Китайцы. Особенности национальной психологии - Николай Спешнев

Для традиционной китайской этики характерны также эмоциональность и чувствительность. Это тоже является продуктом соединения семьи и государства. Эмоциональность проявляется в любви к людям, преданности, умении сдерживать себя, почитании родителей, мудрости, смелости, снисходительности, доверчивости. Об этом уже шла речь, когда рассматривались такие понятия, как жэньцин, мяньцзы, гуаньси (знакомства, авторитет, чиновники). Все эти качества и те, о которых речь пойдет ниже, имеют как позитивную, так и негативную сторону. Скажем, рационализм, столь характерный для китайского образа мышления, доведенный до крайности, приобретает знак минус.

Не менее важными понятиями являются чувство справедливости и верность долгу. Гармония между справедливостью (обязанностью) и собственными интересами, материальная и духовная выгода — вот что является главным. Линь Юйтан отмечает, что по сравнению с западным человеком китаец удовлетворяется малым. Правда, крен в сторону справедливости порой приводит к забвению собственных интересов. И все же, возвращаясь к уже сказанному, основные черты традиционной этики сводятся именно к фамилизму. Отсюда и умеренность во всем, и добрососедство, и ограничение желаний, особые моральные ценности, иерархичность во взаимоотношениях.

В условиях, когда в Китае идет процесс углубления политики реформ и открытости, строительства общества сяо кан («средней зажиточности») и реальной модернизации, в итоге в традиционном этическом духе китайцев возник определенный кризис. По различным причинам в Китае культурному строительству не было уделено достаточного внимания. Между тем модернизация национального менталитета неотделима от модернизации культуры, тем более что в наше время традиционный способ мышления требует обновления или пересмотра.

Профессор Пекинского университета Чжан Дайнянь и профессор Нанкайского университета Фан Кэли, следуя традиции, указали на десять основных качеств высокой нравственности и добродетели как на образец для подражания [цит. по 118, с. 207–209]:

1) жэнь ай сяо ти — гуманность, человеколюбие, почитание родителей и уважение младшим братом старшего;

2) цяньхэ хао ли — приветливость и церемонность;

3) чэн синь чжи бао — искренность и доверие плюс воздаяние за оказанную милость;

4) цзин чжун ай го — высокий патриотизм и верность;

5) кэ цзи фэн гун — преодоление собственных желаний во имя общества. Отсюда холизм;

6) сю цзи шэнь ду — совершенствовать себя и быть осмотрительным, т. е. критичным;

7) цзянь ли сы и — при выгоде думать о справедливости;

8) циньцзянь лянь чжэн — трудолюбие и бережливость, бескорыстие;

9) ма ши куань хоу» — искренность, надежность, щедрость;

10) юн и ли син — храбрость, воля, энергичность в действиях.

В словаре добродетельных деяний [158], в котором 28 глав, дается перечень положительных качеств китайцев (с подбором примеров), которые они проявили в своих поступках: забота об отечестве; высокая принципиальность, честь; храбрость и преданность, готовность пожертвовать собой; сопротивление насилию; кристальная честность; высокая нравственность, добродетель; чувство справедливости; прямота характера и откровенность; энергичность и аккуратность в политике; поиск истины; любовь к народу; стремление спасать и помогать попавшим в беду; отказ от пошлости; верность; уважение к старшим; беззаветная преданность; решительность; стремление к знаниям; великодушие, снисходительность; соблюдение закона; умение исправлять ошибки; скромность.

Все эти положительные качества китайцев подкреплены историями, которые имели место в промежутке между эпохой Западной Чжоу и «опиумными войнами». Как видно, и здесь используется метод аналогии. Подобные рассуждения китайских авторов предназначены людям, образование и культурный уровень которых выше, чем у школьников, окончивших первую ступень средней школы, т. е. тем, кому исполнилось пятнадцать лет.

Каждая главка содержит от 20 до 40 примеров из прошлого, т. е. самым надежным доводом является привычная ссылка на историю Китая.

Особое отношение к морали высказывал Конфуций, полагавший, что музыка может и должна быть использована для совершенствования морали и поведения людей. Он отмечал: «Ничто не может так успокоить высшего по чину и управлять людьми, как уместность (правильность), и ничто не может изменить манеры и обычаи более эффективно, чем музыка» [21].

