший брат «Головастого» не учел, что США – отсталая страна и помимо космических систем наблюдения имеет и наземные: старенькие локаторы морской охраны. Они-то и произвели целеуказание.

Шесть ракет с «коллапсными» боеголовками, выскользнувшие из-под крыльев перехватчиков, были для «мозгов» спутника сюрпризом. Две секунды полета, отделявшие ракеты от целей, огромный срок для «мозга». Куча времени, чтобы перехватить управление геликоптерами… И слишком мало, чтобы увести их из-под удара.

«Коллапсные» боеголовки предназначены для поражения целей на малых высотах. При умеренных размерах цели все ее вещество превращается в плазму, газ и мелкую пыль. Геликоптеры были достаточно крупной целью, но в каждый из них попало по три ракеты, так что необходимый эффект был достигнут. Две ослепительные вспышки, удар грома… Жители Сан-Франциско, разбуженные грохотом, решили, что будет ливень. Но вместо дождя с небес осыпалась мелкая серая пыль.