Китайцы. Особенности национальной психологии - Николай Спешнев

Китайская эротология ориентирована не на принцип удовольствия, а на принцип пользы, и здесь на первое место выходит рационализм. Китайские трактаты написаны с мужской точки зрения и адресованы исключительно мужчинам, а многие обращены непосредственно императору, обладателю гарема. Китайская эротология содержит множество полезных советов и рекомендаций относительно техники полового акта, правильного дыхания, питания и т. д. Даосская медицина настоятельно рекомендует мужчинам бережно расходовать семя, но не ценой воздержания, а с помощью специальной техники. Семя — носитель жизненной силы. Термин цзин выражает идею непосредственного тождества сексуальной и психической энергии.

Полноценной личностью китаец признается лишь после того, как обзаведется собственным ребенком. Здесь на первое место выходит культ предков, требующий производства потомства для служения праотцам. В этой связи отсчет возраста ребенка начинается с момента его зачатия, таким образом, к моменту рождения ему условно уже исполнился год.

Указанная в «Неофициальном жизнеописании ханьского государя Воинственного» дата — 110 г. до н. э. — традиционно считается фиксирующей начало китайской эротологии. При раскопках ханьских могил Мавандуй (№ 3) в г. Чанша провинции Хунань в 1973 г. были обнаружены четырнадцать медицинских текстов, относящихся к 168 г. до н. э. Три из них являются сексологическими, это «Десять вопросов», «Методы соития инь и ян», «Лекции о сверхдао во вселенной». В дополнение к вышеназванным трактатам можно добавить «Методы полового сношения между инь и ян». В промежутке между доханьским периодом и династией Тан подобные пособия имели хождение в обществе, и их насчитывалось по меньшей мере двадцать.

И все же китайское общество на протяжении многих веков выглядело пуританской обителью, где строжайший конфуцианский этикет запрещал мужчине и женщине несанкционированно даже соприкасаться руками, не говоря уж о платонических поцелуях или о чем-то большем. «Классическая китайская литература поражает общим уровнем стерильности, что, в свою очередь, рождает два противоположных друг другу предположения: или столь эффективным было официально-конфуцианское табуирование, загнавшее весь словесный эрос в темное подполье подтекста, искусных намеков и многозначительных недомолвок, столь характерных для китайской литературы в целом, или же китайцы просто-напросто сумели успешно решить жгучие проблемы пола, лишив их необходимого для литературы ореола трагической неразрешимости. Последнее предположение может быть подкреплено сведениями о том, что в Китае, как уже отмечалось, издавна различались любовь, секс и брак, допускалось многоженство и большая степень сексуальной свободы». [20, с. 30–31].

Определенный интерес в этой связи представляет собой книга «Sex in China». Ее автор, F. F. Ruan, покинул Китай в конце 1985 г. В книге, в частности, сделан подробный обзор древних трактатов, в которых в той или иной степени упоминаются высказывания китайских мыслителей относительно сексуальной жизни в качестве важной составляющей в жизни китайца. Отдельная глава посвящена гармонии инь и ян, где рассматриваются взгляды на секс в трактовке конфуцианской школы, даосизма и буддизма.

Исследователь отмечает, что Китай — страна эротических парадоксов. Столетия тому назад сексуальность была окружена ореолом, возвеличена. Это было наслаждение жизнью, которое даже гарантировало бессмертие. Нынешний политический климат — это климат сексуальных репрессий. Сегодня в Китае расстреляны 42 издателя эротических материалов и изъято более 100000 «порнографических» изданий только в одном городе. Это страна, где ограничены танцы в общественных местах, но 80 % людей одобряют секс до брака. Первый тираж инструкции поведения в брачную ночь составил 4 миллиона.

В прежних изданиях на эту тему речь в основном шла о сексуальной жизни в Древнем Китае. В этой связи автор анализирует сексуальную жизнь Китая в течение трех тысяч лет вплоть до сегодняшнего дня. Книга содержит в том числе и краткое описание гомосексуальности, лесбиянства, транвестизма, транссексуальности и проституции в современном Китае [192].

