Осенние визиты - Сергей Лукьяненко

— Я понял.

— Посмел бы ты не понять! Нас спасает лишь одно, Ярик. Нет линии, которая пошла бы на союз с тьмой. Она всегда одинока. Всегда против всех. И потому проигрывает.

Визитер замолчал, прищурился, глядя в окно.

— Пока мы займемся Посланником Развития. Знаешь, почему? Он может стать тем, что так ненавидит. Тьмой. А двух Посланцев Тьмы нам не победить.

— Слава, а тебе не кажется, что в этот раз Тьма пришла всемером?

— Я надеюсь, что ты неудачно пошутил, — не оборачиваясь, ответил Визитер.

— Вера в свою правоту, отсутствие границ — это же и твой лозунг. «Мы знаем, что мы правы — и победим остальных!» Разве не так?

— Нет. В нас нет равнодушия, Ярик. Мы не считаем, что мир создан для нашего удовольствия. Мы пытаемся дать счастье другим — пусть каждый видит его по разному. Веришь?

— Хочу верить.

— Не бросай меня, Ярик, — тихо сказал Визитер. — Не бросай. Когда прототип разочаровывается в собственной линии, перестает в нее верить — Посланник обречен. Так погибла Сила. А это был не худший из нас.

— Значит, и мы на что-то годны.

— Конечно.

3

Много ли времени надо на сборы, когда вся прошлая жизнь стала смешной и ненужной…

Анна носилась по квартире, проверяя, не забыли ли они чего. Да и порядок надо навести, хоть какой-то, после вчерашнего-то дня. Безумного дня, но такого прекрасного. Они опять пили шампанское, и снова любили друг друга… да, любили! Она больше не стыдилась этого, поняла, как правильно и красиво было случившееся. Какие могут быть границы у любви — тем более, для нее? Вся плоть — трава. Все равно перед ним…

Вчера Мария сходила в парикмахерскую. Ненадолго, но Анна извелась, прежде чем прозвучал звонок в дверь. Мария преобразилась, сделала короткую стрижку, покрасила волосы в светло-коричневый цвет. Она стала еще прекраснее — если это возможно. Конечно, внешность ее не заботила, но Прототипов, тех, кто не видел их, будут в первую очередь настораживать девушки-близнецы. А они теперь не слишком похожи. Только вот Посланцев так не обманешь. Они чувствуют и друг друга, и Прототипов. В них сила зла, но им все равно не победить…

— Не суетись, девочка, — Мария, закинув ногу за ногу, наблюдала за ней. — Мы успеем. Закрой газ, краны в ванной, причешись, и мы пойдем.

Анна благодарно кивнула. Да, конечно, не надо волноваться. Конечно. Она посмотрела на Марию, одетую сейчас в брюки и свитер. Спортивная, сильная, уверенная. Так она и должна была прийти в мир, сомнений нет. Каждому времени свои формы. Только суть неизменна — добро есть добро, зло есть зло.

— Ты знаешь, у нас так мало денег, — неуверенно сказала она. — Это смешно, но ведь деньги многое решают, правда?

— К сожалению, — Мария достала сигарету, закурила, с улыбкой поглядывая на нее. — И что ты предлагаешь, сестра?

— Я могу пробежаться по соседям. Занять, кто сколько сможет дать. У нас в основном старики живут, но все-таки… я им всегда помогала, делала уколы. Мне не откажут.

Мария молчала.

— Можно сказать, что у меня кто-нибудь умер, мама например, — вдохновенно предложила Анна. — Сбегать?

Мария потянулась, снимая со столика кожаную сумочку. Она купила ее вчера, когда ходила в парикмахерскую, даже удивительно, что у нее денег хватило на такую прекрасную вещь, и ведь еще было шампанское, и шоколад…

Щелкнув замочком, Мария достала скомканные купюры.

— Этого нам хватит, полагаю?

Анна растерянно коснулась денег. Доллары. У нее никогда не получалось отложить достаточно, чтобы купить валюту…

— Да… здесь ведь много? Откуда они?

— Кто посмеет мне отказать?

Действительно. Какая она дуреха. Деньги для Марии — ничто. Прах. И кто, кроме посланцев зла, устоит перед ее взглядом и словами? Стоит ей сказать человеку, что деньги ничто — и тот поймет. Выбросит их, или отдаст.

— Значит, не надо идти к соседям?

— Думаю, нет, сестра. Времени жалко. Мы достанем еще денег, если понадобится.

Анна кивнула, бросилась в ванную. Быстро причесалась. Ох, как хочется сделать такую же прическу, как у Марии. Но нельзя, а то они опять станут похожими…

— Мария, а в поезде… — она запнулась.

— Конечно. Мы возьмем купе на двоих, сестра. Побыстрее!

Она пулей выскочила в коридор.

— Все, я готова.

Мария встала, бросила окурок в бокал с недопитым шампанским.

— Я выйду первой, ты закроешь.

Они немного прогулялись. Время до поезда еще было. Мария даже взяла ее за руку, и это было так прекрасно — идти, словно сестры, улыбаться друг другу и понимать, как прекрасен этот мир, прекрасен, несмотря ни на что — но они подарят ему еще больше радости, подарят бесконечную радость и чистоту, смех и счастье, милосердие и всепрощение.

— Жалко, что не видно солнца, — сказала Анна, заглядывая Марии в глаза. — Я очень люблю лето и солнце.

— Разве со мной тебе не светло?

Они вместе засмеялись, но Анна с испугом поняла, что чуть было не обидела самого дорогого в мире человека. Нет, все таки она глупая. Недостойная.

— Я куплю нам шампанского, — сказала Мария, когда они проходили мимо центрального магазина, единственного, наверное, что мог в их городке зваться супермаркетом. — Подожди.

Анна послушно остановилась у дверей. Проследила взглядом за Марией. В закутке у входа был привязан питбуль, мерзкий, словно увеличенная лабораторная крыса, с обрезанными ушами и покрытой шрамами мордой. В наморднике, правда, но все равно… и зачем позволяют держать таких страшных собак-убийц? Только бы он не кинулся на Марию!

Но питбуль оказался мирным. Или почувствовал исходящее от Марии добро? Повалился на грязный пол, когда та проходила мимо, задергал лапами, подставляя брюхо. Удивительно! Как дворняжка… Анна вздохнула, отворачиваясь. Чуть в стороне дымили два мужика, то ли продавцы, то ли грузчики какие-то. Обсуждали какого-то «Витюху», из обменника при магазине, который вчера вечером, когда приехали забирать выручку, пустил себе пулю в лоб. Растратил деньги — в кассе было пусто, и покончил с собой. Мужики размышляли, что виновато — карты, бабы или и то и другое вместе.

Анна вздохнула. Вот… грязь, зло, смерть. И последний грех — самоубийство. Они изменят все это.

Они дадут миру доброту.

4

Что за манера пошла — давать издательствам имена мифологических персонажей?

Какая-то странная игра, мета времени, когда это стало модным?

Просто поиск звучных слов?

«Аргус», «Лодур», «Грифон»…