Глава под названием «Кристальная честность» открывается историей, которая называется «Янь-цзы с благодарностью отказывается поменять коляску»: «Янь-цзы был вельможей — канцлером княжества Ци. Однако, когда он являлся ко двору на аудиенцию, он использовал старую коляску, запряженную старой клячей. Увидев такое, князь Цзин-гун сказал: “Не слишком ли мал твой оклад? Почему ты ездишь на такой развалине?” Янь-цзы ответил: “Благодаря вашим наградам я поддерживаю жизнь своей семьи и друзей. Я тепло одет, сыт, к тому же у меня есть и конь, и коляска. И хотя коляска старовата, да и конь двигается несколько медленно, однако, что касается меня, то я всем удовлетворен”. После того как Янь-цзы ушел, князь послал к нему людей с новой коляской и конем. Янь-цзы отказывался несколько раз, так, в конце концов, и не согласившись принять дар. Князь Цзин-гун, узнав об этом, был недоволен, немедленно призвал Янь-цзы и сердито заметил: “Раз ты не принимаешь повозку, тогда и я от нее отказываюсь”. Янь-цзы сказал в ответ: “Вы поручили мне управлять гражданскими и военными чиновниками. Я экономлю в еде и одеваюсь скромно и стараюсь послужить людям примером, при этом я еще боюсь, что сам чрезмерно трачу средства и мои слова расходятся с делом. Теперь же у меня есть коляска и у вас есть коляска. Если же я во что бы то ни стало захочу иметь шикарную коляску и скакуна, чтобы показать свою роскошь, тогда как я смогу выступать против роскошества в одежде и пище людей, их поступков, выходящих за рамки, и отсутствия справедливости и преданности?” В конце концов он поблагодарил Цзин-гуна за доброе намерение и отказался поменять коня и коляску».

Немало примеров взято из жизни известных писателей, поэтов и политических деятелей прошлых веков, чаще Средневековья и древности.

Китайцы давно превратили этикет в главный элемент культуры, а его изучение — в жизненную необходимость. Формальное и неформальное соблюдение специфических ритуалов символизировало иерархические отношения между людьми. Церемонии были не просто манифестацией хорошего поведения — они включали в себя китайскую концепцию космологии, этики, морали и закона, которые касаются каждого [180]. Китайское слово ли «этикет» первоначально означало «жертвовать». Знание этикета приравнивалось не только к образованности, но и к культуре и морали. Китайцы в конечном итоге стали верить в то, что их поведение является единственно правильным. И те, кто не следовал тем же правилам поведения столь же скрупулезно, были для них нецивилизованными варварами [180, с. 27].

Общение между людьми предполагает использование обширной, строго регламентированной системы правил поведения в типовых ситуациях (приветствия, поздравления, просьбы, извинения и т. п.), большинство которых носит специфически национальный характер. Китайский этикет, как и японский, учитывает такие факторы, как общественное положение, возраст и пол участников общения. Так, старшие по возрасту и лица более высокого социального положения в обязательном порядке являются вышестоящими по отношению к партнеру.

Как пишет Пан Ин, в Древнем Китае перед домом обычно имелись две лестницы. Хозяин поднимался по восточной, гость — по западной. Когда хозяин поднимался на одну ступеньку, гость имел право тоже сделать один шаг. Наконец они оказывались в гостиной. В зале уже были постелены две циновки. Хозяин садился на ту, что была в восточной стороне зала, а гость — в западной. Сидя на пятках и положив руки перед собой на пол вниз ладонями, они начинали разговор [34, с. 338–345].

Беседа, как правило, сопровождается улыбками, не зависящими от темы разговора. Улыбка у китайцев — выражение согласия или приветствия, а вовсе не чувства радости, как у европейцев. При прощании люди старшего поколения кланяются друг другу, более молодые обмениваются рукопожатиями.

В отличие от европейцев, ни при встрече, ни при прощании китайцы не целуются, даже если они родственники. Исключение составляют лишь маленькие дети, которых может целовать мать. Другим взрослым разрешается только погладить ребенка ладонью по щеке. Проводить гостя полагается до улицы, нанять такси, предварительно заплатив за него.

Как мы видим, моральные ценности для китайцев не утратили своего значения и спустя тысячелетия. Может, что-то в них потеряло прежнюю актуальность, что-то, наоборот, стало более заметным. Многое ушло в прошлое, появилось новое, но основы этики и этикета сохранились, их нужно знать, с ними нужно считаться тем, кто стремится контактировать как со старшими, так и с младшими представителями этой древней цивилизации на любом уровне.