О. М. Городецкая в статье «Искусство “весеннего дворца”» пишет о том, что сексуальная жизнь в Китае в старые времена мало отличались от европейской. «Вообще женское самоудовлетворение через подглядывание, мастурбацию или посредством лесбийской любви было крайне распространенным явлением в традиционном Китае» [20, с. 89]. Это было вызвано, в частности, тем, что обитательницы гаремов могли долго оставаться без внимания. В продаже были искусственные пенисы. Для обозначения лесбиянства существовал лирический термин «любовь к ароматной наперснице».

Для чистой Небесной гармонии мужеложество было явлением чуждым, тем не менее оно была распространено достаточно широко. Согласно свидетельствам, гомосексуализм был развит в Китае еще во времена великой Ханьской империи [196, c. 91]. Это было связано с необразованностью и бесправным положением женщины. Гомосексуализм процветал также в актерской среде, где не было женщин. Подростково-профессиональный гомосексуализм был в Китае своеобразным дорогостоящим элитарным удовольствием, родители для этой цели даже продавали своих детей. Заметим, что, согласно даосской концепции, в этом смысле «мужчина и женщина равноценны».

Проблемами секса в древнем и средневековом Китае занимались такие ученые, как Ван Гулик и Нидэм. Во времена династий Тан, Сун, Мин и Цин существовало немало материалов, посвященных этой теме. Именно при Цинах, начиная с 1850 г., возникло негативное отношение к сексу, которое в дальнейшем имело место в Китайской Республике и долгое время в КНР. Нынешнее поколение молодежи в Китае требует более открытой сексуальной политики в стране.

Сама проблема секса находит свое отражение в таких областях науки, как биология, медицина, психология, социология, этика, политика и право.

В книге «Китайский эрос» рассматривается также концепция инь и ян. Все предметы и события есть продукты двух элементов, сил или принципов: инь — негативного, пассивного, деструктивного и ян — позитивного, активного и конструктивного. Конечно, было вполне естественным, что доктрина инь и ян стала основой сексуальной философии китайцев. Единство или комбинация инь и ян описывает процесс сексуального соития. Согласно «Хань шу» (Истории династии Хань), созданной Бань Гу [20, с. 32–92], самыми ранними терминами в классической китайской сексологии были инь дао «путь инь» и ян ян фан «метод содержания (воспитания) ян в хорошей форме».

Считается, что конфуцианцы негативно относились к вопросам секса, но это не совсем корректно. Сам Конфуций действительно никогда прямо на эту тему не высказывался. В этом отношении не следует путать жуцзяо и позднее конфуцианство. Когда обычно перечисляют темы, которых философ не касался, то в них не указан секс. К неверному пониманию проблемы может привести и не точность перевода. Так, у Мэн-цзы сказано: «Еда и плотское соитие есть человеческая натура». Английский синолог Д. Легг перевел «сэ» как цвет: «Наслаждаться едой и цветом есть натура человека». У Конфуция в «Лунь юй» в книге 9, главе 18 сказано: «Я не видел человека, который бы любил добродетель в такой же степени, как секс».

Китаец любит праздность, отдых, считая свой организм ослабленным. Отсюда всевозможные лекарства укрепляющего действия (бу яо). Психические заболевания и стрессы китайцы считают следствием пошатнувшегося здоровья, а вовсе не психики. В прошлом считалось, что секс — это лекарство подобного типа, где инь и ян взаимно дополняют (укрепляют) друг друга. Для китайцев нехарактерно состояние депрессии, чаще отмечается ипохондрия.

Ли Иньхэ в 2002 г. в Пекине выпустила две книги: «Чувственность и секс у китайских женщин» и «Сексуальная любовь и брак у китайцев», которые рассматриваются автором как дилогия [88; 89]. Автор приводит интересный материал, анализируя типичные качества или признаки, по которым современные жених или невеста (возможно, не без участия родителей, как в старые времена) выбирают себе спутника жизни. Пытаясь вывести некоторые закономерности или теоретическую модель, она ссылается на Б. И. Мурштейна, автора теории «ролевой совместимости», который предлагает пять таких моделей: 1) выбор остается за родителями; 2) физиологические потребности превалируют над социальными факторами выбора (по Фрейду); 3) принцип взаимной компенсации, когда энергичный, доминирующий мужчина предпочитает покладистую женщину, или мужчина, которому нравится обходительность, выбирает женщину, которая умеет быть заботливой; 4) в результате социализации на первый план выходят ценностные категории; 5) теория просеивания, в которой подчеркивается процесс, во время которого происходит взаимное узнавание и возникновение чувств.